Константин Аверьянов – Иван Калита. Становление Московского княжества (страница 27)
Идя вслед за Н. Г. Бережковым, В. А. Кучкин высказал мысль, что если 6727 год Лаврентьевской летописи является мартовским, то, следовательно, он охватывает период с 1 марта 1219 г. по 29 февраля 1220 г. современного летоисчисления. Соответственно, первенец Ярослава Всеволодовича должен был родиться в феврале 1220 г., и тогда следующий за ним Александр появился на свет в мае 1221 г.[396]
Эти разногласия специалистов в дате появления на свет Александра Невского нашли отражение даже в указах президентов современной России, вышедших с интервалом в 19 лет. 6 января 1995 г. был опубликован Указ № 16 Президента России Б. Н. Ельцина о проведении в июне 1995 г. праздника, посвященного 775-летию со дня рождения Александра Невского. Однако 23 июня 2014 г. Президентом России В. В. Путиным был подписан Указ за № 448 о праздновании 800-летия со дня рождения Александра Невского. Правда, годом празднования юбилея был определен 2021 г., а не 2020 г., как считалось ранее. Перемена даты объясняется просто. Начиная с 2008 г. сложился порядок определения дат различных юбилеев лишь после того, как в администрацию Президента поступит письмо от президента Российской академии наук, подтверждающее ее правильность. Как правило, оно направляется из администрации Президента России в Академию наук, откуда «спускается» в профильный научно-исследовательский институт, и уже там специалистами готовится соответствующее заключение, которое служит основанием для соответствующего решения. Именно таким образом оно попало к В. А. Кучкину, предложившему свою трактовку даты рождения Александра Невского.
Но прав ли историк, пересмотревший традиционную дату рождения Александра Невского? Его версия целиком строится на положениях книги Н. Г. Бережкова. Однако многие из построений Н. Г. Бережкова носят искусственный характер. Поясним это на конкретном примере. Лаврентьевская летопись, созданная в Северо-Восточной Руси, и Ипатьевская, происходящая из Южной Руси, рассказывают о событиях в семье деда Александра Невского — великого князя Всеволода Большое Гнездо. При этом разница в датировке этих событий в данных летописных сводах составляет два года.
Н. Г. Бережков и его последователи полагали, что временной разрыв в два года возник из-за сочетания мартовского и ультрамартовского календарных стилей. Но разгадка оказывается гораздо проще. Оказалось, что составитель Ипатьевской летописи продублировал дважды одно и то же событие семейной жизни Всеволода. Под 1182 г. она сообщает о том, что свояченица (сестра жены) Всеволода была выдана замуж за младшего сына киевского князя Святослава Всеволодовича Мстислава: «Князь кыевьскыи Стославъ Всеволодичь ожени 2 сна. За Глеба поя Рюриковноу, а за Мьстислава ясыню из Володимеря Соуждальского Всеволожю свесть, бысть же бракъ велик»[397]. Однако двумя годами ранее тот же источник в статье 1180 г., рассказывая о борьбе Рюрика Ростиславича со Святославом Всеволодичем за киевский стол, их последующем примирении, помещает известие о том, что Всеволод Большое Гнездо освободил из заключения Глеба, сына Святослава, и выдал за него свою племянницу: «Всеволод же Соуждальский поусти Глеба Святославича из оковъ, прия великоую любовь со Святославомъ и сватася с нимъ и да за сына его меншаго свесть свою»[398]. Тем самым выясняется, что летописец фактически продублировал информацию о браках Святославичей, в результате чего она оказалась разнесенной по двум разным годам. Так и возникла разница в два года в датировках последующих событий семейной жизни Всеволода. Отсюда вытекает основной вывод: говоря о дате рождения Александра Невского, нельзя применять догадку Н. Г. Бережкова о мартовском и ультрамартовском календарных стилях ранних русских летописей.
Для ответа на интересующий нас вопрос о времени появления Александра Невского на свет следует сделать небольшое отступление на тему: когда в Древней Руси князья становились взрослыми, чтобы действовать на политической арене? Для этого необходимо указать на разницу между двумя юридическими понятиями: совершеннолетием и дееспособностью.
В современной России, по общему правилу, изложенному в статье 21 Гражданского кодекса, совершеннолетие наступает с 18 лет. Именно с этого возраста гражданин вправе вступать в брак, управлять автомобилем, занимать должности на государственной службе, участвовать в выборах в качестве избирателя. Таким образом, указывают юристы, совершеннолетие означает полную способность реализовывать свои права, а также отвечать за свои действия и их последствия.
Но при этом даже достигший 18-летнего возраста гражданин не имеет активного избирательного права: баллотироваться в депутаты любого уровня можно только начиная с 21 года, а участие в президентских выборах в качестве кандидата разрешается лишь с 35 лет.
