Константин Фрес – Хозяйка Монстрвилля. Чудовищная уборка (страница 18)
— Мне нужны деньги, — ответила я честно. — Чтоб купить педали для Тыкводжека и продолжить уборку. А еще накормить котов.
— Накормить котов, — повторил Справут с ликованием и откинулся назад, чтобы получше меня рассмотреть. — Что ж, вы пришли по адресу!
Далее Справут ловко достал стеклянный стаканчик и не менее ловко налил туда некой голубоватой жидкости. Щипчиками поместил туда монету, и жидкость вскипела.
Черный налет мигом сполз с золота, превратился в грязную пену.
— Так-с, так-с, — квакал Справут удовлетворенно, вынимая чистую и блестящую монету из раствора. — Теперь мы ее взвесим и оценим!
Он обтер монету об специальную тряпочку, аккуратно сложенную на его конторке.
Плюхнул ее пинцетиком на старинные гирьевые весы с блестящими латунными чашками и поставил на другую чашу весов гирьку.
Гирька оказалась легче монеты, и Справут радостно потер лары.
— Так-с, так-с! — проквакал он. — Великолепно!
Тем же пинцетом он добавлял на весы гирьки до тех пор, пока весы не уравновесились. Узкая острая стрелка указала на ноль.
Справут снова жарко потер свои лапы и вытащил старинные счеты с костяшками.
— Это так, это сюда, — бормотал он, лапой гоняя звонко щелкающие костяшки туда-сюда. — Накинем за старость. Старинные монеты — это редкость, да-с! Итого пятьдесят монет, барышня!
— Так много? — удивилась я.
— Так будете менять? — волнуясь, уточнил Справут. — Прикажете отсчитать?
— Конечно, — ответила я.
И Справут радостно хлопнул в ладоши.
Он ловко вытащил из старого, тяжелого железного сейфа с огромным вентилем на скрипучей дверце мешочек с деньгами и передал мне.
— Считайте! — радостно велел он.
— Все верно, — сказала я, пересчитав деньги.
— Тогда считаю сделку завершенной! — торжественно и радостно произнес Справут и пожал мне руку.
— Да, — подтвердила я, не понимая, чего он так радуется.
На улице тем временем бахнул салют, да такой яркий, что даже хорошо освещенная лавка Справута стала еще светлее.
— Хорошей ночи, барышня! — еще раз произнес ювелир.
— Не подскажете, где тут можно купить педали для Тыкводжека? — спросила я.
— О, это недалеко. Третья лавка налево! — мило ответил мне Справут.
— Спасибо! Доброй ночи! — сказала я, не желая уступать Справуту в любезности.
И мы с Бобкой, окрыленные удачной сделкой, двинули в сторону магазинов, толкая перед собой тачку.
Из лавки, указанной Справутом, слышался веселый смех.
Бронзовый колокольчик над дверями то и дело звякал, выбегали юные ведьмочки, прижимая к груди свертки с покупками.
Они лихо оседлывали метлы и свечой уходили в ночное небо, с визгом и хохотом.
— Какое интересное заведение, — пробормотала я, рассматривая светящуюся витрину и пристраивая свою тачку у стены.
— Универмаг! — гавкнул Бобка.
И мы решительно ступили на крыльцо, ведущее в магазин.
Да-а-а, чего тут только не было!
Весь магазин был уставлен стеллажами, на которых были прикреплены старинные вывески.
«Посуда для колдовства» — прочла я на одной из них.
На полках были расставлены медные и железные трехногие котелки, потемневшие глиняные чайники и бутылочки из разноцветного стекла.
На другом стеллаже располагались магические ингредиенты, причудливые грибы в стеклянных банках, камни в ступках, порошки в коробочках…
— Чем могу помочь, милая горничная?
Продавец тут оказался обычным человеком.
Небольшого роста круглолицый толстяк с блестящей лысиной, окруженной огненно-рыжими лохмами волос. Одет он был в клетчатые штаны горчичного цвета, в белую сорочку и в клетчатый же жилет.
Под круглым подбородком у него располагалась яркая красная бабочка.
Он доброжелательно смотрел на меня круглыми глазками и улыбался.
— Мне педали и шланг на Тыкводжек, — робко произнесла я.
— О, у нас большой выбор! — оживился продавец. — Ваш Тыкводжек какой модели?
— Ноль пятьдесят, — ответила я.
— Прекрасная модель! — возрадовался продавец. — Пройдемте!
Он ловко меня увлек к прилавку и вывалил на него тыкву.
— У меня есть, — запротестовала я.
— Да вы не понимаете! Это же модель! — вскричал темпераментный продавец и брякнул рядом с тыквой целую связку педалей.
— Вам какого цвета? — деловито спросил он, яростно вкручивая в тыкву педали черного цвета. — Серебристые, белые матовые, под золото? Смотрите, как стильно! Они прослужат долго.
— Ровно ночь, — ответила я. — После того, как пылеглот нахватает кучу призраков тараканов.
— О, нет-нет! — закричал продавец, маша руками. — Такая прекрасная модель пылеглота! Как можно ее выбрасывать?! Ведь можно приладить ловушку для духов! И просто ее отстегивать, и все! Стоит она сущие гроши! Менять ловушки намного проще и экономнее, чем выбрасывать пылеглоты!
И он, не говоря более ни слова, воткнул тыкве шланг!
А на этом шланге, ровно посередине, располагался стеклянный шар.
— Вот она, ловушечка! — с хохотом сообщил мне темпераментный продавец. — Нажмите на этот рычажок! Чувствуете, как легко отстегивается? А теперь вставьте обратно! Чувствуете, как просто?
— Чувствую, — согласилась я.
— А вот это головорез! — кровожадно сообщил продавец, ухватив некую железяку, здорово похожую и на корону, и на крышку от чайника.
Со зверской силой продавец шмякнул этой железякой по тыкве, пробив острыми краями идеально круглую дыру.
— Видите, как легко?!
Он яростно крутанул головорез в тыкве и с хохотом вырвал все ее внутренности!
Вот это шоу!
— Вместо семечек можно влить в Тыкводжека моющее средство, — пыхтел продавец, вернув головорез на место и открывая металлическую блестящую крышечку. — Видите, как удобно?!
Он с ловкостью фокусника ухватил некую бутылочку, свернул с нее крышечку, откинул крышку на тыкве и ливанул внутрь нее ароматную жидкость.
Запахло розами. Остро, нестерпимо.