Коллектив авторов – Только анархизм: Антология анархистских текстов после 1945 года (страница 33)

Одной из тем, где анархо-левизна предаёт свои анархистские обещания, является вопрос насилия. Насилие – это не определение и не характерная черта анархизма. Оно никогда не было превалирующей формой анархистского действия. В некоторые эпохи и в некоторых регионах не было или почти не было насильственных действий со стороны анархистов. Но отрицать историю смысла ещё меньше, чем превозносить её. Иногда она бывала славной. Это признаёт большинство левых. Но чем дальше от них это насилие отстоит в пространстве и во времени, тем для них лучше. Если же оно оказывается слишком близко к ним, то они, присоединяясь к политикам и журналистам, называют его «терроризмом»⁹. Левые доходят до того, что даже обвиняют анархистский «Чёрный блок» в полицейском насилии против левых митингов и маршей¹⁰. Они боятся за своё право белого среднего класса на вежливое несогласие¹¹. Левый – это социал-реформист или социал-революци-онер, сознательно или несознательно желающий получить работу в органах власти. Также: «Марксизм – это профессор, желающий управлять; тем самым он является законнорождённым отпрыском Карла Маркса»¹².

Многие другие тексты, вошедшие в эту книгу, критикуют различные аспекты левизны. В этом же разделе помещены те, которые обращаются к левым напрямую.

Лоуренс Джэрак. Левизна: Вводный курс (пер. с англ. В. Садовского 110: Jarach L. Leftism 101 ⁄⁄ Uncivilized: The Best of Green Anarchy. [Eugene, Oregon]: Green Anarchy Press, 2012. P 92–99¹³).

Вольфи Ландштрайхер. От политики к жизни: Освобождая анархию от левацкого бремени (пер. с англ. В. Садовского по: Landstreicher W. From Politics to Life: Ridding Anarchy of the Leftist Millstone // Anarchy: Ajournai of Desire Armed. No. 54. Winter 2002–2003. P. 47–51).

Джон Зерзан. Левые? Спасибо, но нет! (пер. с англ. В. Садовского по: Zerzan J. The Left? No Thanks! // Anarchy: Ajournai of Desire Armed. No. 67. Spring – Summer 2009. P. 65–66).

Левизна: Вводный курс

Лоуренс Джэрак

Что такое левизна?

Для большинства это означает некую форму социализма, несмотря на тот факт, что есть множество левых, вовсе не оппонирующих капитализму (так же как и не все социалисты – противники капитализма, что ясно видно из реальной истории социализма). На этот счёт можно привести ещё множество аргументов, но давайте постараемся не усложнять, и допустим, что эти два термина являются синонимами. Однако, как это бывает с большинством самых туманных терминов, проще дать список их характеристик, чем определение. Левизна заключает в себе множество разнородных идей, стратегий и тактик; существуют ли в таком случае общие тенденции, объединяющие всех левых, несмотря некоторые очевидные различия? Чтобы приступить к поискам ответа на этот вопрос, необходимо исследовать философские корни того, что в широком смысле можно назвать социализмом.

Либерализм, Гуманизм и Республиканизм – это политические и философские учения, происходящие из европейской традиции Нового времени (появившейся примерно в период Возрождения). Не удаляясь в детали, следует отметить, что приверженцы этих трёх учений (в особенности либерализма) предполагают существование идеального индивида, мужчины, владеющего собственностью, целиком рационального (или, по крайней мере, потенциально рационального) в своих поступках. Этот идеализированный индивид противостоит властному произволу экономической и политической систем монархизма и феодализма, а равно и духовной власти Католической Церкви. Все три эти учения (ЛГР) предполагают способность каждого человека (мужчины) посредством образования и упорного труда преуспеть на свободном рынке (товаров и идей). Конкуренция превалирует в этосе всех трёх учений.

Сторонники ЛГР настаивают, что эти философии нового времени – в сравнении с монархизмом, элитизмом и феодализмом – являются достижениями на пути к свободе человека. Они верят, что достижению того, что они называют «Высшим благом», скорее поспособствует следование и распространение философии, которая по крайней мере предлагает каждому возможность хоть как-то управлять свей жизнью в таких областях, как образование, экономическое процветание или политические взаимодействия. Конечными целями ЛГР является устранение экономической нужды и интеллектуальной ⁄духовной нищеты посредством распространения идеи более демократического правления. Всё это они продвигают под вывеской Справедливости, а Государство рассматривают как её абсолютного гаранта.

