Коллектив авторов – Морские досуги №2 (страница 17)
… Примета подтвердилась. К ужину пришла директива о включении нашего эсминца в состав группы кораблей, следующих в Алжир с официальным визитом. С одной стороны – это было хорошо потому, что экипаж мог получить инвалюту за поход, но с другой стороны – начинался мандраж по вылизыванию парохода и откладывалось возвращение на Родину. Группу возглавил сам командир эскадры. А это значит, что вокруг него будет вертеться вся свита, готовая растерзать любого за малейшие нарушения и недостатки в ходе визита. За полгода странствий корабль покрылся ржой, исправно замазываемой суриком. Такое пятнистое чудо и с рабочим визитом посылать было б стыдно. А тут – официальный. Весь корабль превратился в малярный цех, а за бортом свисало полдюжины люлек с художниками шарового колера. За трое суток все, вплоть до старпома, перемазались как поросята, но эскадренный миноносец преобразился. У аллергиков, в том числе и у меня, от ядовитых запахов полились слезы и покраснели носы. Хотел сходить к доктору за таблетками, но передумал. Оказалось, что корабельный врач на "К-вом" капитан м/с Оленев был человеком, на редкость, неприятным. Иначе, как "Козлов" (пусть не обижаются настоящие Козловы), он в экипаже не именовался. Я всегда с докторами на кораблях дружил, уважая их приближенность к одной из редких флотских радостей – шилу (спирту) и гуманность профессии. Люди эти, почти всегда, обаятельные, иногда – чуть циничные, но – душевные и человечные. Среди них у меня много друзей. Однако, "Козлова" хотелось избегать. Он называл всех только на Вы и по званию, противно чмокал губами и каждого собеседника сканировал взглядом, как возможный объект вивисекции. Было совершенно очевидно, что его интересовал только Ваш ливер. Согласитесь, как-то настораживает. Капитан, однако, сам меня посетил.
… – А Вам, товарищ старший лейтенант, особое приглашение требуется, что ли? – спросил он заглянув в каюту и просветив взглядом мои внутренние органы, – идите делать прививки.
Дело в том, что военные медики установили порядок, при котором весь плавсостав периодически подвергался этим процедурам, якобы препятствующим развитию десятка опаснейших заболеваний. Я попытался объяснить доктору, что три недели назад получил полный комплекс такой дряни перед заходом штабного корабля в Сирию. А на прививки эти – аллергия у меня обалденная. Капитан был непреклонен.
… – Мне приказано сегодня доложить на эскадру о поголовной вакцинации перед заходом в Алжир, – гордо произнес он.
… Как относительное большинство шпаков, случайно оказавшихся на военной службе, "Козлов" старался быть очень военным и в слово "приказ" вкладывал какой-то особо торжественный смысл. Пришлось послать его подальше, но он пошел с докладом к командиру. Командир, замученный глобальными задачами по подготовке к визиту, пожаловался мне, что причиной его гибели станут политрабочие, особисты, медики и финансисты. По его словам, они же – погубят и страну. Наверное, он был тогда прав. Командир тактично попросил привиться и не создавать ему новых проблем, а я, по глупости, – согласился. Командир, все-таки, просил.
.. Когда после прививок я добрался до каюты дыхалка начала давать сбои, волосы вставали дыбом от достоверности иллюзии собственного пребывания внутри муравейника. Аллергия, не иначе, – подумал я и заглянул в зеркало над умывальником. Ужас сковал меня. Вся физиономия бугрилась разноцветными наростами, красные глаза слезились, а шея напоминала шланг от противогаза. Хорошо, что нижнюю полусферу прикрывала одежда, не позволяя наблюдать нечто ужасное. Тогда еще не было нынешних фильмов, иначе я узнал бы в себе инопланетянина из космических сериалов. В надежде на помощь я выполз из каюты и столкнулся с Бальдановым. Тот, видя меня, оцепенел. Я хотел что-то сказать, но объем языка уже превышал размеры ротовой полости. Удалось только прорычать нечто, похожее на ДРРР… ДРОЛЛЛ…, что должно было означать лекарство – "димедрол", которое, как я справедливо подозревал, могло мне помочь. Виктор состроил дурацкую мину, ничего не понимая. Я повторил свое рычание, сопровождая его общепринятыми жестами, показывающими в какое место и каким способом надлежит ввести лекарственное средство….
… Очнулся я только через пару часов. Бальданов, оказывается, сразу после моей отключки, с помощью двух матросов доставил тело в амбулаторию, где под угрозой жестокой морской казни вынудил доктора выполнить завещанную мной процедуру. Думаю, это меня спасло. Заглянув в зеркало, я не нашел и следа прежних кошмарных изменений. Чудо, да и только. После этого я проспал почти сутки.
