Конни Уиллис – Грань тьмы (страница 24)

А фонарь все приближался. Вот уже слабое пятно света стало различимо на асфальте, вот тени от огромных валенок. На него надвигался высокого роста парень, надевший поверх шинели бесформенную доху. Почти все лицо закрывал мохнатый башлык. Фигура эта производила впечатление настолько устрашающее, что карабин в его руках казался безобидной игрушкой: рука в меховой перчатке закрывала чуть не полствола.

«Он для меня не противник, — подумалось Хаммерену. — Этому теплолюбивому бойцу потребуется никак не меньше полминуты, чтобы привести себя в боевое состояние. Столько ему у меня не получить».

Часовой прошел мимо Хаммерена. Идя против ветра, он низко опустил голову. И меньше всего он думал сейчас о том, что на расстоянии нескольких метров притаился кто-то, готовый броситься на него как дикий зверь. Время его дежурства истекало, и он торопился в караулку, к свету, теплу, горячему чаю, к хорошо раскуренной трубке — подальше от этого проклятого ветра.

Теперь Хаммерен увидел главный вход в свете фонаря. Широкая дверь открылась, и часовой исчез за ней. «Сейчас выйдет его сменщик, — подумал майор, — и, если мне не повезет, я окажусь как раз на свету». Однако все обошлось. Часовой начал свой обход и удалялся все дальше.

Тор Нильсен и Йон Скинндален добрались до боковых ворот аммиачного цеха. Йон достал из кармана гениально подобранную связку ключей, которая позволяла открыть большинство мыслимых замков. Подошел третий по счету ключ. Они расплылись в улыбке. Но радость оказалась преждевременной, ворота были закрыты на внутренний засов. Как они ни ломились — все зря.

— Кабельный люк! — предложил Тор.

Они помнили наизусть все кабельные траншеи, на эту возможность проникнуть внутрь зданий им указал еще профессор Нарвестадт. Крышку ближайшего люка удалось обнаружить сравнительно быстро.

Тор протиснулся в люк первым.

— Если там с кабелем что-нибудь не в порядке, будет ли мне позволено непочтительно вытащить лейтенанта Нильсена за ноги? — спросил Скинндален, ухмыляясь.

— Только в виде исключения, сержант, — ответил лейтенант снизу. А потом все-таки высунул голову и прошипел: — Как сержант королевской армии смеет предположить, будто норвежский кабель может оказаться дефектным? Пойдете на три дня под арест… после войны.

— Слушаюсь! Три дня ареста!..

Лейтенант Нильсен, улыбаясь, исчез в люке, сержант последовал за ним. Они продвигались вперед ползком, как ужи. И оба вспоминали сержанта Гроу из далекой спецшколы, который частенько гонял их по трубам еще меньшего диаметра, замечая при этом, что настоящий разведчик должен уметь проползти через макаронину.

Кабельная траншея завершалась вертикальной шахтой. Тор осторожно поднял пакеты со взрывчаткой, которые толкал впереди себя, когда полз. Привстав, уперся головой в крышку люка. Она довольно легко поддалась — и Тору открылся вид на огромный зал. Сразу бросился в глаза шестиступенчатый конечный каскад системы высокой концентрации и пульт управления с множеством амперметров, вольтметров, газометров и другой аппаратуры. Они у цели. А во всем зале — всего один человек. Сидит перед пультом, углубившись в книгу. Слышится тонкое жужжание какого-то аппарата. Тор колебался: окликнуть дежурного или нет? Скорее из спортивного интереса, чем по необходимости, выбрался наверх. Дежурный, увлеченный чтением, ничего не услышал. Тор подал руку Скинндалену и рывком вытащил его. И вот они, два солдата норвежской королевской армии, проникли в самое сердце тщательнейшим образом охраняемого объекта серьезнейшего стратегического значения. Они проникли сюда вопреки всем приказам и предостережениям господ Шпеера и Фалькенхорста, всем заботам генерала Мюллера, всем мерам наблюдения и охранам — ничто им не помешало! Сержант Гроу с его теорией «макаронины», знания Нарвестадта и их сердца оказались сильнее.

Дежурный по залу испуганно вскочил, когда ему дружелюбно сказали:

— Добрый вечер, приятель!

Открыв рот, он уставился на двух незнакомцев с автоматами в руках.

Тор приложил палец ко рту:

— Тс-с! Ни слова, земляк, — и, улыбнувшись, добавил: — По крайней мере, громко.

Тот молчал, ошеломленно на них уставясь.

— Посмотри на нас внимательно: мы солдаты короля. Таких здесь не каждый день увидишь, — сказал Йон Скинндален.

— Короля? — с трудом выдавил из себя рабочий.

Тор расстегнул куртку, чтобы тот смог разглядеть мундир. А потом сказал:

— А теперь мы попросим тебя стать лицом вон к той стене. И не оглядываться, не то мы рассердимся.

Рабочий подчинился без слов, Йон и Тор обошли всю установку, разложив, где надо, пачки взрывчатки. При этом они старались не спускать глаз с двери. Затем принялись укреплять на каскадах и аппаратах пакеты с динамитом, спокойно и четко, во всем следуя расчетам Кнута Крога. Рабочий, следивший, так сказать, за происходящим ушами, предостерег их:

— Вы там поосторожнее! Если здесь грохнет, небу жарко будет! Смотрите, чтобы не было короткого замыкания!

