Коллектив авторов – Рождество у Шерлока Холмса (страница 14)

– Вчера, когда ящики грузили, о канат обтерся.

– Когда выходим, Джон?

– Хоть сейчас. Капитан расчеты еще вчера дал. Нужны паруса да завтрак.

Боб всплеснул руками.

– «Хоть сейчас»! Хорошо тебе говорить! «Паруса поставить»! Кому, нам с Аланом вдвоем? Я вчера греб весь день, ладони в кровь!

Перебивая друг друга, Боб и Алан принялись жаловаться. Вчера команда разгружала груз каравеллы. Тяжелые ящики из трюма. Никита с Джоном на тросах спускали их в шлюпку Бобу. Тот греб к берегу, Алан разгружал. Дальше грузом занимались оба старших офицера и корабельный юнга.

– Сколько там ящиков было? – негодовал Боб, – Тысяча? Две?

– Пять сотен. Я считал. – Никита прошелся вдоль борта и вернулся к мачте.

Боб глянул по сторонам, поманил матросов ближе. Джон смотрел на него снизу вверх, русая голова Никиты возвышалась над всеми. Боб перешел на громкий шепот.

– Знаете, что я думаю, парни? Во вчерашних ящиках тоже золото было. Я такие же в трюме «Лани» видел. Деньги там индийские. Знать, адмирал решил часть себе оставить. Вот и отправил нашего капитана спрятать на этом островке!

Никита вздохнул.

– Боб, зря ты кричишь на весь корабль. Мы все поняли, что грузили. Меньше знаешь, лучше спишь.

– Это у вас на севере так говорят? А у нас говорят: «Ранняя пташка ловит червяка!» Мы эти ящики на своем горбу таскали, имеем право на честную долю!

– Нам обещали заплатить за эту поездку. Лучше пять фунтов, чем случайно упасть за борт.

Боб открыл рот, чтобы ответить Никите. Сейчас обвинит боцмана в трусости и будет высмеивать дикую натуру. В этот момент на палубе появился Карл Грей, старший помощник капитана. Как всегда, рыжий и толстый, но неожиданно мрачный.

– Команда! Готовимся к отплытию! Алан, Боб, Томми, паруса! Джон, к румпелю!

Алан что-то пробормотал под нос и принялся разматывать канат. Джон вытянулся, как солдат в строю.

Не дожидаясь ответа, Карл сел у руля и принялся пить воду из фляги. Алан многозначительно посмотрел на Никиту.

– Чувствуешь, вином пахнет? Видно, не только капитан вчера запасы распечатал.

Карл тяжелым взглядом обвел палубу.

– А где негритенок? Томми, где тебя черти носят?

– Юнга, подлец, небось у капитана в каюте спит. На мягком. – Проворчал Алан.

Боб хмыкнул.

– Не, брат Алан, вот с Томми я стал местами меняться. Капитан парнишку как только не гоняет.

– Эй, Ник! Сходи, позови капитана Смита.

Ступени привычно скрипели под сапогами. Никита пригнулся под низкой балкой и постучал в единственную на корабле дверь.

– Капитан! Капитан Смит! Мы ждем приказа поднять якорь!

Под палубой пахло солью и рыбой, вяленым мясом и сырой одеждой. Надо всем этим витал застарелый запах пота – привычный аромат дальнего плавания. Но примешивалось еще что-то.

Не запах – вонь. Из глубин памяти, из прошлой жизни. Зимний день, когда к Новгороду подошли банды опричников. Бегство из города. Иногда так пахло в разбойничьем приказе, где начинал службу молодой писарь Никита Неревский.

Это запах крови.

Никита дернул ручку. Не заперто.

В капитанской каюте полумрак. Догоревшая свеча кляксой расплылась по столу. После освещенной палубы Никита двигался на ощупь. Сразу наткнулся на кровать. Растерянно пошарил. Нащупал что-то мягкое и холодное. Вновь позвал. И отдернул руку, когда понял.

Тело капитана Грея, окоченевшее и мертвое. Липкое от крови.

Никита перекрестился справа налево. Нужно выходить наружу и звать остальных.

Через пару минут в каюте стало тесно. Первым тут оказался любопытный Боб. Следом за ним Джон. Лицо рулевого окаменело. Алан стоял у стены, опустив взгляд, нервно тер подол рубахи, что-то бормоча под нос. Последним пришел старший помощник Карл, который громче всех сыпал бранью.

Никита наконец стряхнул оцепенение.

– Нам всем не нужно тут стоять. Нужно посмотреть вокруг. Могут быть вещи, которые… – Никита забыл, как по-английски сказать «уличать», и косноязычно закончил, – Которые покажут, кто убил. Посмотрите, у капитана проломлена голова. Много крови. Вот здесь на стене тоже пятно. Он сидел на кровати, а потом упал.

