Колин Кэмпбелл – Меган и Гарри: подлинная история (страница 35)

Поскольку Гарри был так далек в очереди по линии престолонаследия, никакой его брак никогда не угрожал бы существованию монархии так, как это мог бы сделать брак прямого наследника. Поэтому было безопасней попытаться закрыть проблему, если она действительно существовала, с помощью семьи и друзей. Первым, кто попытался повлиять на Гарри и заставить его действовать более взвешенно, был Уильям. К этому времени всем было очевидно, что Гарри и Меган на огромной скорости мчатся к браку. По их собственному признанию, к третьему свиданию они вместе планировали свое будущее и даже рассказывали друг другу, как изменят мир. Гарри никогда раньше не проявлял такого стремления оставить мощный след в истории, и наблюдатели забеспокоились, что такое безрассудство может привести к проблемам, если он не сделает шаг назад и не будет развивать отношения в более взвешенном темпе. Эти опасения существовали бы, даже если бы положение в обществе Гарри и Меган было более равным, но это было не так - и это было тревожным сигналом. Когда у одного было так много, а у другой так мало по сравнению с ним, неизбежно возникало предположение, что Меган могла использовать Гарри. Но сам Гарри ни на что не жаловался. Он, вполне вероятно, не осознавал опасности, о которой предупреждает поговорка: «Женись поспешно, кайся не спеша», как и я, пока не обнаружила обручальное кольцо на пальце и мельничный жернов на шее. Однако Уильям слишком хорошо знал о подобной возможности и попытался призвать Гарри к осторожности: он даже напомнил брату, что их мать всегда проповедовала добродетели долговременных отношений, а не внезапные страсти. Гарри, однако, уже сжег свои мосты в эмоциональном плане, а теперь начал сжигать их и в личном. Его ответ Уильяму был резким, обиженным и выказывающим непонимание. Он даже обвинил брата в ревности и попытках лишить его права на счастье, что в действительности было смешно, поскольку Уильям всегда любил Гарри и всегда желал ему счастья. Но это все же не помешало Гарри обидеться на вмешательство брата и придать своим побуждениям чисто личный и где-то иррациональный оттенок.

Гарри было относительно легко сжечь мосты между собой и Уильямом, потому что теперь он был половиной пары, являвшейся единым целым и державшей дистанцию от остальных. Меган всегда была одной из тех женщин, которые полностью поддерживают своего мужчину и которые демонстрируют такую преданность, что всегда принимают его сторону против всех и вся. В результате их общая позиция превратилась в нечто вроде «мы против мира».

Достаточно взглянуть на почти идентичные черно-белые фотографии, где Меган и каждый из двух ее мужей позировали после свадьбы, чтобы понять, что у нее было вполне определенное видение как себя самой, так и своего мужа: с переплетенными руками, обращенные спиной к миру, они вдвоем всматриваются в далекий, но невидимый горизонт, держась вместе, но отдельно от всех.

Позиция «мы против мира» весьма импонирует мужчинам, стремящимся приютить и защитить женщину, с которой они связаны, поэтому альфа-самцы - идеальные партнеры для дам, ищущих защиты. И Меган, несомненно, именно такова. Подобные отношения очень привлекательны для пары, но они могут стать причиной беспокойства со стороны близких, особенно в связи с наличием моментов, граничащих с паранойей. По мере того как пара становится все более отстраненной от окружающего мира и двое все больше и больше переплетаются друг с другом, близкие могут начать чувствовать их нездоровое взаимное влечение. Пара при этом может стать сверхчувствительной к тому, что обоим кажется нападками на их отношения, хотя на самом деле это лишь попытки сохранить здоровое равновесие, что и произошло, когда Уильям попытался заставить Гарри действовать медленнее.

Никому не нравится терять любимого человека из-за разрастающегося романа, который имеет «отсекающий» характер. Поэтому понятно, что Уильям был обеспокоен опасностью потерять любимого брата, что и случилось. Циники могут придерживаться мнения, что Меган намеревалась оторвать Гарри от его семьи и друзей, однако он сам всегда стремился поддаться сильной, доминирующей женщине, потому что он был маменькиным сынком именно такой женщины. Несмотря на всю свою теплоту и привязанность, Диана была одержимо ревнивой, властной и стремящейся к господству. К тому же она была очень сильной личностью. Как и Меган, она казалась мягкой, милой и ранимой, и, хотя на самом деле ей были свойственны все эти качества, она проявляла и их противоположности. Диана могла быть очаровательной, увлекательной и веселой, как и Меган. Фактически между темпераментами, личностными качествами, способами действий и внешними проявлениями двух женщин было так много общего. Гарри быстро и безвозвратно попадет под чары Меган. Нет ничего более привлекательного для маменькиного сынка, чем женщина, похожая на его мать. Говорят, что большинство мужчин женятся на копиях своих матерей, и, хотя я бы оспорила точность такого общего заявления, трюизм состоит в том, что мужчины, любящие своих матерей, тяготеют к женщинам, похожим на них. Они самые преданные из супругов, потому что есть немного вещей более впечатляющих, чем мужчина, моделирующий свою мать в зрелом возрасте.