… А Алжир – он и есть Алжир. Я один раз, когда полегчало, все-таки, сошел на берег, с навязанной мне в нагрузку группой из пяти матросов. Устал от прогулки как собака. Правда, попил хорошего кофе в маленькой забегаловке на бульваре, истратив на это почти всю свою инвалюту. Какой-то арабченок пытался утащить у меня карманные часы-луковицу, дернув за свисавшую с пояса цепочку. Цепочка, дореволюционного изготовления, выдержала атаку, а я успел подвесить убегающему парнишке легкий щелбан по лбу. Один мой моряк рванул, было за ним, но я его удержал во избежание международных конфликтов. Визит-то был официальный.
Андрей Осадчий
Хор лейтенантов
В этот день и погода была замечательная и нечаянное везение приключилось, кто-то из начальников зачем-то послал в городок. Документы вроде там какие. Нужно было успеть обернуться за быстротечных обеденных два часа и успеть к построению для перехода на корабль. И вот я весь красивый и подтянутый, в новенькой шинели, с дипломатом крокодиловой кожи в руке, обремененный высоким доверием, как большой, выдвигаюсь на главный маршевый рубеж – автобусную остановку. Успешно миновал расположения двух смежных дивизий ПЛ, этих больших муравейников, всегда находящихся в неутихающем ни на миг броуновском движении. Чтобы не диссонировать с фоном своим счастливым видом, что сами понимаете, чем чревато молодого лейтенанта, ускоряю шаг до делового и на лице держу выражение строгого целеустремления. Пересекая линию КПП-1 только, махнул пропуском перед носом бдительного матросика и оказался в другом мире. Другой мир состоял тоже из военных, но других. Тыловых военных. Они тоже толпились в очереди на автобус, но иначе, не как мы, плавсоставские. В их лицах не читалось "любой ценой". Они исполняли свою привычную повседневность, ехали домой покушать и послеобеденно отдохнуть. Некоторые из них даже вернутся к 15 часам обратно в свои отделы и кабинеты с тем, чтобы в 17.15, отдав дневной долг Родине, снова отстоять вот эту утомительную очередь. И так изо дня в день, из года в год, с неотвратимой непреложностью. Системно, можно сказать. Потому как "нет системы – нет результата", "соблюдение суточного плана есть основа успеха боевой подготовки" и война войной, в конце концов, а обед по равписанию.
Стою я, молоденький лейтенантик, стараюсь ничем не выдать своего инородия, а напротив, благораствориться в обществе великолепно пошитых шинелей и фуражек, не оскверненных ежедневными штурмами КУНГов и тентовых КАМАЗов, и зачарованно вслушиваюсь в разговоры воинов тыла. Оказывается, проблемы есть и у них. Возмутительно, например, что утром приходится выходить заранее, а то в "их" тыловой автобус норовит набиться эта оголтелая банда подводников. Сидя уже забыл когда и ездил. Или, коль ты получаешь морские, так сиди в своем прочном корпусе и не чирикай. Мне бы вот так подавали обед прямо на рабочем месте. Оно мне надо, мотаться в городок по два раза на дню. Что слышат мои уши! О боги! Почему земля не разверзнется! Почему небо не упадет на землю! Они не желают мотаться! Домой, в городок! Тяжело им, и они никак не желают мотаться. Когда всё бы отдал, чтобы в 21.00 не получить новую вводную от многочисленных… Нет, это воистину другой мир… У нас ведь и о гауптвахте, кто постарше, рассуждают, как о сладком сне. "Работайте день, работайте ночь, работайте выходные, но чтоб к утру было всё готово" А в последнее время в моду вошла культурно-массовая работа в среде личного состава. И, конечно, не в рабочее же время ей заниматься, лейтенант. И вообще, "Ваша матчасть, это Ваше личное дело", то же согласно этой замполитовской мудрости, разумеется, и ваш личный состав. А кто мне скажет, когда оно кончается, рабочее и начинается… простите, какое-какое Вы сказали, время? Свободное то чего? А партбилет у Вас какого цвета? У меня, например, красный, цвета пролетарской крови, товарищ лейтенант, а у Вас?
15 минут по живописной тундре на хорошо амортизированном "тыловом" ПАЗике с желтыми занавесочками, по соседству с надушенными дамами…знаете, с чем это сравнимо? Это как у людей Большой земли, нормальных, то есть людей, ну, скажем, после заводской смены вдруг попасть в райкомовскую сауну. Я, конечно, подслушал и принял к сведению время обратного отъезда. Ага, они даже место отправления меняют периодически, чтобы оторваться от хвоста. Ну, штирлицы, погодите. Деловую часть "командировки" решил быстро, нашел синюю папку где было указано, в тумбочке в спальне. Неужели и у меня когда-то будет своя квартира… На обратном пути решил оставшимися двадцатью минутами распорядиться красиво. ДОФ, буфет, чашечка ароматного кофе с эклером, густая медленная музыка, что-то из забытого далёка.