Карл носком сапога пнул бутылку с вином на полу. Вокруг голышка растекалась липкая лужа.

– Вчера последним у капитана был Томми. Маленький подлец ударил его бутылкой по голове и убежал, чего тут гадать.

– Уверен? Это было после восьми часов?

– Да я сам привел сюда Томми, по приказу Смита! Дубина! Немедленно тащи сюда юнгу!

Старший помощник перешел на ругань. Смысл ее сводился к тому, что капитану уже не поможешь, корабль нужно готовить к отплытию, а задачу думать и анализировать возьмут на себя старшие, а не младшие офицеры команды.

Решив не спорить, Никита развернулся и вышел. Когда проходил мимо Алана, расслышал бормотание. Молитва, что ли? «Куда бы моряк ни уплыл, от смерти ему не уплыть. Куда бы моряк ни уплыл…»

Внезапно Никиту охватил азарт. Как в молодости – нужно найти вора да привезти дядьке в приказ. Где спрятаться на каравелле в пятнадцать саженей? На самом деле, много где. Часть укромных мест Никита отмел сразу – на палубе он был все утро, видел бы юнгу за канатами или в бочке. В каюте Томми не появлялся. Остается трюм.

По лестнице Никита спускался осторожно. В темноту второпях не заходят. Позвал. Ответа нет. Ну хорошо. Сделал вид, что идет в дальний угол. Из другого угла метнулась темная фигура. Попался!

Никита недооценил проворство юнги. Томми почти успел добежать до лестницы. Но руки у боцмана длинные, он рванул паренька за край рубахи, сжал. Не сильно, чтобы не поломать. Томми дернулся, но быстро затих.

Никита сгреб его в охапку и понес наверх.

– Куда ты с корабля-то собирался бежать, дурачок?

Тут он увидел лицо юнги. Томми родом из Северной Африки, чернее углей в печи. Но сейчас его лицо посерело, как зола. Парня трясло в ознобе, он вращал глазами, бессвязно мычал. По щекам текли слезы. Никита вздохнул и пошел дальше.

Остальные все так же толпились в каюте покойного. Карл напустил на себя важный вид, будто епископ на кафедре.

– Команда! В связи с трагической гибелью капитана Смита, его обязанности беру на себя. Слушай мой приказ! Ник, Джон, готовить корабль к отплытию! Алан, тело перенести на палубу. Боб, взять под стражу юнгу Томми за убийство капитана! Запрешь его в каюте. Что стоите? Выполнять!

Никита и Джон вышли на палубу и принялись за работу. Первым молчание нарушил Джон.

– Вот так утро, да, Ник? А ты, я смотрю, мастак разгадывать преступления?

Никита с хрустом расправил плечи, вытер пот со лба. Машинально провел ладонью по лицу. Колючая щетина никак не хотела собираться в горсть.

– Когда-то умел. Я не могу понять время. Вчера ты был у капитана после заката?

– Ну да, мы как все вернулись, я ему докладывал. Нет, он сперва Томми позвал в каюту. Потом Томми кликнул меня.

Никита кивал, прикрыв глаза.

– Я с Аланом в это время крепил шлюпку. Боб сразу завалился спать, там, у бочек. Юнгу я весь вечер не видел.

– Томми вчера пришел за мной, я пошел в каюту. Отчитался о состоянии корабля. Потом позвал Карла к капитану, и вернулся сюда.

– Я вот чего не понимаю, Джон. Много вина разлито. Значит, бутылка была почти полная. Мы все знаем, что капитан взял вино, когда вернулся с острова. В каюту заходил ты, потом Карл, потом, выходит, Карл опять позвал юнгу. Томми ударил капитана? Так вино бы уже кончилось!

Джон со смехом хлопнул Никиту по плечу, ему пришлось высоко тянуть руку.

– Эй, Ник, у тебя все мысли о вине! Не переживай, через три дня вернемся к «Золотой лани». Пересядем обратно к адмиралу Дрейку, на эту скорлупку переселят других. Две недели по течению – и мы в родной Англии! Вот где вина будет вдоволь! В бутылках и в кружках! Не этой чилийской кислятины, а такого, как в запасах капитана! Рубаху новую куплю, моя совсем драная. Скорее бы в родной Фалмут! Из Портленда в Бристоль, оттуда рукой подать до дома!

Рулевой все болтал об Англии.

– У тебя есть семья, Ник? Нет? Ничего, получим деньги за такой переход, заведешь! Вот у меня жена и трое детишек. Выросли, наверное, за эти годы!

Из трюма появились Карл и Алан. Матрос нес завернутое в холщовую простыню тело капитана. Все собрались вокруг.