Коллектив авторов – Историк и власть, историк у власти. Альфонсо Х Мудрый и его эпоха (К 800-летию со дня рождения) (страница 96)

Я придерживаюсь мнения, что целью цифрового издания является издание «труда», и что цифровое издание стремится не восстановить идеальный текст, а скорее представить «труд» в его многогранных аспектах композиции и потребления. Эти аспекты могут быть авторскими или направленными на восприятие, и поэтому отдельное издание может создавать иерархию элементов труда-в-мире, но изменчивая природа цифровой текстуальности означает, что не существует «труда как такового», а есть лишь вместилище, зависящее от возникающей диалектики, о которой шла речь выше. И учитывая возможности цифровой практики, способной создавать объемы и виды данных, существует возможность выстроить в одном и том же цифровом издании и архив, и издание как таковое. Конечно, оба они открыты для элементов вмешательства со стороны издателя, и ни одно из них не является нейтральным, но возможность явной отметки издательской позиции на шкале между архивом и интерпретацией означает, что возможны более богатая форма издательской практики и последующее чтение[1269].

На основе сказанного выше о вызовах, представленных собственно цифровым миром, и о трехчастном теоретическом разделении элементов, следующим шагом является попытка набросать картину того, как цифровое издание труда, то есть «Истории Испании», может быть осуществлено как продукт уникальной цифровой концептуальной архитектуры. Гипотезы, которые лежат в основе контура такого проекта, следующие:

• •Будущее нашего цифрового текстового наследия лежит в издании «трудов».

• • Издание труда, которое в основе своей является временным и изменчивым, заключается в издании знаний о чем бы то ни было.

• • Издание труда – это сборка утверждений разной достоверности, основанных на различных формах авторитета, и все эти формы должны быть четко указаны.

• • Некоторые из этих утверждений, особенно текстовые и документальные, вероятно, будут занимать более высокое положение в иерархии элементов для этого издания, но любая иерархия может быть перевернута или изменена другими способами применительно к разным изданиям, и пользователю может быть открыт доступ к разным уровням иерархии.

• • Материальный объект может, но не обязан, быть осевым пунктом, вокруг которого организован весь труд.

• • Большая часть сказанного выше всегда была верна, но возможности включения различных видов знаний ныне увеличились, и поэтому эти ключевые элементы и структуры авторитетов должны быть четко указаны.

В случае «Истории Испании» я буду иметь дело только с тремя классами знаний о нашем труде, которые могут быть встроены в цифровое издание, но множество других может быть добавлено в мультиуровневые миры. В целях простоты я ограничил себя элементами, которые традиционно рассматривались как «текстовые»; это не означает, что в цифровом издании нельзя включать вне-текстовые знания или что они не должны считаться центральными.

Если мы представим себе по-настоящему цифрового Альфонсо Х, который эпистемологически отличается от предыдущих изданий, включая EED, и на данный момент ограничимся «Историей Испании», то как это будет выглядеть? Здесь я буду говорить только о трех элементах знания о труде, каждый из которых связан каким-то образом с пониманием «Истории …» и ее представлением.

• • Источники.

• • Похожие тексты/труды.

• • Рукописные редакции/вариации.

Один из способов концептуализировать эти термины – рассматривать их как представление прошлого, настоящего и будущего работы в момент их зарождения, возможно, отражая комментарии Джаусса об анализе литературных жанров как функции горизонтов ожидания и опыта[1270]. Поэтому они представляют собой наиболее простые измерения: ведь их можно представить в линейных и хронологических формах как часть цепи смыслов, но такой, в которой разнообразные элементы не обязательно имеют фиксированное существование. Дополнительные виды знания не обязательно следуют этому линейному шаблону, и, на самом деле, цифровизация может быть особенно полезна в этом многомерном расположении. Но для целей моего примера я сосредоточусь только на этой линейной связи.

Источники

Предварительные вопросы, которые следует задать относительно включения исходных материалов в цифровое издание, могут быть следующими: какова концептуальная связь между текстом и его источниками? как нам следует осмысливать эти связи (1) в качестве читателей и (2) в качестве издателей? Если мы рассматриваем наше текстовое наследие как часть цепи смыслов, возможно, в режиме цепочки памяти, столь ярко проанализированной Мэри Каррутерс[1271], то какие элементы этой цепи следует включить в издание? Конечно, это непосредственно связано с вопросом о статусе издания, в первую очередь – с тем, как издатель решает (или должен решать), что издавать и на какой основе? Какое место занимает наше знание о способе создания труда в нашем издании? Все это непосредственно связано с понятием архивного импульса Эггерта, упомянутого выше, а также с вопросом о том, что стало возможным из того, чего не было ранее. Теперь мы можем включить в архивное измерение наших изданий более широкий спектр текстовых элементов, но возможность сделать что-либо не является теоретическим обоснованием этого действия.

