Коллектив авторов – Треблинка. Исследования. Воспоминания. Документы (страница 90)
4. Унтершафтфюрер Лео Лянц – начальник мастерских, немец, в прошлом столяр, ходил сгорбившись, пожилой, высокий блондин.
5. Роттенфюрер Вейсман – немец, блондин лет 35, высокий, толстый, круглолицый, лицо красное. Заведующий всем подсобным сельским хоз[яйст]вом лагеря.
6. Унтершафтфюрер Штумпе – немец, высокий, худой, круглолицый, волосы темные, лет 30–34, начальник вахманов.
7. Унтершафтфюрер Хаген – немец, лет 35, среднего роста, полный, черный, волосы черные. Звали его все лялькой за его важную женскую походку.
8. Вахман Ольшаников – украинец, лет 22, высокий, среднего телосложения, волосы темные. Особых примет не имеет.
9. Вахман Штибен – немец из России, лет 25, низкий, крепкого телосложения, темные волосы, болел оспой, следы которой остались на лице.
Фамилии других людей я сейчас не помню.
Вопрос: До какого времени Вы были в лагере и как оттуда ушли?
Ответ: В лагере была до июня 1944 г[ода]. В июне месяце ввиду тяжести работы я надорвалась, и меня из лагеря выпустили.
Вопрос: Известен ли Вам случай побега из лагеря?
Ответ: Да. Такой случай мне известен, было это в сентябре месяце 1943 г[ода], когда четыре пекаря, фамилии их не знаю, одного звали Вольф, воспользовавшись слабой охраной, ночью убежали и скрылись. Искали их долго, но не нашли.
После этого охрану нас усилили. Больше показать ничего не могу.
Протокол записан и переведен с моих слов правильно и мне прочитан /подпись/.
Перевел с польского на русский /подпись/
Допросил: военный следователь гвардии ст[арший]
л[ейтенан]т юстиции /подпись/
1.15. Протокол допроса Ванды Павловской о функционировании трудового лагеря Треблинка. [Деревня Гута], 24 сентября 1944 г.
24 сентября 1944 г[ода]. Военный следователь военной прокуратуры 65-й армии гвардии старший лейтенант юстиции Малов с соблюдением ст. 162–168 УПК РСФСР допросил в качестве свидетеля:
Павловскую Ванду Юзефовну 1925 г[ода] рождения, уроженка деревни Гута, Соколувского повята Варшавского воеводства, полька из крестьян, образование 4 класса. Проживает деревня Гута Соколувского повята.
Об ответственности за дачу ложных показаний по ст. 95 УК РСФСР предупреждена /подпись/.
В 1941 г[оду] в двух примерно километрах от станции Треблинка немцы построили лагерь. Что это был за лагерь, я сама не видела, но из разговоров слышала, что в этот лагерь привозят очень много евреев и их там убивают. Жители всех окружающих деревень ходили к этому лагерю и продавали заключенным хлеб, молоко и другие продукты. 14 июня 1943 г[ода] я вместе с сестрой Павловской Станиславой решили сходить и посмотреть, что это за лагерь, и на всякий случай взяли с собой хлеба. Пришли мы к лагерю, где были одни евреи, как впоследствии я узнала, этот лагерь назывался «лагерь смерти». Подошли мы к лагерю с восточной стороны из лесу. За проволокой мы увидели человек 20 евреев, которые корчевали пни. Больше мы ничего не видели, так как через лагерь проходил высокий земляной вал и забор из колючей проволоки, оплетенной ветками. Что было за ними, видно не было. Когда мы ходили около лагеря, сзади к нам подъехало два цугвахмана-украинца, которые схватили нас и отвели в этот лагерь в барак, где спали украинцы, это было, уже когда стало темнеть. Ночь мы ночевали в этом бараке, а на следующее утро на рассвете нас отвели в «рабочий лагерь», где были поляки. Поэтому мы не видели, что из себя представлял «лагерь смерти». В рабочем лагере нас поместили в барак, где до нас уже помещалось 283 женщины-полячки. Мужчины-поляки находились в другом бараке, за колючей проволокой, там же находились и евреи. Пробыли мы с сестрою в лагере до 9 июля 1944 г[ода]. Сестра почти все время болела и лежала в лазарете, я же работала. Выполняли мы различные работы: летом работали в поле по посадке и уборке овощей на участках лагеря. Зимой все больше занимались сортировкой военного немецкого и русского обмундирования, прибывавшего с русского фронта. Всю зиму примерно через три дня, а иногда и ежедневно приходило от 10 до 40 вагонов с обмундированием. В основном это было немецкое обмундирование, шинели, брюки, сапоги, ботинки. Все это мы должны были перебрать. Хорошее и пригодное к носке упаковать в тюки, а плохое отбрасывать. Затем все это куда-то увозили. Работа была очень тяжелая, работали мы 9 часов подряд с перерывом час на обед в 12 часов дня. Кормили нас исключительно плохо, давали такую пищу, что у нас ее скот не стал бы есть. Утром давали суп, который состоял из двух картофелин, сваренных в пол-литра воды. Днем давали литр супа из картошки или бурака. Вечером давали пол-литра грязного кофе и 200 гр[аммов] хлеба. Тяжелые условия приводили к тому, что многие женщины сильно болели, а некоторые умерли. Сестра моя Павловская Станислава от тяжелого труда заболела и почти все время лежала в лазарете. И в настоящее время еще сильно болеет и лежит в постели. Ко всему этому еще прибавлялись избиения. Особенно часто бил женщин унтершафтфюрер[638] Штумпе, который наблюдал за работой женщин и мужчин. Избиениями занимались и вахманы-украинцы. В июне 1943 г[ода] один вахман на несколько часов отпустил меня домой, и когда об этом узнал Штумпе, то пришел в наш барак и стал избивать меня кулаками по голове и лицу. Избил до того, что голова и лицо распухли. В этом же месяце помощник коменданта немец Линдене избил мою сестру Станиславу Павловскую за то, что обнаружил у нее папиросы, бил он ее рукой по лицу и голове, а затем посадил в погреб. Особенно жестоко обращался с женщинами унтершафтфюрер Шварц. Так, примерно в январе 1944 года полька Годлесска Болечава из г[орода] Соколув с работы принесла в барак несколько картофелин. Это увидел Шварц и на глазах у всех женщин ударом руки сбил Годлесскую на землю и затем начал ее избивать плеткой и ногами. Избил до того, что Годлесская много дней не могла подняться с постели.