Вместе с тем частичная дееспособность наступает еще до возраста совершеннолетия. Статья 28 Гражданского кодекса предусматривает, что дети младше 6 лет считаются абсолютно недееспособными, с 6 до 14 лет — в целом недееспособными, но имеющими право совершать мелкие сделки бытового характера, с 14 до 18 лет — частично дееспособными. С этого времени они, в дополнение к дозволенным в более раннем возрасте действиям могут самостоятельно открывать и закрывать банковские вклады, распоряжаться собственными денежными поступлениями из любых источников, осуществлять авторские права. С 16 лет они имеют право вступать в кооперативы, с этого же возраста наступает и уголовная ответственность, правда, с определенными послаблениями и ограничениями. Полная дееспособность может наступить и до 18-летнего возраста в случае, если гражданин вступил в брак, когда это дозволено законом.
Подобная практика существовала и в Древней Руси. Летописи упоминают «постриги» княжеских детей. Данным термином обозначался обряд первой стрижки волос. Обыкновенно он совершался в возрасте 3 лет и происходил в церкви с чтением особой молитвы, для чего ребенка приводил туда его крестный отец. После пострига дети переходили из женских рук в мужские. Как знак этого, мальчика сажали на коня в присутствии епископа, бояр и народа[399].
Так, к примеру, под 1192 г. Лаврентьевская летопись сообщает о «постригах» княжича Юрия (Георгия), сына великого князя Всеволода Большое Гнездо: «В лето 6700, месяца иоуля въ 28 день, на память святаго мученика Евъстафья въ Анкюре Галастийстеи. Быша постригы оу великаго князя Всеволода, сына Гeоргева, внука Володимеря Мономаха, сыну его Георгеви, в граде Суждали; того же дни и на конь его всади; и бысть радость велика в граде Суждали, ту сущю блаженому епископу Иоану»[400]. Под 1194 г. тот же источник сообщает о «постригах» другого сына Всеволода Ярослава: «В лето 6701. Быша постригы оу благовернаго и христолюбивого князя Всеволода, сына Георгева, сыну его Ярославу месяца априля въ 27 день, на память Семеона, сродника Господня при блаженемь епископе Иоане, и бысть радость велика в граде Володимери»[401].
Точные даты рождения сыновей Всеволода известны. Юрий появился на свет 26 ноября 1189 г., Ярослав — 8 февраля 1191 г. «Постриги» у них прошли, соответственно, в 2 года и 8 месяцев, 3 года и 2 месяца.
Традиция княжеских «постригов» дожила до начала XIV в. Под 1302 г. встречаем в летописи их последнее упоминание: «Того же лета быша постриги у князя Михаила Ярославичя Тверскаго сыну его Дмитрею»[402]. Относительно Дмитрия Тверского мы знаем только годы его рождения и «постригов»: 1299 и 1302 г. Но и они укладываются в трехлетний возраст проведения данного обряда.
Исследователи, говоря о княжеских «постригах», указывали на чрезвычайную древность этого обряда, возводя его к языческим инициациям или средневековым рыцарским посвящениям[403]. При этом непонятным оставался вопрос: почему Церковь Древней Руси освящала своим авторитетом такой языческий обычай, как «постриги»? Ответ на него, как правило, искали в ситуации «двоеверия», обычной для домонгольского периода истории русского общества[404].
С этим предположением можно было бы согласиться, если бы не одно «но»: выясняется, что высшие церковные иерархи не только мирились с этим обычаем, присутствуя при его проведении, но и активно участвовали в нем. В 1230 г. князь Михаил Черниговский провел в Новгороде «постриги» своего сына Ростислава: «Въ то же лето князь Михаилъ створи пострегы сынове своему Ростиславу Новегороде у святеи Софии и уя влас архепископъ Спиридон; и посади его на столе, а самъ поиде въ Цьрниговъ»[405].
В данной ситуации надо искать смысл «постригов» не во внешней обрядности, а в их более глубоком значении. История Древней Руси — история сурового времени, когда человеческая жизнь, даже княжеская, могла оборваться внезапно. Если учесть, что тогдашние взаимоотношения строились исключительно на личных связях, неожиданная гибель князя могла стать катастрофой для целого княжества. В подобных условиях князья прилагали усилия по предотвращению подобных коллизий. В первую очередь это отразилось на крестоцеловальных записях, составлявшихся при клятве бояр к новому сюзерену. Ее формуляр, сохранившийся в одном из сборников митрополичьего архива, свидетельствует, что боярин приносил присягу князю и его детям не только от себя лично, но и от имени своих детей: «А мне, имярек, и детей своих болших к своему государю, к великому князю имярек, привести, и к его детем»[406].