Коллектив авторов – Историк и власть, историк у власти. Альфонсо Х Мудрый и его эпоха (К 800-летию со дня рождения) (страница 62)

Относительно права войны, в документах рассматривается прежде всего организация военных отрядов, а также все, связанное с юридическими аспектами военных действий этих отрядов во время войны. В этом отношении нужно обратиться к содержанию большинства фуэро из региона Куэнка, в которых этой теме посвящен целый раздел. Например, в случае фуэро Алькараса, речь идет о десятом титуле[854]. Там, как и почти во всех схожих документах, мы обнаружим детальную проработку следующих вопросов:

– оборона поселения во время осуществления кавалерийского набега: большая часть местных воинов принимала участие в военных кампаниях, и, таким образом, было необходимо принять меры для обороны поселения на время их отсутствия;

– перечень лиц, обязанных служить в войске: как уже было отмечено, речь шла о большинстве совершеннолетних мужчин, способных держать оружие, за исключением тех, кого оставляли для обороны поселения на время похода;

– снаряжение, которое они должны были иметь: оружие и защитное снаряжение были разными как среди рыцарей, так и среди пехотинцев. Последние должны были отправляться на войну с пиками или арбалетами. В реальности, каждый являлся в отряд с тем оружием, что мог себе позволить или брал его в аренду у жен и других лиц, освобожденных от службы в муниципии;

– учет явившихся участников похода: войсковой нотарий своей первой обязанностью имел составление явившихся на службу, с указанием предоставленного оружия, доспехов и лошади. В этом случае целью было подтвердить, что явившиеся имели должное оружие, а также справедливое назначение компенсаций родственникам павших и назначение доли в военной добыче;

– официалы, участвующие в походе, и их права: помимо рыцарей со своими лошадьми и пехотинцев, составлявших большинство в отряде, документы демонстрируют присутствие лиц, имевших определенные должности, с указанием их обязанностей и прав.

Выделяются следующие категории оффициалов:

– судья со знаменем консехо: городской судья был в то время главным представителем власти в муниципальной организации, и, будучи носителем знамени консехо, являлся официальным представителем города;

– алькальды: должностные лица, ответственные за отправление правосудия в мирное время, в военное время они были обязаны разрешать споры среди участников походов;

– разведчики (atalayeros): они были обязаны наблюдать за перемещениями противника и информировать о них войско, а также сообщать сведения по другим вопросам;

– разведчики (los lenguas): они были обязаны взять «языка», то есть пленных, способных проинформировать о намерениях противника;

– адалиды / альмокадены / альгареро (adalides, almocadenes, algareros): должны были управлять военными действиями;

– куадрильеро приходов: они командовали отрядами определенных кварталов или церковных приходов;

– капеллан: очевидно, духовно окормлял всех участников похода;

– нотарий: как уже говорилось ранее, должен был вести письменный учет воинов, компенсаций и раздела трофеев, а также регистрировать прочие события, произошедшие во время похода;

– цирюльник: помимо прочего, должен был надзирать за участниками набега;

– пастухи: отвечали за скот, как взятый с собой для обеспечения войска продовольствием, так и за животных, захваченных на вражеской территории;

– организационная структура войска: как на марше, так и в бою, отряды делились на две большие части, авангард (algara) и арьергард (zaga). Такая структура отвечала тактике приграничных сражений в Средние века: направление набегов на территорию противника, разворот в притворном отступлении, и засада против врагов, прорвавшихся в глубь территории;

– добыча и ее раздел: вся добыча, полученная в походе, собиралась вместе, после чего производилась ее опись. Прежде чем перейти к разделу добычи среди участников кампании, из расчета одна доля на пехотинца, двойная – на рыцаря, выделялась королевская пятина и компенсации за гибель людей и коней, за полученные ранения, повреждения и утрату оружия и доспехов. Прописывались также юридические нормы обжалования раздела добычи;

– преступления, совершенные в походе: самыми распространенными были кражи, грабежи, нанесение увечий и убийства;

– награды или вознаграждения за боевые подвиги;

– свалить рыцаря: вознаграждался выбивший всадника из седла.