Эти три философии оказали существенное влияние на социализм как современное движение. Подобно приверженцам ЛГР, левые озабочены экономической и социальной несправедливостью и противостоят ей. Все они предлагают смягчение социальных зол посредством активного вмешательства или благотворительности, будь они под покровительством государства, НГО или иных официальных организаций. Совсем немногие из предлагаемых решений или временных мер предлагают (или даже допускают) самоорганизацию тех, кто напрямую страдает от этих зол. Повышение благосостояния, программы позитивной дискриминации, психиатрические лечебницы, услуги по реабилитации наркоманов и т. д. – всё это примеры всевозможных попыток что-то сделать с социальными проблемами. Учитывая предпосылки этих накладывающихся друг на друга философий и их практические системы взглядов, эти меры создают видимость, что являются результатами разума и знаний, соединёнными с эмпатией и желанием помочь людям. Сотрудничество ради Высшего блага выглядит более благотворным для человечества, нежели индивидуальное соперничество. Однако социализм также принимает существование конкуренции как должное. И либералы, и социалисты верят, что люди по природе не могут ладить друг с другом, и поэтому им необходимо дать образование и побуждать к сотрудничеству. Когда же все такие попытки терпят крах, Государство всегда может навязать это силой.

Умеренные, радикальные и крайне левые взгляды

Несмотря на то что существует множество наложений и смешений, препятствующих появлению настоящих дискретных границ, я надеюсь, что описание этих различных проявлений левой идеологии будет способом выявить её определённые характерные черты.

В вопросах стратегии и тактики умеренные левые полагают, что положение может быть улучшено работой внутри существующих структур и институтов. Будучи явными реформистами, умеренные левые способствуют легальным, ненасильственным и осторожным поверхностным переменам статус-кво, в конечном счёте, надеясь на установление социализма законодательным путём. Та демократия, которую они так отстаивают, является буржуазной: один человек, один голос, правление большинства.

Радикальные левые ратуют за смешение легальных и нелегальных тактик, в зависимости от того, что в текущий момент имеет большие шансы на успех, но, в конечном счёте, они хотят официального утверждения некоторых должным образом оформленных правовых институтов (в особенности когда им нужно придать большинству правил законную силу). Они прагматичны, надеются на мирные перемены, но готовы сражаться, если считают это необходимым. Отстаиваемая ими демократия более пролетарская: их не заботят процессы любых выборов, лишь бы в выигрыше не оказывались боссы и мейнстримные политики.

Крайние левые – это аморальные прагматики, их стратегическая ориентация может быть также названа оппортунистической. Они категорически грубы, откровенно желают разрушения существующих институтов (часто включая в их число и Государство) и хотят переделать их так, чтобы самим писать законы и принуждать к их выполнению. Куда больше чем остальные они готовы прибегать к силе для осуществления своих целей. Демократия, которую они отстаивают, как правило, основана на принципе Партии.

Все левые признают за рабочим привилегированный статус как за рабочим-производителем, то есть в рамках категории, существующей лишь в сфере экономики. Умеренные левые выступают за права рабочих (на забастовки, на охрану и безопасность своего труда, на честные и справедливые контракты), пытаясь смягчить наиболее явные злоупотребления начальства при помощи реформ и внедрения прогрессивного законодательства. Они хотят, чтобы капитализм был организован по принципу «люди превыше доходов» (как гласит этот затасканный лозунг), игнорируя внутреннюю логику и историю капитализма. Умеренные левые агитируют за социально ответственное инвестирование и желают более справедливого распределения богатств; общественного благосостояния в форме столь настойчиво навязываемой «страховочной сетки»[14] и личного благосостояния в форме более высоких зарплат и повышенного налогообложения корпораций и богачей. Они хотят уравновесить права собственности и труда.

Радикальные левые поддерживают рабочих за счёт их боссов. По мнению леворадикала, рабочие всегда правы. Они стремятся поменять правовые структуры так, чтобы они отражали этот фаворитизм, что, как предполагается, способно компенсировать предыдущую историю эксплуатации. Перераспределение состояний в представлении радикальных левых основано на более высоких зарплатах и увеличении налогообложения корпораций и богачей, которое должно будет включать в себя и избирательную экспроприацию/национализацию (с компенсацией или без неё) различных ресурсов (к примеру, банков и полезных ископаемых).