Чтобы понять, как Меган держала Гарри под контролем и почему он так стремился передать свою судьбу в ее руки, нужно принять во внимание, как мать подготовила его к встрече с такой женщиной. Диана была очень противоречивой личностью. На каждую добродетель приходился свой порок. Она могла быть теплой, доброй, естественной и нежной, а затем, когда хотела сменить полюс, бывала жестокой, холодной и мстительной. Она была сильным манипулятором и определенно не придерживалась принципа «благотворительность начинается дома». Она часто отвергала друзей и семью по незначительной причине или вообще без таковой, а затем, если ее это устраивало, принимала их обратно, как если бы они были игрушкой. В детстве Диана в эмоциональном плане сильно пострадала после развода родителей. Он стал причиной многих страданий, которые неотступно следовали за ней всю жизнь.

По словам людей, которые ее хорошо знают, Меган демонстрирует многие черты характера Дианы. Среди них как положительные, так и отрицательные качества. Диана изолировала Чарльза от всех его друзей в первые же дни их брака, и Меган также превращалась в личность настолько привлекательную, что у Гарри оставалось мало времени, энергии или желания для общения с кем-либо еще. Меган никогда не прощает и не забывает обид, незначительных, реальных или воображаемых: это было свойственно для Дианы. Как и свекровь, которую она никогда не знала, если она решала очаровать, она очаровывала, если же хотела бросить кого-то, бросала людей, словно прокаженных в библейские времена. Будучи столь могущественной личностью, Меган также обладает способностью, хочет она того или нет, внушать настоящий страх мужчинам, которые влюбляются в нее. Если они недостаточно полны энтузиазма, чтобы дать ей требуемый отклик, она ставит их в известность, что они ее подвели. После жизни с Тревором зрелая Меган разными способами давала понять своим мужчинам, что им лучше выполнить то, что она желает, если они хотят ее удержать. Неспособность Тревора дать ей роль, которую она хотела, научила Меган никогда больше не «продавать себя слишком дешево», как она сказала другу. В ее картине мира пары призваны удовлетворять потребности друг друга. Ее талант с момента распада первого брака заключался в том, чтобы заставить мужчин хотеть этого, или, как выразился Гарри, «Меган получает то, что хочет».

Психотерапевт Бэзил Панзер однажды сказал, что мужчин гораздо больше привлекают женщины, которые бросают им вызов, чем те, кто этого не делает. Мужчины думают, что хотят всей сладости и света, но на самом деле они, пусть и стремятся к чему-то эдакому, не против того, чтобы им не давали расслабляться. Меган, как и Диана, научилась искусству разнообразного нажима. Как и ее свекровь, она проявляла холодную ярость, когда не добивалась своего. Это делало невозможным для других не соглашаться с ней и поддерживать теплые отношения, в которых взрослые могут расходиться во мнениях, поддерживая здоровую долю личной автономии. Те, кто ей не нравился, рисковали потерять ее, что могло вызвать ужас среди людей - не только мужчин, но также родителей и друзей, - с которыми она была связана.

Хотя Диана в равной степени могла внушить ужас потери тем, с кем она была связана, ее техника была не столь отточенной. Она была настолько захвачена собственными эмоциями, что ей требовалось разобраться с ними, прежде чем расстаться с кем-то. Это означало, что отношения Дианы редко заканчивались без скандала, в то время как Меган, которая была гораздо более хладнокровной, усовершенствовала искусство прекращения своих отношений и делала это так тихо, что не было даже слышно всхлипов, когда она опускала топор. Тем не менее параллели между этими двумя женщинами были очевидны. Наблюдатели опасались, что Гарри, с детства знакомый с ужасными последствиями действий, которые шли вразрез с волей его матери, был настолько хорошо подготовлен к этому, что Меган смогла овладеть им, сделав свою власть непреодолимой. Справедлива ли подобная оценка, покажет лишь время, но несомненно то, что Меган - доминирующий партнер в их союзе и она не терпит угроз ни с какой стороны.