В сентябре месяце 1943 г[ода] одна полька, фамилию ее я не знаю, из г[орода] Остовянки[639] хотела из лагеря бежать, но ее поймали, привели в лагерь, где положили на скамейку, и Шварц, Штульке и цугвахман Эмиль начали избивать ее плетьми, избили до того, что все ее тело, голова и лицо почернели и распухли. Все тело покрылось ранами. Земля вокруг лавки была забрызгана кровью. Такие случаи были часты, но сейчас я уже многое забыла. Особенно жестоко обращались с мужчинами, которые работали в очень тяжелых условиях. Есть им почти не давали, от чего с голоду ежедневно умирало несколько человек, и трупы их относили в лес в ямы. Очень много поляков забили и расстреляли, и не проходило часу, чтоб кого-либо не избивали. Сама я часто видела, как избивали и расстреливали поляков и евреев. Хорошо я помню следующие случаи. В апреле 1944 года поляк Зейферд из Венгрува[640] достал где-то водки и выпил, это заметил комендант лагеря, фамилию его не помню, и послал Зейферда на двое суток в подвал, а затем вывел на плац и застрелил из револьвера.
В мае 1944 г[ода] поляк Бузен во время сортировки военного обмундирования хотел взять себе свитер, что увидели вахманы, и Бузена также вывели на плац и на глазах у всех расстреляли. Примерно в это же время из лагеря убежал один поляк, тогда СС-совцы и вахманы взяли его брата, находившегося там же в лагере, и расстреляли. Фамилию этих поляков я не знаю. Особенно много расстреливали евреев. Я сама видела несколько раз, как евреев группами по 8–14 человек отводили к лесу и там всех убивали. Так же убивали евреев, которые ослабли и не могли работать. Особенно много мужчин поляков и евреев умерло летом 1944 г[ода], когда в лагере свирепствовал тиф и несколько месяцев ежедневно умирало по 10–12 человек.
Вопрос: Назовите лиц обслуживающего персонала лагеря, ответственных за все злодеяния, творимые в лагере.
Ответ: Из лиц, ответственных за все злодеяния, совершаемые в лагере, я помню следующих:
1. Унтершафтфюрер Шварц – немец лет 40, высокий, черноволосый, черноглазый, сухощавый, лично избивал женщин и расстреливал мужчин.
2. Начальник мастерских унтершафтфюрер Штумпе – немец лет 30, высокий, черноволосый, кожа лица темная. Лично избивал женщин. Руководил работами команд. Распределял рабочих.
3. Унтершафтфюрер Регер – лет 25, низкого роста, толстый, блондин, круглолицый, лицо красное. Начальник вахманов.
4. Начальник магазинов немец Лянц – лет 40, среднего роста, худощавый, сутуловатый блондин, отличался исключительным зверством в избиениях заключенных.
Фамилии других я не помню. Но могу сказать, что все бывшие в лагере немцы и вахманы-украинцы занимались убийствами и избиениями поляков и евреев.
Больше показать ничего не могу. Протокол записан с моих слов правильно и мне прочитан /подпись/.
Допросил военный следователь гвардии ст[арший] л[ей тена]нт юстиции /подпись/
1.16. Показания Макса Левита о жизни в трудовом лагере Треблинка и о его ликвидации [август 1944 г.]
Я находился в лагере с мая 1943 года по июль 1944 года. После бунта в Варшавском гетто[641] я попал в группу столяров, которых немцы отправили в Треблинский лагерь. Прибыв на место, я немедленно приступил к работе вместе с многими моими коллегами, которые изготавливали мебель для штабов германской армии.