Коллектив авторов – Морские досуги №6 (страница 20)
Тогда за дело взялся сам Родин. Для начала он слегка хлестнул девицу по щеке перчаткой. Та опешила, но подвывать прекратила. Офицер удовлетворенно кивнул, достал из «бардачка» фляжку с коньяком, стальной стаканчик и налил доверху и протянул девушке. Сказал просто: — Пей, надо! Та выпила залпом весь стаканчик, выполняя команду, даже не ощущая ни крепости, не вкуса напитка. Потом закусила протянутым кусочком шоколада. — Ты — хохлушка? — поинтересовался офицер, вдруг припоминая ее крики на украинском и протянул ей новый стаканчик, налитый доверху. Осколок шоколада, в разорванной фольге, уже был под рукой. — Нет, мать с Украины, а я даже там ни разу не была, даже языка не знаю! — поделилась девица и механически опрокинула в себя коньяк. — Ни фига себе, память поколений с перепугу как проявилась! — вслух удивился Родин. И добавил ледяным командным тоном, повысив голос: — А теперь — к больной, в машину — марш, исполнять клятву Герострата… тьфу, как, черт, его… но ты поняла! А, Гиппократа! Ясно! Все равно — вперед! Это водила должен был бегать и орать вокруг своей сдохшей машины, а не ты! А то мужики любить тебя не будут! Пропадешь впустую — а зря! Будет о чем жалеть, точно говорю! С тобой общаться на ощупь — незабываемые, наверное, ощущения!
Фельдшерица кинулась исполнять военную команду. Довольный механик прислонился к капоту свое машины и закурил. «Надо бы тоже тяпнуть — стрессик снять. Да нельзя, еще сколько ехать, да два КПП впереди, обойдусь вообще или потерплю до корабля! Нафига мне незапланируемые приключения!?» — решил он. Девица влезла в салон и включилась в работу понемногу. Тем временем Анвар справился, делая все скрупулезно и проверяя каждый свой шаг! Это тебе не фурункулы на задницах вскрывать! А тут и акушеры из Колы подлетели. Нормальный, толстенький пацан орал во все горло! Говорят — так и должен! Все сделали как надо. А доктора похвалили, но обидели — сказали, что таких знаний и умений от военного врача не ожидали. — Тоже мне, аттестационная комиссия! Да я ещё и не то могу! Я любые раны и порезы, как трусы зашиваю! — по национально-обусловленной педантичности и справедливости ради добавил: — Иногда! Он обиделся за всю военную медицину и полез в «Волгу» — на свое место. Усталость сумасшедшего дня тяжелым мешком навалилась на него. Даже глаза стали сами закрываться! Механик тоже устал, но возбуждение от вида крови и всех этих подвигов насытило эмоции, взбудоражило нервы и напрочь прогнало всякий сон. Родин с присущей обстоятельностью, собрал свое имущество и поскладывал всё в багажник — каждую деталь — на своё место…
Остатки спирта отдал шоферу «таблетки» — за храбрость! Показал фельдшерице кулак — чтобы больше так никогда не делала! Потом налил коньяк в два стаканчика и отрезал два увесистых куска колбасы и еще теплого хлеба. Протянул один стаканчик доктору — тот выпил, протянул второй — вдогонку, мол, за здоровье малыша и молодой мамы! Анвар снова выпил, не поморщившись, видимо все еще находясь мысленно в процессе приключения, прокручивая в памяти недавние события, вспоминая, все ли он сделал так, как надо. Затем принялся, совершенно механически, жевать копченое мясо. И Владимир тоже с большим удовольствием пожевал колбасу, вкусно пахнущую чесноком и дымом. Такую прелесть делала небольшая колбасная мастерская на выезде из Полярного. — А теперь — спи! — скомандовал он Анвару и рванул с места. И тот действительно, сразу заснул — спокойно и без сновидений. И ему уже было наплевать на летевшие навстречу деревья и истошно визжащие шины… Только потом акушеры сообразили, что не спросили у офицеров ни имен, не фамилий, даже номер машины не запомнили. А офицерам просто не пришло в голову дать свои координаты — да и зачем?… Только через месяц, молодой папаша, рыбак, вернувшийся из рейса, на своем траулере из Атлантики, нашел офицеров. Неведомыми путями он проник на корабль и успешно споил половину кают-компании — вместе с Громяковским. А кто узнал прототип, помнит — споить прототип было ой, как не просто! Я бы сказал — невозможно, но долгая служба приучила к тому, что ничего невозможного не бывает
… Но это было потом! Когда им и прицепили прозвище: «акушер — механик». А что? И ничего, нормально! Вот так, братцы, растет пацан в рыбацкой семье. И не знает, что его мамка, да и он сам — флоту уже обязаны! После этих слов, флагарт салютовал стаканом с чаем корабельному врачу, скромно ожидающего вестового с розеткой с лимоном.
