Колин Кэмпбелл – Меган и Гарри: подлинная история (страница 64)

Через несколько месяцев дворец поймет, насколько безрезультатны были его попытки взять власть в свои руки. Меган начала действовать за спиной у Сары Лэтем и привела Sunshine Sachs, чтобы это агентство помогло ей и Гарри заткнуть за пояс самые популярные британские газеты. Вслед за назначением Сары Лэтем 21 июня 2019 года Меган и Гарри подали заявку на маркировку своим товарным знаком Sussex Royal более ста наименований продукции. Они забрасывали очень широкую сеть. Хотя супруги утверждали, что занимаются этим в рамках филантропической деятельности, охватываемые в списке категории были весьма обширны. Единственный разумный вывод, к которому можно было прийти, заключался в том, что они собираются коммерчески эксплуатировать королевское имя с возможным политическим подтекстом. Там были такие предметы, как: печатные учебные материалы, печатные издания, книги, педагогические книги, учебники, журналы, газеты, дневники, книги по искусству, блокноты, поздравительные открытки, даже канцелярские и офисные принадлежности. На более коммерчески приземленном уровне изделия включали: одежду, обувь, головные уборы, футболки, пальто, куртки, брюки, свитера, трикотажные изделия, платья, пижамы, костюмы, спортивные рубашки, кепки, шляпы, даже банданы, носки, галстуки и спортивную одежду. Откровенно политическими были такие пункты, как агитация; рекламные кампании и кампании по информированию общественности; организация и проведение проектов общественных работ и множество других мероприятий. Некоторые из них были полностью нацелены на благотворительность, другие - в меньшей степени, но все «информационные и консультационные услуги, относящиеся к вышеупомянутым услугам, и все вышеупомянутые услуги также предоставляются онлайн через базу данных или интернет».

К этому времени уже почти не оставалось сомнений, что Меган и Гарри планируют перейти в мир коммерции, несмотря на то, что такая деятельность была строго запрещена для старших членов королевской семьи. Были только сомнения, понимают ли они с Гарри значимость превращения в торговую марку названия, содержащего слово «королевский» (royal). Использование этого слова регулируется законом в Соединенном Королевстве. Никто не может использовать его без разрешения короны. Вопрос заключался в следующем: знали ли об этом Меган и Гарри, или они знали об этом и были достаточно хитры, чтобы зарегистрировать товарный знак, пока еще являлись активными членами королевской семьи. Они могли надеяться на то, что у них будет больше шансов и дальше использовать принадлежность к королевскому дому, уже не имея на это право после начала коммерческой деятельности.

Еще до того, как стало известно о попытке супругов создать торговую марку Sussex Royal, дворцу, прессе и всем искушенным людям стало ясно, какова цель Меган, а вместе с ней и Гарри. Это резюмировал обозреватель The Guardian Марк Борковски, специалист по связям с общественностью и автор двух книг о рекламных трюках, который высказал всеобщее мнение, что Меган намеревается «построить глобальный

бренд».

Он также предостерег от напористого подхода, который она и, с ее одобрения, Гарри применяли к средствам массовой информации. Борковски противопоставлял такой подход методу Дианы «очаровывать» прессу ради того внимания, к которому она стремилась. Обозреватель предвидел неприятности для этой пары, так как «для американских пиарщиков не важно очарование. Для них важны размер и сила. И они не понимают мир за пределами Америки».

Эти предупреждения сбудутся слишком скоро. Хотя Сас-сексам потребовалось еще несколько месяцев, чтобы подать в суд на британскую прессу, деятельность Меган в роли приглашенного редактора в британской версии журнала Vogue за сентябрь 2019 года быстро привела к еще большей критике со стороны СМИ, а не к похвале, на которую она надеялась. Sunshine Sachs помогала ей с этим проектом. На первый взгляд, это была прекрасная возможность блеснуть, но, как только журнал вышел, став бестселлером всех времен, волнение сменилось неодобрением. Стало видно, до какой степени отсутствовало понимание британской культуры и сентиментальности у Меган и Sunshine Sachs. Обложка с пятнадцатью женщинами в рамках, притом что шестнадцатая рамка оставалась открытой для того, чтобы читательница могла вставить в нее себя или кого-то еще по своему выбору, казалась хорошей идеей. Однако ее подвели верхоглядство и «прогрессивный» уклон, причем до такой степени, что она стала плохой идеей, хоть и ладно скроенной.

