Климентина Чугункина – Страницы печали (страница 7)

Очень скоро она наткнулась на ресторанчик «Райская птаха». Когда-то она хорошо знала это элитное заведение, в котором питались лучшие круги аристократии. Здесь подавали всё, что только душе угодно – лучшие блюда европейских и экзотических кухонь, деликатесы, редкие и пикантные лакомства, а также имелась обширная галерея старых выдержанных вин с лучших виноградников мира. Здесь обслуживание шло по первоклассному разряду, а ради клиентов готовы были извернуться ужом, чтобы только выполнить любой их каприз.

Она вспомнила, как однажды из-за неё под раздачу попал официант, потому что она заказала то блюдо, которого в мире не существует, а только ходят легенды по его приготовлению. И когда ей принесли нечто по её требованию, она закатила скандал, грозясь испортить репутацию ресторана, что было весьма вероятно с её связями. Тогда к ней пришёл с извинениями сам владелец «Райской птахи», обещая уволить нерасторопных официанта и повара, если только она не станет делать то, о чём заявила во всеуслышание. И в извинение он прислал ей вин за счёт заведения. А позднее она покатывалась со смеху в своей компании, вспоминая выражение лица повара, когда тот пришёл у неё уточнить, что от него требуется, и понял, что такого блюда никто никогда не готовил прежде, но постарался не подавать виду. И выражение официанта тоже, когда он принял заказ абсолютно уверенно и хладнокровно, как будто названное ему блюдо в самом деле было ему хорошо знакомо. Но в прошлой жизни несчастная женщина была именно такой – коварной, жестокой, эгоистичной, испорченной. Она ужасно себя вела, ходила по головам людей и считала себя, если не богиней, то уж королевой точно. Теперь-то она со стыдом вспоминала о том времени.

Сейчас она находилась в самом низу, и спуск её на дно оказался крайне стремительным. Во мгновение лишилась она всех своих прежних связей и положения, а всё от того, что вовремя не послушалась, не придала значения той угрозе, что нависла над ней. Она считала, что никто не вправе посягнуть на неё, а сама она имеет полное право проворачивать какие угодно шутки над любым человеком, что любой её каприз или прихоть сойдут ей с рук. Она жила по принципу «после нас хоть потоп», но однажды нашёлся человек, который из мести решил отправить её туда, где, как он думал, ей самое место. Так она и оказалась в этом положении, отныне вынужденная попрошайничеством зарабатывать себе на жизнь и ценить каждый грош, хотя прежде сорила деньгами, не понимая ни их ценности, ни того, что не всё на них можно купить.

Это были ужасные воспоминания. Она отдала бы всё, чтобы они только больше не принадлежали ни её жизни, ни её памяти.

Женщина обогнула ресторан и собралась пойти дальше, но тут вдруг дверь с чёрного хода отворилась и показался тот самый бой, над которым прежде её компания во главе с ней всегда потешалась и проделывала разные забавные штуки. Он повзрослел ненамного, и только. Годы пронеслись в её голове, но на самом деле минули лишь месяцы. Сама она стала совершенно иной за это время, но с чего бы другим людям меняться?

Свистом бой подозвал бродячую собаку, которая околачивалась неподалёку, как если бы знала, что её ожидает тут обильная кормёжка, и кинул ей какие-то мясные обрезки с костями, которые она принялась с хрустом уплетать. Женщине вдруг с удовольствием представился вкус варёного мяса, плавающего в жирном ароматном бульоне. Она подумала, что, если и ей подойти и попросить, то возможно, ей также что-то достанется. Когда она приблизилась, бой скармливал собаке вторую порцию. Он заметил её и пробежался глазами, но ничто в нём не выдало, что он узнал её, ведь в этой скромной простой одежде она действительно не походила на прежнюю себя, вдобавок исхудала, а под глазами залегли тёмные круги.

– Вы не вынесете мне что-нибудь? – робко попросила она. Тот момент, когда она чувствовала смущение при всяких своих словах и едва ли была способна открыть рот, уже минул, но неловкость при подобных просьбах пока ещё оставалась при ней.

– Деньги есть? – спросил бой, нисколько не удивившись, как если бы всякий день привык принимать нищих у этих дверей.

– Немного, – кивнула женщина, радуясь, что, по крайней мере, сегодня не останется без ужина.

Она принялась вынимать из чашки несколько монет.

– Давай всё, – грубо потребовал бой, вытирая руки о фартук.

– Но вы ведь кормите эту собаку бесплатно, – удивилась несчастная страдалица, указав на животное. Пёс как раз дохрумкивал последнюю костымагу.

– Ну и что! Мне так велели, а всяких побирушек я не обязан кормить бесплатно, – не моргнув глазом, нагло отозвался он.

