Константин Фрес – Хозяйка Монстрвилля. Чудовищная уборка (страница 20)
Внутри таверны было шумно.
Играла скрипка, грохотали каблуки по полу, и кружки с горячим напитком, пахнущим корицей, яблоками и лимоном, разносились по столам.
Здесь пили, ели, веселились, танцевали и болтали, наверное, все жители Монстрвилля.
Много-много ведьм и ведьмаков разного возраста. Странные существа, похожие на Справута, и немножко — на гномов.
Не знаю, почему меня сюда направил веселый продавец запчастей от Тыкводжека. Тут как бы не зоомагазин.
Но все же я насмелилась подойти к работнику этого заведения, хозяйничающему за барной стойкой.
— Доброй ночи, — поздоровалась я. — Есть у вас корм для говорящих котов? Очень нужно. А то они проголодались. Сильно.
Тот отвлекся от важного дела, перестал протирать стеклянные кружки, и внимательно посмотрел на меня.
— Горничная из домов за парком? — уточнил он.
— О да, — ответила я.
— Это там коты голодают?
— Да, сударь, — ответила я.
— Повезло вашим котам, что вы о них заботитесь, — проворчал бариста. — Эй, там. Дайте, что ли, чего-нибудь съестного…
— Я заплачу! — воскликнула я, поняв, что мне предлагают забрать для котов объедки.
Бариста обернулся ко мне молниеносно. Грохот, гром, смех и музыка смолкли в таверне.
— Заплатите? — повторил он настороженно в наступившей тишине.
Словно я ему предложила совсем уж невероятную вещь.
— Разумеется, — твердо ответила я.
И выложила на прилавок несколько монет разом.
— Сколько я вам должна?
Лицо баристы просияло.
— Ну, коли так, — протянул он загадочно. — Эй, отставить объедки! Наложите-ка в пакет рыбы, да получше!
Посетители тоже удивленно загомонили.
Я прямо-таки кожей ощутила, как они придвинулись ко мне, чтоб внимательно разглядеть.
Я обернулась к ним в сильном волнении.
Все-таки, совершенно непонятно было, что это за люди, и чего они на меня уставились. Чего ожидают.
Может, вообще планируют съесть, сварив в большом котле?!
Но это было совсем не так.
— Милая! — вскричала одна старая женщина, круглая и уютная, похожая на самую любящую бабушку. Но в островерхой ведьминской шляпе. — Да ты же вся продрогла! Как можно в такую погоду разгуливать в одном платье?!
— Что же делать, если ничего другого нет, — промямлила я.
Ведьма тотчас подскочила, как упругий резиновый мяч, и мгновенно оказалась около меня.
Я и глазом не успела моргнуть, как она сорвала с себя тяжелый шерстяной плащ и накинула его мне на плечи.
От него приятно пахло травами и свежим ветром, который гуляет, верно, только высоко под небесами.
А мне сразу стало тепло. Под ее тяжелым плащом было невероятно уютно, словно под самым мягким ватным одеялом.
Я и не замечала, как меня дрожь от холода колотит!
А ведьма-то, наверное, сразу сообразила.
— Сколько я вам должна? — улыбаясь во весь рот, произнесла я.
— О, сущий пустяк! — рассмеялась ведьма. — Плащ-то ношенный. Не новый. Всего одну монету!
И ловко протянула руку за вознаграждением!
Ох, видели бы вы, как засияла и засверкала в ее ладони моя монетка!
Словно невероятная драгоценность!
— Надо же, — пробормотала старушка, вертя ее так и этак и любуясь. — Давненько горничные не были так щедры!
— Я вовсе не щедра, — неуклюже запротестовала я. — Я просто у вас вещь покупаю…
— Об этом я и говорю! — весело ответила она и, еще раз подкинув на ладони монету, исчезла, словно ее и не было!
Что тут началось!
Ведьмы и ведьмаки окружили меня плотным кольцом.
Вмиг с моих продрогших ног стащили деревянные неуклюжие башмаки.
Усадили на стул и натянули полосатые толстые шерстяные чулки на озябшие ноги.
Седой гном с красным носом, что сидел у камина и стучал молотком в свете огня, оказался башмачником.
Своим невообразимым носом он буквально обнюхал мои старые деревянные башмаки.
Из висящих у камина заготовок он выбрал одну пару почти готовых ботинок из блестящей черной зернистой кожи.
Они были аккуратные, с островатыми, но закругленными носками, украшенные ажурными рантами, прошитыми декоративными ровными строчками.
Гном ловко натянул один башмак на колодку, выбрал из своего ящика блестящую подковку-набойку, и мгновенно приколотил ее к каблуку.
То же самое он проделал и со вторым ботинком.
И преподнес их мне, поклонившись и сорвав с блестящей лысины колпак.
Что ж, и ему я дала монетку. И обулась в новую обувь, которая оказалась ужасно удобной, легкой и мягкой.
Затем кто-то на меня напялил теплую и тяжелую ведьминскую островерхую шляпу. Кто-то подпоясал широким поясом.
И я стала ну точь-в-точь как обычная жительница Монстрвилля.
Ну, и карман мой порядком отощал.
Потому что я не забывала рассчитываться за дары монетками.
По одной, но я давала каждому, кто предлагал мне очередную вещь.
После меня усадили за стол и принесли мне глиняную кружку с горячим красным ароматным напитком — согреться.
Он был сладкий, немного терпкий. От него пахло корицей, немного — гвоздикой и лимоном, медом и ароматным мускатным орехом.
От одного глотка я согрелась так, что лоб взмок под шляпой, и расслабилась.
Будто огромная тяжесть упала с моих плеч.