Коллетта . – Снежная мелодия любви (страница 3)
– Сейчас пойду.
– Я с тобой, – тут же сказала Арина.
Он хотел возразить, но, увидев её решительный взгляд, лишь кивнул:
– Хорошо. Но будь осторожна.
Путь до Чёрного ручья занял больше времени, чем обычно: снег подтаял, тропа стала скользкой. Михаил шёл впереди, внимательно изучая следы. Арина следовала за ним, стараясь не отставать.
– Вот, смотри, – он присел у отпечатка колеса. – Это не наши машины. И вот – обрывки сети. Ловили хариуса, хотя сезон закрыт.
Арина нахмурилась:
– Что будем делать?
– Нужно проследить. Возможно, они вернутся сегодня ночью.
Он достал рацию, связался с постом охраны. Через час к ним присоединились ещё двое егерей. Решили устроить засаду.
Арина хотела остаться с Михаилом, но он твёрдо сказал:
– Нет. Слишком опасно. Ты ждёшь в машине у дороги. Если что – даёшь сигнал.
Она хотела спорить, но увидела его взгляд – серьёзный, непреклонный – и кивнула:
– Хорошо. Но если что-то случится…
– Ничего не случится, – он взял её за руки. – Обещаю. Жди.
Ночь выдалась морозной и тихой. Арина сидела в машине, вглядываясь в темноту леса, и молилась, чтобы всё обошлось. Часы тянулись бесконечно.
Вдруг вдалеке послышался шум мотора. Она напряглась, вцепилась в рацию. Через несколько минут раздались голоса, шаги, затем – резкие окрики Михаила:
– Стоять! Бросить оружие!
Она не выдержала, выскочила из машины и побежала к месту событий. В свете фонариков она увидела Михаила – он держал на прицеле двоих мужчин в тёмных куртках. Рядом стояли егеря, осматривали багажник их машины – там лежали мешки с рыбой и незаконные снасти.
– Арина? – Михаил обернулся, и в его глазах мелькнуло беспокойство. – Я же просил…
– Я не могла сидеть там одна, – выдохнула она. – Всё в порядке?
– Да, – он опустил ружьё, подошёл к ней и крепко обнял. – Всё хорошо. Спасибо, что была рядом. Даже на расстоянии.
Браконьеров передали в руки полиции, а Михаил и Арина вернулись в заповедник уже под утро. Усталые, продрогшие, но счастливые.
– Знаешь, – сказал Михаил, наливая ей горячего чая в столовой, – сегодня я понял ещё одну вещь.
– Какую? – Арина обхватила кружку ладонями, грея пальцы.
– Что я не просто хочу быть рядом с тобой. Я не могу без тебя. Ты – часть этого леса, этой зимы, этого мира. И часть меня.
Он взял её руку, переплёл пальцы со своими.
– Останься со мной. Не на время, не на сезон – навсегда. Пусть наша история будет длинной, как эти сибирские тропы.
Арина посмотрела ему в глаза – в них было столько тепла, столько искренности, что сердце дрогнуло.
– Да, – тихо сказала она. – Да, я останусь. Навсегда.
За окном занимался рассвет. Снег искрился под первыми лучами солнца, а в душе у обоих царило то самое спокойствие, которое приходит только тогда, когда находишь своё место – и своего человека.
Глава 6.
Весна в сердце тайги
После предложения Михаила прошла неделя. Арина всё ещё ловила себя на том, что улыбается без причины – просто вспоминая его слова, взгляд, тепло рук. Даже морозные утренние часы в лаборатории теперь казались ей не такими суровыми: внутри разливалась какая‑то новая, светлая энергия.
Но весна в Сибири наступала медленно и неохотно. Днём солнце пригревало, снег начинал подтаивать, а ночью снова сковывал землю ледяной коркой. Тропы стали опасными – местами под снегом скрывались промоины, лёд на ручьях истончался.
– Нужно проверить все переходы, – сказал Михаил на утреннем собрании сотрудников. – Особенно у Медвежьего склона. Там в прошлом году один турист чуть не провалился.
– Я пойду с тобой, – тут же вызвалась Арина.
Михаил улыбнулся:
– Конечно. Только оденься потеплее и возьми запасную пару перчаток.
Они вышли рано, пока солнце только золотило верхушки елей. Воздух был свежим, пахло талой землёй и хвоей. Михаил шёл впереди, прощупывая тропу палкой, иногда оборачивался, подавал Арине руку на скользких участках.
– Смотри, – он остановился у небольшого ручья, где лёд уже треснул, и сквозь щели пробивалась вода. – Видишь, как природа просыпается? Ещё немного – и зацветут подснежники, прилетят первые птицы.
Арина присела на корточки, разглядывая пробивающуюся зелень:
– Удивительно. Казалось бы, ещё вчера всё было белым и неподвижным, а сегодня уже чувствуется дыхание весны.
– Так и с людьми бывает, – тихо сказал Михаил, глядя на неё. – Иногда нужно просто дождаться своего времени.
Он протянул руку, помог ей подняться, и на мгновение их лица оказались совсем близко. Арина почувствовала, как внутри всё замирает от его взгляда – тёплого, полного нежности и какой‑то тихой радости.
– Знаешь, – он слегка сжал её пальцы, – я всё думаю о том дне, когда сделаю тебе предложение по‑настоящему. Не в спешке, не между делом, а так, чтобы ты запомнила навсегда.
Арина улыбнулась:
– А разве тот момент был не настоящим?
– Он был честным. Но я хочу большего. Хочу, чтобы весь мир узнал, как я тебя люблю.
Они продолжили путь, но теперь шли рядом, плечом к плечу, иногда соприкасаясь руками, переглядываясь и улыбаясь.
У Медвежьего склона Михаил остановился, внимательно осмотрел тропу:
– Здесь опасно. Нужно поставить предупреждающий знак и доложить в администрацию, чтобы организовали обход.
Пока он закреплял табличку, Арина заметила что‑то яркое среди серых камней. Пригляделась – это был цветок, крошечный, бледно‑лиловый, пробившийся сквозь остатки снега.
– Михаил! Смотри!
Он подошёл, склонился над цветком:
– Первоцвет. Первый в этом году.
– Как символ, – тихо сказала Арина. – Начало чего‑то нового.
Михаил выпрямился, посмотрел на неё, и в его глазах она увидела то, что раньше лишь угадывала: глубокую, спокойную любовь, уверенность и обещание будущего.
– Да, – кивнул он. – Начало нашей весны. Нашей жизни вместе.
Он снял варежку, взял её за руку и поднёс к губам. От этого простого, почти целомудренного жеста у Арины перехватило дыхание.
– Я буду ждать, – прошептала она. – Сколько нужно. Главное, чтобы ты был рядом.
– Всегда, – твёрдо ответил Михаил. – Обещаю.
Обратный путь они проделали в тишине, но это молчание было наполнено смыслом – как лес перед рассветом, когда всё замирает в ожидании света.
Вечером, сидя у окна своей комнаты, Арина смотрела на тающие сугробы и думала о том, как быстро меняется мир вокруг. Зима отступает, земля пробуждается, а в её сердце расцветает что‑то новое – сильное, живое, настоящее. И она знала: эта весна принесёт им счастье.