По общему согласию, редакторство Меган было сочтено слишком голливудским. Где среди пятнадцати самых важных женщин, которых она выбрала для перемен, были такие тяжеловесы, как бабушка мужа королева Елизавета II или женщина премьер-министр Великобритании Тереза Мэй? Почему в издании, посвященном женщинам, которые были движущей силой перемен в обществе, большинство женщин, если не все, были связаны с Голливудом? Почему почти все они были актрисами, моделями, знаменитостями или левыми активистками? И снова столкновение британской и американской культур стало очевидным. В Соединенном Королевстве Голливуд считается самым шикарным и самым известным источником развлечений в мире, но за пределами этой сферы он не имеет никакого авторитета. Очень немногие люди в Британии хоть на йоту заботятся о мнении голливудских личностей. Актеры здесь для того, чтобы развлекать, а не наставлять, и те, кто туда попадает, такие как Ванесса Редгрейв или теперь Меган, заставляют публику отвернуться от себя. Британцы предпочитают получать наставления, разъяснения и образование от представителей более традиционных профессий, таких как педагоги, писатели, политики, редакторы газет и даже телевизионные эксперты. Это резко контрастирует с тем уважением, которое Голливуд и его представители вызывают в Соединенных Штатах.

Еще больше снизило уважение со стороны общественности подтверждение редактора журнала Vogue Эдварда Энн-инфула, что это Меган обратилась к нему, а не наоборот. Это сразу же снизило всю привлекательность приглашения, показав ту степень напористости, которая могла бы заслужить уважение в Соединенных Штатах, но сделала обратное в Соединенном Королевстве. В британской системе ценностей королевская семья соглашается на предложения, но не ищет их. В противном случае те, кто в состоянии одарять, превращаются в просителей - и таким образом происходит потеря достоинства, а вместе с ним и должного уважения.

Кроме того, в Великобритании к индустрии моды относятся с меньшим почтением, чем в Америке. Она рассматривается как гламурное явление, но просто не имеет той значимости, которой обладает по ту сторону Атлантики. Здесь она видится как нечто пустое и легкомысленное. Поэтому посвящение номера модного журнала женщинам, которые являются движущей силой перемен в обществе, стало в глазах британцев причудливой смесью поверхностного и глубокого. Если бы Меган была приглашенным редактором в серьезном издании, таком как The Economist, или даже газете, такой как The Telegraph или The Guardian, и выбрала бы действительно сильных женщин - как, например, бабушка мужа, или Ангела Меркель, канцлер Германии, или Кристин Лагард, президент Европейского центробанка, или даже будущая глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен, - она заработала бы уважение, а не критику.

Потом выяснилось, что Эннинфул предлагал Меган обложку, но она отказалась, сославшись на «скромность». Меган таким образом намекала на то, что Кэтрин Кембриджская, которая недавно была на обложке и с которой она, как известно, находилась в ссоре, была тщеславной и нескромной. При этом сама Меган выступила уступчивой и сдержанной, отказавшись от этой чести. Ее осудили за то, что она бросила тень на свою свояченицу и решила, что отказ от меньшего предложения при требовании большего, а именно роли приглашенного редактора, якобы свидетельствует о скромности.

Г-н Борковски был абсолютно прав. Sunshine Sachs и Меган просто не понимали: то, что работает в Америке, не обязательно работает в Великобритании. Работу Меган в качестве приглашенного редактора высмеивали не только за то, что ее результаты были поверхностными и инфантильными. Ее осуждали за политическую предвзятость, ненужные предрассудки, излишнюю претенциозность и некоролевское поведение. С точки зрения пиара это была катастрофа, продемонстрировавшая, насколько Меган и ее команда по управлению СМИ не соответствовали своему целевому рынку. Они показали чрезмерное бесчувствие и сумели превратить то, что могло бы стать прекрасной возможностью, в собственный разгром. Таким образом, Sunshine Sachs выставила своего - несомненно, умного и способного - клиента в дурацком свете.

Выступление Меган в качестве приглашенного редактора также подтвердило худшие опасения тех, кто считал, что она намеревается сделать себя глобальным брендом. Во дворце всерьез опасались, что герцогиня нанесет ущерб репутации монархии, стоящей выше торговли и политики, если не будет найден способ направить ее энергию на что-то менее противоречивое.

Причины, по которым конституционная монархия должна запретить членам царствующих королевских семей заниматься политической, а также коммерческой деятельностью ради личной выгоды, очевидны. Однако Меган и Гарри, казалось, не обращали внимания на тот факт, что человек не может, с одной стороны, представлять всех людей страны, а с другой стороны, поддерживать лишь одно политическое убеждение. Невозможно также быть выше финансовой суеты, в то же время пачкая руки и делая деньги. Даже если ваша коммерческая деятельность безупречна, конфликт интересов между бизнесом и политикой очевиден сам по себе. Всегда найдется часть населения, которая может не одобрить вашу финансовую деятельность и тем самым втянуть вас в политический спор. Иметь политически и коммерчески чистые руки - все равно что быть девственницей. Это абсолют. Это либо-либо. Вы не можете быть выше суеты торговли и политики, занимаясь и тем, и другим, так же, как не можете быть немного девственницей.