6 Фиаху – названный в саге братом Доннхада и правителем Фир Росс, этот персонаж не известен по историческим источникам. Видимо, за ним стоит собирательный образ жестокого правителя, которого убивают его данники. Подробнее об историческом подтексте саги – см. [Thrall 1925].
7 Тяжело жилось людям… – В работе [Clancy 2000: 216] изображение Фиахи как жестокого короля, который намеренно изнуряет своих подданных, возводится к библейскому тексту: «И восстал в Египте новый царь, который не знал Иосифа, и сказал народу своему: вот, народ сынов Израилевых многочислен и сильнее нас; перехитрим же его, чтобы он не размножался; иначе, когда случится война, соединится и он с нашими неприятелями, и вооружится против нас, и выйдет из земли нашей. И поставили над ним начальников работ, чтобы изнуряли его тяжкими работами» (Исх. 1:8–11). В другой версии саги (версии В) дана иная трактовка взаимоотношений «людей Росс» и Фиахи: ni bid rig Erenn diles aqu sidi, ar is ead donidis, a rig duthaich fein do marbad [Stokes 1905: 132] – Не было короля Ирландии у них же, потому что вот, что они по обыкновению делали: своего собственного короля убивали.
8 ни оружия, ни цветной одежды – лишение воинов племени оружия, скорее всего, было со стороны Фиахи сознательным; то же можно сказать и о символическом запрете носить цветную одежду, поскольку одежда одного цвета была знаком раба, см. в «Анналах четырех мастеров» ссылка на легендарного короля Эохайда Эдаха (3664 от с. м.): An cead-bhliadhain d’Eochaidh Eudgadhach na righ ós Erinn indsin. As aire at-berar Eochaidh Eudgadhach fris ar as lais tuccadh ilbhrechtradh gacha datha i n-edighibh ar tús i n-Erinn d’eidirdeliughadh onóra gach aoin as a edach, ótha íseal go h-uasal. As amhlaidh din ro deligh ettorra, aen-dath i n-edoighibh moghadh, a dó i n-edoighibh amhoss, a tri i n-édoighibh daghlaoch & oigtighernadh, a ceathair i n-edoighibh brughadh, a cuig i n-edoighibh tighearnadh tuath, a se i n-edoighibh ollamhan, a secht i n-edoighibh ríogh & ríoghan [AFM: 44] – Первый год правления Эохайда Эдаха в Ирландии. И потому носил он прозвище Эдах, «одежный», что первым стал различать цвета у одежды, так что по чести каждому в Ирландии доставалась и его одежда от низших до высших. И так было это решено, что была одежда одноцветная у рабов, два цвета у воинов, три цвета у героев или юных княжичей, четыре цвета и домовладельцев, пять – у правителей земель, шесть – у оллама, семь – у короля и королевы.
9 К устью реки Бойне – восточное побережье острова, возле совр. города Дрогеда. Место встречи короля Фиахи и людей Росс выбрано компилятором текста неслучайно. В этом месте сходятся границы земель Уи Нейллов и подчиненной им Аргиаллы. Кроме того, в долине реки Бойне находится Нью-Грейндж, легендарная обитель ирландского бога Энгуса и одновременно – астрономический культовый центр докельтского населения Ирландии. Таким образом, для встречи с королем люди Росс избрали сакрализованный с обеих сторон локус.
10 Плюнули ему в кулак… – в оригинале употреблен претерит глагола do-beir ‘давать’, т. е. букв. «дали», действие, таким образом, не обозначено как повторяющееся. Контекст не дает возможности ясно восстановить картину: либо у всех слюна была смешана с кровью, но в «недостаточных» пропорциях, либо – у половины людей Росс была кровь в слюне, а у половины – еще нет. Последнее кажется вероятней.
11 Колумом Килле – здесь в саге допущен анахронизм: святой Колум Килле умер в 597 г. и не мог давать совета королю Донхаду. Впрочем, присутствие Колума Килле на собраниях, имевших место в VII в., встречается и в других текстах. Более того, можно предположить, что компилятор имел в виду не самого святого, а кого-то из его наследников-аббатов на о. Иона.
12…совершил над ними свой суд – речь идет скорее о казни, которая упоминалась в ирландских законах (наряду с зарыванием в яму, повешением, протыканием копьем и других пенитанциальных практиках). Так, в Гептаде 72, в частности, говорится о fuidir cinad o muir – «поражение в правах от моря» [Kelly 1995: 219]. Осужденного сажали в лодку, дав ему небольшой запас еды и питья, а затем без весел (либо – с одним веслом) отвозили лодку на такое расстояние от берега, на котором еще был виден белый щит. Если «изгнанник» выживал, что случалось редко, он становился рабом хозяина земли, к которой пристала его лодка. Однако чаще, лишенный возможности, управлять лодкой, осужденный попадал в водовороты или тонул в бурном море, а его вынужденное странствие становилось в буквальном смысле «путешествием в Иной мир» (см. об этом в классической работе [Byrne 1932]). Аналогичный обычай зафиксирован и в Исландии, видимо, под ирландским влиянием.