– первым ворваться на башню или замок: это считалось заслуживающим особого отличия действием из-за соответствующего риска и отваги, которую демонстрировал участник штурма, обычно взбиравшийся на стены по лестнице;

– вонзить пику в тело мавра: ввиду приемов использования пики в бою, большим подвигом считалось оставление его вонзенным в тело противника;

– взять в плен алькайда (коменданта замка или крепости): это был действительно выдающийся подвиг, поскольку речь шла о пленении руководителя обороны крепости, что ускоряло ее сдачу;

– захват адалидом поселения или замка: самые отважные воины приграничья, осведомленные о слабых местах в обороне противника, могли совершать ловкие и внезапные атаки, позволявшие им завоевывать для своего короля поселения и крепости;

– оповещение о выступлении мавров: логичным образом награждались те, кто сообщал информацию о вооруженном нападении противника, что позволяло вовремя объявить тревогу и организовать оборону;

– привести пленного мавританского адалида или принести голову перебежчика, человека, отказавшегося от своего языка и веры и бежавшего к врагу, вероотступника, одним словом – ренегата. Практика перемены стороны конфликта была довольно распространенной как среди христиан, так и среди мусульман, что воспринималось как угроза отряду, поэтому ренегатов немедленно казнили, и для получения награды достаточно было принести голову.

С уверенностью можно утверждать, что эти нормы применялись, как и прочие положения фуэро, в тех местах, что упоминаются в тексте из Куэнки. В позднее Средневековье речь шла как о горных районах королевства Мурсия, так и о восточной части королевства Хаен. Очевидно, что комплекс рассмотренных выше юридических норм формировался в предшествовавшую эпоху, во времена возникновения фуэро Куэнки, на основе повседневной практики набегов консехо на мусульманские земли. Поэтому можно говорить о возникновении этого нормативного комплекса на землях Новой Кастилии и Эстремадуры еще до закрепления границы к югу от Гвадалквивира.

Практический успех такого способа организации военных действий, локального по своей сути, привел к тому, что этот раздел фуэро Куэнки использовался как самостоятельный текст, чье авторство приписывалось Карлу Великому или другим императорам. Впоследствии он также использовался в качестве основополагающего правового и регламентирующего текста военачальниками испанских армий.

Однако, если мы ненадолго вернемся в приграничье времен Высокого Средневековья, мы обнаружим, что юридическая сила текста из Куэнки ограничивается северо-восточным краем приграничья. В остальных частях королевства Хаен, включая столичную область, в двух других королевствах, существовавших тогда на территории Андалусии – Кордове и Севилье, – применялись фуэро, пожалованные Толедо. Это также имело место на юго-востоке, в Мурсии или Лорке.

Однако фуэро Толедо и его производные никак не касались вопросов войны и мира, они содержали лишь перевод на кастильский «Вестготской Правды» (Liber [Iudiciorum]). Он был лишь дополнен рядом привилегий, стимулировавших создание отряда рыцарей для защиты города. Таким образом, должно было существовать нечто, что в источниках называется «Приграничным» или «Андалусийским» фуэро, что, скорее всего, было не чем иным, как упомянутые выше «законы Карла Великого» или «императорские законы». Их использование в приграничье Мурсии упоминается как минимум с 1334 г.

Как бы там ни было, Альфонс Мудрый решил распространить нормы организации военных походов на все свое королевство, и в «Зерцале законов», в третьей книге, присутствуют четыре раздела, которые регламентируют организацию войска (5), командование, военные походы и кавалерийские набеги (6), добычу, полученную теми и другими в ходе военных действий (7), и преступления, совершенные в последних (8).

Принимая во внимание сложную судьбу этого законотворческого проекта, неудивительно то, что монарх снова возвращается к этой теме, на этот раз более системно. Во Второй Партиде резюмируется правовая традиция Высокого Средневековья, созданная в приграничье Андалусии и Мурсии. Между фуэро Куэнки и текстом Партид имеются совпадения, прежде всего сущностные, но также и текстуальные. Приграничное право рассматривается с 22 по 30 титулы Второй Партиды, за исключением 24‑го титула, посвященного войне на море и имеющего другие корни.

– Титул 22 рассматривает правовой статус адалидов (adalides), командиров отрядов наемников, альмокаденов (almocadenes), командиров отрядов пехоты, и собственно пехотинцев (peones), а также их обязанности.

– Титул 23 содержит положения о войне, в целом, о командирах, о штандартах и знаменах, об осадных орудиях и о методах ведения войны.

– Титул 25 посвящен теме компенсации ущерба, полученного на войне или erechas (еще до появления печатного издания законов в слове «enchas» была допущена ошибка, сохранившаяся в последующих изданиях).