Три птицы на льду
Играли «Сокол» и «Чайка», а победил «Белый аист»
Дело было зимой 1987 года в районном центре поселок Черниговка Приморского края. Я уже три года как перевелся с корабля на техническую ракетную базу в 9 км от ближайшего шахтерского поселка Реттиховка. Деревня эта, основанная переселенцами в начале прошлого века, получила свое название в честь полковника, а потом и генерал лейтенанта Генерального штаба Российской империи, военного топографа Александра Федоровича Риттиха. Крестьяне буковку в фамилии изменили, и название прижилось. Это вообще, наверное, тема отдельного исследования. Мой же рассказ коснется события из спортивной жизни части, о которой и пишу. Командиром части в ту пору был подполковник Виталий Ильич Протас. Именно его стараниями в части были созданы футбольное поле и хоккейная коробка, закуплены форма и спортивное имущество. Офицерская, мичманская и матросская команды регулярно соревновались между собой, победители всегда получали заслуженного поросенка. Нанятыми за канистру спирта бульдозеристом и экскаваторщиком из шахтерского хозяйства был выкопан бассейн возле домов гарнизона. А земляной склон до КПП части зимой превращался в ледяную горку, на которой катались и малыши, и ребята постарше, подложив под себя принесенные отцами из воинской части тарелки из под списанных зеркал головок самонаведения крылатых ракет.
Естественно, наши сборные команды по хоккею и футболу, состоящие из лучших игроков части, регулярно выезжали помериться силами с командами ближайших районов. Если желающих поболеть за своих набиралось много, командир приказывал выделять для болельщиков отдельную машину. В общем, все было по серьезному. Наша футбольная сборная называлась «Альбатрос», хоккейная команда именовалась «Чайкой». Наш главный и постоянный соперник — совхоз «Черниговский». Совхозом крепко и грамотно руководила женщина. Жаль, не помню, как ее звали. Пару раз, будучи в управлении совхоза по служебным делам, видел, как из ее кабинета вываливались здоровенные мужики, чуть не плача. Ну, понятное дело, такая женщина просто не могла не создать в своем совхозе отличный спортивный климат. Она по возможности присутствовала на всех играх своих команд. Когда наш «Альбатрос» играл в футбол с черниговским «Лотосом», вместе со своими колхозниками кричала: «Не вопрос, не вопрос, проиграет «Альбатрос»!» А наши отвечали: «Хорошо играет «Лотос», но победит сегодня Протас!»
В общем, как то раз в чудесный зимний вечер наша сборная команда по хоккею, состоящая в основном из офицеров и мичманов части, и автобус с болельщиками поехали на очередной матч в Черниговку, которая находилась в 23 км от нашего места базирования. Я в этот вечер заступил в наряд дежурным по части, поэтому только посмотрел вслед красным огонькам отъезжающих от домов гарнизона машин и мысленно пожелал нашим удачи. Игра должна была проходить на хоккейной площадке совхоза. Вокруг площадки, естественно, были построены простенькие трибуны для зрителей, стояло несколько прожекторов. Под трибунами находилась небольшая общая раздевалка для хоккеистов. Я знал, что по прибытии на матч болельщики во главе с командиром рассядутся на трибуны, уже, наверное, заполненные черниговцами, а команда пойдет в раздевалку переодеваться и ждать сигнала для выхода на поле. Судьи всегда были самые настоящие, с какой то там судейской категорией, не просто дядя Вася из гаража. Обычно они приезжали к началу игры. Как я уже говорил, наша команда именовалась «Чайка», команда соперников носила гордое название «Сокол». Дальнейший мой рассказ основывается на отзывах очевидцев и участников того необыкновенного матча. А началось все с того, что к назначенному времени начала игры не прибыл судья. Выехал он из какого то отдаленного района и должен был вот вот подъехать. Мобильников тогда не было, решили ждать.
Команды, уже одетые в форму и стоящие на коньках, терпеливо сидели в раздевалке, когда дверь распахнулась и кто то из местных болельщиков крикнул своим во весь голос: «Мужики, водку привезли!» Должен напомнить, что шел 1987 год, горбачевская кампания по борьбе за трезвость была в самом разгаре. Спиртное в магазинах было редкостью, на радость старушкам самогонщицам из соседнего немноголюдного села Грибное. Село это как раз находилось между нашей Реттиховкой и Черниговкой. Но сейчас не об этом. После такого известия черниговские хоккеисты и, конечно же, наши быстро снарядили по гонцу от каждой команды, помогли быстренько освободиться от коньков, снабдили деньгами и спортивными сумками и отправили в магазин. Несмотря на скорость, с которой гонцы прибыли к магазину, и доброжелательное отношение мужиков в очереди, пропустивших хоккеистов в полном облачении к прилавку, возникло небольшое затруднение — водку уже разобрали. Зато оставалось несколько ящиков молдавского коньяка «Белый аист», который и был закуплен на все имеющиеся деньги.