Коллектив авторов – Николай II. Бремя самодержца. Документы, письма, дневники, фотографии Государственного архива Российской Федерации (страница 57)
Письмо вдовствующей императрицы Марии Федоровны Николаю II
Слава Богу, что вы все здоровы и, по крайней мере, живете уютно и все вместе. Вот уже год прошел, что ты и милый Алексей были у меня в Киеве. Кто мог тогда думать, что ожидает, и что мы должны пережить! Просто не верится! Я только живу воспоминаниями счастливого прошлого и стараюсь забыть, если возможно, теперешний кошмар. <…> Я ужасно сожалею, что тебя не пускают гулять, знаю, как это тебе и милым детям необходимо, просто непонятная жестокость! <…>
Все мои мысли с тобой, мой дорогой Ники, шлю тебе самые лучшие пожелания. Да хранит тебя Господь и даст тебе силу и душевный мир и да не позволит Он погибнуть России!
Продовольственная карточка
Тоб[ольский] город[ской] продов[ольственный] ком[итет]
№ 54
Фамилия
Имя
Отчество
Звание
Улица
№ дома
Состав семьи
Подпись выдавшего карточку
Председатель комитета
Октябрь Ноябрь
Крупчатка 5 пудов 10 фунтов Крупчатка Ржаная 5 пудов 10 фунтов
Ржаная
Масло 7 фунтов
Соль
Свечи
Сахар 10,5 фунтов Сахар 7,5 фунтов
Мыло
Крупа
Овес
Правила
1) Владелец карточки получает продукты только при предъявлении ее в городской лавке или лавке кооператива «Самосознание».
2) В случае утраты карточки владелец лишается права на получение дубликата, если официальными данными не докажет утрату.
3) Нормы выдачи продуктов и цены вывешены в лавках.
4) Передача карточки другому лицу воспрещается.
Дневник Николая II
Сегодня Георгиевский праздник. Для кавалеров город устроил обед и прочие увеселения в народном доме. Но в составе нашего караула от 2-го полка было несколько Георг[иевских] кавал[еров], кот[орых] их товарищи не кавалеры не пожелали подсменить, а заставили идти по наряду на службу – даже в такой день! Свобода!!! Гуляли долго и много, погода мягкая.
Письмо великой княгини Ксении Александровны Николаю II
Так интересно все, что ты пишешь про вашу жизнь в Ц[арском]. Сердце сжимается при мысли, через что вы прошли и что пережили и переживаете! На каждом шагу незаслуженные уколы и humiliations[670]. Ничего, ничего, Господь все видит… Только бы вы все были здоровы и благополучны. Иногда все кажется тяжелым кошмаром, и что вот-вот очнешься – и все исчезнет!
Бедная Россия! Что с ней будет? Все пошло прахом, и как не хотят понять, что не сегодня-завтра немцы придут нами править. Что тогда скажут?
Дневник Николая II
Мои именины провели спокойно и не по примеру прежних лет. В 12 час. был отслужен молебен. Стрелки 4-го полка в саду, бывшие в карауле, все поздравили меня, а я их – с полковым праздником. Получил три именинных пирога и послал один из них караулу. Вечером Мария, Алексей и м. Gilliard[671] сыграли очень дружно маленькую пьесу Le fluide de John[672]; много смеху было.
Мороз дошел до 22° с сильным ветром, так что режет лицо; тем не менее исправно выходили и утром, и вечером. В моем кабинете, у дочерей и в зале очень холодно – 10° +, поэтому днем и до ночи сижу в черкеске пластунской. Кончил II том «Всеобщей истории».
До прогулки готовили подарки для всех и устраивали елки. Во время чая – до 5 час. – пошли с Аликс в караульное помещение и устроили елку для 1-го взвода 4-го полка. Посидели со стрелками со всеми сменами до 5 ½ ч. После обеда была елка свите и всем людям, а мы получили свою до 8 час. Всенощная была очень поздно <…> так как батюшка не успел прийти из-за службы в церкви. Свободные стрелки присутствовали.
Узнали с негодованием, что нашего доброго о. Алексея[673] притягивают к следствию, и что он сидит под домашним арестом. Это случилось потому, что за молебном 25 дек[абря] диакон помянул нас с титулом, а в церкви было много стрелков 2-го полка, как всегда, оттуда и загорелся сыр-бор, вероятно, не без участия Панкратова и его присных 191.
Нехолодный день с порывистым ветром. К вечеру Алексей встал, т. к. мог надеть сапог. После чаю разошлись до наступления Нового года.
Господи! Спаси Россию!
1918
Жизнь под арестом в Тобольске. Болезнь детей. Снятие погон у Николая II. Его переживания по поводу заключения перемирия на фронте и Брестского мирного договора с Германией. Усиление караула. Отправка царской семьи в Екатеринбург. Размещение в Ипатьевском доме. Воровство охранников. Введение тюремного режима. Новый комендант Я. М. Юровский. Убийство царской семьи
Дневник Николая II
У Алексея тоже началась краснуха, но совсем слабая. Ольга и Татьяна себя чувствовали хорошо, вторая даже вставала. Целый день шел снег. Отрядный комитет стрелков сегодня постановил снять погоны, чтобы не подвергаться оскорблениям и нападениям в городе. Непостижимо!
Разговаривали со стрелками 1-го взвода 4-го полка о снятии погон и о поведении стрелков 2-го полка, которое они жестоко осуждают.
Письмо великой княгини Ксении Александровны Николаю II
Да, ты безусловно прав, говоря, что лучшее время – это ночь, когда сон заставляет все забыть и душа немного отдыхает. Видеть и сознавать, что Родина гибнет и так бесцельно, прямо невыносимо и только удивляешься, как можешь продолжать жить! Хочется верить, что еще не все погибло, что найдутся люди, которые выведут Россию из этого ужасного хаоса и тупика. Что сделалось с нашим несчастным народом? Очнется ли он когда-нибудь? Между прочим, несколько фраз в твоем письме были зачеркнуты – относительно охраны и взаимных отношений (это – к сведению!). Nevertheless we read It all[674] – английская пословица, которую нельзя перевести на русский язык, надеюсь, цензура ее не вычеркнет.
Дневник Николая II
Узнали, что на почте получено распоряжение изменить стиль и подравняться под иностранный, считая с 1 февраля, т. е. сегодня уже, выходит, 14 февраля. Недоразумениям и путаницам не будет конца!