Цитата, приведенная в начале этой статьи, предоставляет нам отличный пример того, как эти вопросы могут быть разработаны на практике. «De como fue Europa poblada de los fijos de Japhet ₁ Evropa comiença en un rio que a nonbre thanays. e de la una parte la cerca el mar mediterraneo. e dela otra el mar oceano. ₂ Este rio thanais nace en los montes ripheos; y es moion entre asia y europa. ₃ Enel grand mar oceano de la parte de cierço. ay muchas yslas. assi cuemo ingla terra a que llama ron antiqua mientre bretanna la mayor. ₄ E es ybernia ala que llaman yslanda» [Европа начинается по реке, что носит имя Танаис, и с одной стороны ее окружает Средиземное море, а с другой – море, именуемое Океан. Эта река Танаис рождается в Рифейских горах и является межой между Азией и Европой. В великом море Океане, в северной его части, лежит много островов, как, например, Англия, именуемая по-старому Большой Бретанью; есть Иберния, которую называют Ирландией… (пер. И. В. Ершовой)].

Мы уже знаем основной источник представления Альфонсо о географии Европы – это сочинение «Об испанских событиях» Родриго Хименеса де Рада, произведение, написанное на латинском языке непосредственно перед «Историей Испании» архиепископом Толедо, который был лично знаком с Альфонсо Х. Эквивалентный фрагмент в исходном тексте, здесь воспроизведенный из лучшего издания, звучит следующим образом: «De Europa et generationibus Iaphet Europa autem incipiens a Thanay fluuio ex una parte Tirreno, ex alia Septenrionali et Gaditano Occeano terminatur. Thanaym uero hunc dico qui ex Ripheis montibus oriens adeo preceps ruit ut, cum uicina flumina Meothis et Bosforus gelu sepissime solidentur, solus ex confractuosis montibus euaporans numquam algore Scitio indurescit. Hic Asie Europeque terminus famosus habetur. Fretum autem Gaditanum in finibus Gallecie a Gadibus Herculis nomen habet; Occeanum Septentrionale quod uersus Septentrionem plurimas ínsulas in se tenet, scilicet, Schanciam, Frisiam, Schociam, Angliam et Hyberniam et alias menores» [О Европе и о потомках Иафета. Европа начинается от реки Танаис; с одной стороны она ограничивается Тирренским морем, а с другой – Северным и Гадесским Океаном. Танаис же, о котором я рассказываю, тот, что начинается от Рифейских гор и низвергается от них так, что, хотя соседние реки, Мэотида и Босфор часто сковываются льдом, он единственный, испаряясь от проломленных гор, никогда не затвердевает от скифского мороза. Он является знаменитым рубежом между Европой и Азией. Гадесский же пролив на окраине Галисии именуется так от геркулесовых гадиев; Северный Океан – тот, в северной части которого находятся многочисленные острова – Сканзия, Фризия, Скотия, Англия, Иберния и другие, более мелкие][1272].

В печатной версии, конечно, можно было бы отметить это, возможно, в виде сноски. Но, учитывая гибкость цифрового пространства, в цифровом издании появляется возможность предоставить доступ ко всему фрагменту, или ко всему тексту труда (сочинения), на котором, в данном случае, основана «История Испании». Можно предположить, что предоставление доступа к тексту «Истории об испанских событиях» станет особенно ценным подспорьем при пользовании изданием, поскольку это единственный в своем роде и важнейший источник «Истории Испании». Однако в концептуальном плане это не более чем количественный прогресс по сравнению с предыдущей практикой, так как новация не предполагает никакого значимого утверждения о взаимосвязи между двумя трудами (сочинениями). Фактически, приведенный пример является особенно показательным, поскольку мы знаем также и источники, которые сам Родриго использовал при написании своей хроники – предшествующие по времени труды Орозия и Иордана:

• •«Europa incipit ut dixi sub plaga septentrionis, a flumine Tanai, qua Riphaei montes Sarmatico auersi oceano Tanaim fluuium fundunt…» [Европа берет начало, как я сказал, близ областей севера, от реки Танаис, там, где Рифейские горы, протянувшиеся от Сарматского океана, изливают реку Танаис… (пер. В. М. Тюленева)][1273].