– Но ресторан же всё равно выбрасывает подобные обрезки и разные отходы! – пыталась поспорить женщина, негодуя на подобное нахальство.

– Хотите поесть бесплатно, ступайте в церковь! – вот всё, что сказал он, собираясь закрыть за собой дверь.

– Подождите! – вскричала она, надеясь, что не упустила последний момент. – Возьмите деньги.

Она протянула ему чашку, и, когда он сложил руки, ссыпала ему туда всё, что в ней было. Голодный желудок намного важнее, чем не вовремя проявленная скупость или боязнь отдать последнюю монету. На сытый живот проблемы решаются скорее и проще.

– Гляжу, ваш сегодняшний улов богатством не отличается, а? – бой моргнул ей, разом повеселев. Конечно, денег лишается она, не он.

Женщина ничего не ответила, оставаясь внешне равнодушной, как бесчувственная статуя, хотя со своими шуточками бой делался ещё противнее ей.

– Ладно. Ждите. Я что-нибудь принесу, – с этими словами он скрылся внутри, а она осталась стоять у запертой двери. Даже собачка, и та куда-то подевалась.

Бедняжка сейчас думала о том, что прежде этот бой казался ей другим человеком. Находясь с той стороны заведения, он обычно заискивал перед клиентами и услужливо кланялся, и кивал как болванчик, так что она всегда считала его слегка тронутым на голову, вернее даже сказать, слабоумным, а потому любила проделывать разные забавные штуки на потеху той компании, с которой приходила. Они обычно сразу просили прислать к ним этого дурачка, когда обедали в «Райской птахе» в отдельном кабинете. Всем им тогда казалось, что он не понимает, что над ним попросту издеваются, но теперь ей стало ясно, что это была всего лишь хитрая уловка с его стороны, ведь ему всегда оставляли хорошие чаевые сверх нормы, а ради такой прибавки многие алчные с лёгкостью готовы стать шутами и посмешищами для других. А теперь этот бой и вовсе показал своё истинное лицо, как происходит со всяким лицемером, когда он обращается к тем, кто ниже его по какому-либо критерию. Этот бой оказался жадным до денег и вовсе не простодушен, каким она его всегда считала. И как хорошо, что он не признал её теперь, свою главную обидчицу! Неизвестно, что он ей сказал бы. Может, вообще прогнал бы с заднего двора, бросил что-нибудь вслед либо, что хуже всего, вылил на неё ведро с помоями.

Для женщины было бы страшнее всего сейчас, в её нынешнем положении, столкнуться с кем-нибудь лицом к лицу из её прошлого. С тем, кого она презирала или ни во что не ставила, например. Это стало бы для неё пострашнее самой смерти. Она знала, что незаслуженно обижала очень и очень многих. Как уже было сказано, когда-то она не считалась с людьми, шагая прямо по их головам, и являлась ходячим источником несчастий для других. Раньше она жила так, чтоб в первую очередь было хорошо ей. Её деньги и власть позволяли ей это. Люди мирились, пресмыкались, попросту уступали ей дорогу. Но однажды один всё-таки решился отомстить, приложив к этому все свои силы и умения, и согнал её с Олимпа. Его целью было сделать её последним человеком на земле, и он этого добился.

Она припомнила тот сон, который часто снился ей, когда она пребывала на вершине и считала, что такое положение будет занимать всю жизнь, что никакой угрозы быть не может, раз у неё есть деньги и власть. Ей снилось, что по какой-то постыдной причине все высмеивают её, и, когда она подходит к людям, они поворачиваются к ней спиной, и всё, что она пытается им сказать, как-то оправдать себя, не доходит до них, отскакивая, как от стенки. Её вина не доказана, но её оправданий не слышат. Никто из них даже не собирается внимать её объяснениям. И как бы она ни пыталась их вразумить, всё же она понимает, что не существует никакого способа развернуть этих людей обратно, лицом к себе. И в тот момент, когда все они замирают как статуи, а она мечется вокруг них, пытаясь найти избавление, она всегда просыпалась, чувствуя пустоту внутри и глухое одиночество. Тогда в этот же день она собирала шумную компанию, чтобы пуститься в очередное безумство, чувствуя поддержку, одобрение и привязанность со всех сторон и пытаясь таким образом заглушить в себе пугающее мерзкое чувство, что, не будь у неё титула и средств, она была бы никому не нужна.

И вот самый страшный кошмар её воплотился в действительность. В момент нужды никто не протянул ей руку помощи. Те люди не стоили её, а глухое одиночество оказалось не таким страшным, как она воображала. Она справится с чем угодно, потому что уже не такая как прежде. Она изменилась, стала намного сильнее не только телом, но и духом, который больше не был развращён пороками пресыщенной жизни.