— Не тревожься, старина, — ответил Йон. — Мы явились сюда всего лишь затем, чтобы помочь тебе вытереть пыль!

Движения их были быстрыми и ловкими, заученными во время многочасовых тренировок. Не прошло и пятнадцати минут, как они свели все провода взрывателей и подсоединили их к часовому механизму.

— Боже мой, что вы там делаете? — спросил дежурный, близкий к истерике.

— Ничего, так, кое-какие мелочи, — попытался успокоить его Йон.

— Хотите разнести эту лавочку к чертям?

— Если выйдет, почему бы и нет, — негромко рассмеявшись, ответил Йон.

Тор вытер руки и подошел к дежурному.

— Ладно, давай без шуток. Да, мы хотим взорвать. Это необходимо. И тебе тоже во благо. Не знаю, способен ли ты сейчас это осознать или нет. Во всяком случае, пока это заведение в руках немцев, дело дрянь. С его помощью Гитлер может уничтожить миллионы людей. Поэтому — надо его взорвать. Мы тебе зла не желаем. Вот как мы с тобой поступим. Ты хорошенько понюхаешь этот тюбик. В нем хлороформ. И обо всем забудешь. И ни о чем таком ты и знать не знал. Мы вынесем тебя отсюда и положим где-нибудь в надежном месте. И скоро, очень скоро появится человек, который тебя и обнаружит. Согласен?

Дежурный недоверчиво переводил взгляд с одного на другого.

— А если я скажу «нет»? — пробормотал он.

Тор Нильсен покачал головой.

— Мы твоего согласия спрашивать не станем. Ты должен лежать… ну, как бы без сознания. Не то немцы тебя убьют. Как ты полагаешь, что лучше: хлороформ или чтобы мы тебя стукнули чем-нибудь потяжелее?

— Вы меня правда унесете?

— Клянемся своими королевскими мундирами, земляк!

— Я готов, лейтенант, — сказал сержант Скинндален.

— Давай, вдыхай поглубже, — обратился к дежурному Нильсен, передав ему тюбик и быстро отступив на несколько шагов. — Включай! — приказал он сержанту.

Потерявшего сознание дежурного он взвалил себе на плечи, Скинндален сложил все инструменты в кожаный мешочек, и они оставили зал. По узкой железной лестнице спустились на первый этаж. Бесшумно отодвинули засов открытых уже ворот — и оказались на воздухе. Пройдя шагов тридцать, осторожно положили дежурного под заснеженный куст при дороге. И — ходу.

Халвор Вармевоолд и Килл Сиверстадт ничего подозрительного не заметили. Они до рези в глазах вглядывались и вслушивались в ночную мглу, но кроме завываний ветра так ничего и не услышали. Только однажды часовой на крыше аммиачного цеха включил прожектор. Его луч пробежался несколько раз по стенам цеха напротив, выхватив из тьмы хитросплетения труб. Вскоре и он погас.

Но вот они услышали хлопок взрыва. Сам звук оказался куда слабее, чем они ожидали. Наверное, ветер отнес его в сторону. На тыльной стороне здания цеха зажглись огни.

— Стекла-то у них повылетали, — сказал Халвор.

Шаги Нильсена и Скинндалена они услышали, когда те подошли едва ли не вплотную.

— Полный порядок! — сказал Тор. — Ну, вперед!

— Подождем, Хаммерена еще нет!

Майор бросил взгляд на светящийся циферблат. Да, самое время. Часовой уже заканчивал второй круг своего обхода. Неожиданно распахнулись двери управления комбината. Вышел всего один человек, без шинели и без оружия в руках. Зато он держал сильный фонарь, которым посветил в сторону цеха аммиака. Хаммерен взял автомат на изготовку. Он никакого взрыва не слышал, не может быть, чтобы солдаты в дежурке что-нибудь услышали или заподозрили. В дверях появился еще один немец.

— Видишь что-нибудь? — спросил он. — Смешно, но когда я сидел в уборной, мне показалось, будто что-то такое задрожало, как при взрыве. Позвони-ка им туда, на крышу — вдруг это просто какая-то коза наступила на мину и отправилась к нашим праотцам?

Познания Хаммерена в немецком были скромными, но за смысл сказанного он готов был поручиться. Оба солдата вернулись в управление, и майор легким пружинящим шагом побежал к условленному месту встречи.

Электрик Арвид Лине всю ночь для вида занимался разными ремонтными работами в небольшой мастерской рядом с залом главного пульта. Он все подготовил, чтобы отключить ток на всей территории комбината. Его знобило: окно он оставил открытым, чтобы не упустить первого сигнала тревоги. «Оно только пискнет, и больше ничего немцы не услышат — ток отключу!» Лине посмотрел на часы. Ему сказали: не позже четверти второго. Если до того времени ничего не произойдет, ждать больше нечего. Часы показывали без четверти два. Он тщательно проверил в последний раз, легко ли вырубается свет на ближайшем щите.