13…в сторону острова Иона Колума Килле. – Поскольку действие саги разворачивается возле восточного побережья Ирландии, путь на остров Иона должен был лежать на север от точки начала предполагаемого плавания 60 пар Мужей Росс (которые, в свою очередь, должны были двигаться на восток, в сторону о. Мэн).
14…в изгнание – ирл. ailithir – букв. «приход (из) другой страны, чуждость, изгнанничество», сложное понятие, условно соотносимое с лат. peregrinatio ‘паломничество’ (изначально также: «пребывание в чужой земле»). Употребленное в среднеирландском тексте, слово несомненно имеет архаический смысл (здесь: «добровольное изгнание»).
15…слева направо – ирл. dessel – обычно маркирует поворот, способствующий удачному исходу дела (ср. русск. «на правую сторону» или «посолонь»).
16…на северо-запад – в тексте явно допущена географическая неточность: если путники вначале плыли на восток от Ирландии, а затем повернули к северу, то поворот направо должен был бы заставить их плыть скорее на восток.
17…с помощью сына Марии… – в рукописи воспроизводятся фрагменты поэтической версии саги, сокращенные в издании. Ссылка на слова «поэта» показывают знакомство компилятора первой редакции с поэтической версией.
18…кошачьи головы – люди с кошачьими головами встречаются в ирландской традиции довольно часто. См., например, позднюю сагу о нападении людей с кошачьими головами на королевство Светлых жен [Williams 1972]. Прозвище catchenn ‘котоголовый’ может фигурировать в имени, так, например, Карбре Катхенн звали предводителя «мужицких племен» (aithechthuata) в повестях о Ниалле Фроссахе (VIII в.). Возможно, в нашей саге под людьми с головами котов, псов и свиней символически изображаются догойдельские племена Ирландии.
19 …остался я один… – в этом мотиве несомненно просматривается влияние «Энеиды» Вергилия (3-я песнь), где рассказывается о встрече Энея на острове циклопов с одним из спутников Одиссея, который не успел сесть на корабль. Этот же мотив встречается и в «Странствиях Улисса» (ирландском переложении «Одиссеи»).
20…всех принесли в жертву… – не совсем ясно, что скрывается за этой фразой. Возможно, под людьми с головами котов – символическими монстрами, аллегорически изображаются язычники, живущие на острове и приносящие кровавые жертвы. Упоминания об особых островах, используемых для этих целей, встречаются и у античных авторов. Возможно также, что странствие Снедгуса и Мак Риаглы с точки зрения компилятора изображается как перемещение не только в пространстве, но и во времени, и они оказываются в языческом прошлом. Не ясно, почему оставшийся на острове гойдел не просит, чтобы путники взяли его с собой, видимо, готовый принять добровольную смерть в свой черед.
21…великое дерево – в оригинале употреблено слово crann, «древо», которое используется также для креста распятия. По мнению Т. Шингуровой, древо может символизировать в данном случае мировое древо.
22…большая птица с золотой головой и серебряными крыльями – необычные птицы встречаются почти во всех «Плаваниях», включая латинское «Плавание святого Брендана», которое Б. Хиллерс полагает источником эпизода с птицами (см. [Hillers 1993: 81]): На острове над источником росло дерево необъятной ширины и такого же веса, и все оно было покрыто белыми птицами<…> одна из птиц подлетела к нему и страшно захлопала крыльями будто карманный колокольчик<…> она села на край судна и протянула свои крылья в знак доброжелательности<…> и ответила она ему: мы выжили после падения древнего врага, но мы не имели к нему отношение через наш грех. Когда мы родились, Люцифер и его сторонники повлекли за ними и наше падение [Selmer 1959: 19]. Чудесные птицы могут трактоваться как души грешников, ждущих прощения, но и как ангелы, принявшие образ птиц (см. «Плавание Уа Корра»). О чудесной птице-провидице из нашей саги – см. [Pozza 2012].
23…сочились капли крови с обоих их боков, из-за страха перед Страшным судом – цитата из «Видения Адамнана», ср. «…и издают тогда птицы громкое стенание и прижимают крылья к телу, так что истекают потоки крови из них от страха адских мук и Судного дня» [Иванов 2006: 342].
24…и была эта кровь священна – в оригинале употреблен атрибутивный генитив: ba cretra ind fuil sin, букв. «была священного (объекта) эта кровь». В переводе В. Стоукса из «Желтой книги Лекана» употреблен этот же оборот, который переведен им неверно: он исходит из предположительного заимствования лексемы из лат. creatura ‘создание’ и называет ее «кровью причастия и созидания» [Stokes 1888: 20]. В поэтической версии о крови сказано также – ba hola ríg ‘была она помазанием короля’. Ни в одной из версий саги не говорится, что кровь была дана клирикам, однако, судя по завершающему фрагменту текста, можно предположить, что они должны были взять ее с собой для помазания праведного короля.
