Колм Тойбин – Нора Вебстер (страница 58)
Он кивнул:
— Я почувствовал, что ты там, но ненадолго. Это был единственный раз.
— Я знаю.
Его голос был мягче, чем когда-либо на ее памяти.
— У тебя изменился голос, — сказала она и улыбнулась.
Он посмотрел печально, словно показывая, что не находится с подходящим ответом.
— Морис, ты можешь побыть еще?
Он шевельнулся и словно размылся, понурое лицо будто смазалось, куртка поблекла.
— Ты… — начала Нора. — Я имею в виду… там что-нибудь есть?..
Он повел плечами и снова улыбнулся уголком рта.
— Нет, — прошептал он. — Нет.
— С нами все будет в порядке? Я так беспокоюсь.
Он не ответил.
— У Фионы все будет хорошо?
— Да.
— А у Айны, у нее тоже все будет нормально?
Он кивнул.
— А у Донала?
— И у Донала.
— А у Конора?
Он опустил голову, словно не услышал.
— Морис, с Конором все будет хорошо?
Его глаза будто наполнились слезами.
— Морис, ответь. Все ли будет хорошо с Конором?
— Не спрашивай, — прошептал он хрипло, дрогнувшим голосом. — Не спрашивай.
Она шагнула к нему, и он выставил руки, не позволяя приближаться.
— Ты знаешь…
— Да, да, — ответил он.
— Я только, когда ты заболел, поняла…
— Да, да.
— А ты когда-нибудь горевал…
— Горевал? — переспросил он уже громче.
— О нас.
— Нет, нет.
Он снова улыбнулся, а затем его лицо сделалось озадаченным.
— Что, Морис?
— Кое-кто еще. Здесь кое-кто еще.
— Ты имеешь в виду Джима?
— Нет.
— Маргарет?
— Нет.
— Кого же?
— Кое-кого еще.
— Здесь никого нет.
— Есть.
— Морис, назови. Здесь никого нет.
Он закрыл лицо руками. Она смотрела на него, он страдал. Взглянул на нее. Казалось, он готов опять улыбнуться, но нет.
— Морис, постой.
Он покачал головой.
— Морис, дело в музыке? Если я снова заведу музыку, ты придешь опять?
— Нет, не в музыке.
— Морис, скажи о Коноре. С ним что-нибудь…
— Здесь кое-кто еще.
— Морис, здесь никого нет. Назови имя.
Он снова начал размываться, она услышала долгий прерывистый вздох.
— Морис, ты будешь здесь, когда я снова приду?
— Неизвестно, — сказал он. — Никому.
С улицы донесся автомобильный гудок. Нора лежала на постели полностью одетая. Она резко села, в комнате никого. Она прошлась по спальне, тронула кресло, оно закачалось на старых рессорах. Потрогала сиденье, но оно не было теплым — никаких признаков того, что в кресле кто-то сидел.
Внизу она отыскала ключи от дома и машины. Перебросила через руку пальто, вышла и закрыла за собой дверь. Заведя двигатель, она задумалась, куда ехать, но это вряд ли было важно. Только обнаружив, что съезжает с Дублин-роуд к Банклоди, Нора поняла, что направляется к тете Джози. Она всецело сосредоточилась на дороге, запрещая себе спать. Повернув от реки к крутому холму, в сторону дома Джози, она задумалась, что сказать, чем объяснить свое появление. Слева виднелся проезд с площадкой для автомобиля или трактора. Она припарковалась там и выключила двигатель. Откинула голову, закрыла глаза. Спросила себя, не развернуться ли и не поехать обратно в город, но поняла, что не сумеет сконцентрироваться на езде. Она решила немного посидеть и отдохнуть; может быть, Джози, или Джон, или жена Джона если и пройдут мимо, то не заметят. Она поспит, а потом поедет куда-нибудь еще. Она не знала куда.
Она проснулась от стука в окно: барабанил Джон. Увидев его, она встрепенулась и опустила стекло.
— Я не сразу понял, кто это, — улыбнулся Джон. Двигатель трактора он оставил включенным.
— Я отдыхала, — сказала Нора, хотя знала, что для него это пустой звук.
— Мама в саду, — сообщил он.
— Ты домой? — спросила она.
— Домой.