Клим Руднев – Пустошь. Принцесса Пустоши (страница 4)

– Смотри, сынок, – показывает он на старый дуб в центре парка, – этому дереву больше ста лет. Когда твой дед был маленьким, он качался на качелях под этим дубом. Когда вырастешь, привезешь сюда своих детей. Понимаешь?

Алекс притормозил у того самого парка. Старый дуб по-прежнему стоял в центре, но качели исчезли, а газоны заросли сорняками. Табличка у входа предупреждала: «Парк закрыт после наступления темноты». Алекс покачал головой и прибавил газу.

Дальше дорога пошла под уклон, спускаясь к промышленной части города. Здесь архитектура менялась – элегантные особняки уступали место функциональным кирпичным зданиям, складам и мастерским. Воздух становился тяжелее, насыщенный запахами металла, химикатов и машинного масла.

На перекрестке с Индастриал-роуд Алекс остановился на красный свет. Слева возвышались корпуса старого металлургического завода – когда-то гордости города, а теперь наполовину заброшенного гиганта. Трубы больше не дымили, окна были забиты досками, но массивные стены из красного кирпича все еще внушали уважение к мощи индустриальной эпохи.

Алексу четырнадцать лет, он стоит на смотровой площадке завода. Внизу расстилается весь город – огни домов, неоновые вывески, серебристая лента реки на горизонте.

«Когда я был в твоем возрасте, – слышит он голос Джека, – думал, что проведу на заводе всю жизнь. Хорошая, стабильная работа, достойная зарплата. Но потом понял – лучше создавать красоту своими руками, чем штамповать безликие детали».

– А если бы ты работал на заводе, у тебя было бы больше денег? – спрашивает Алекс.

«Возможно. Но деньги не делают человека счастливым, сынок. А любимое дело – может. Запомни это».

Зеленый свет. Алекс проехал мимо завода и свернул на Риверсайд-драйв – дорогу, которая тянулась вдоль берега реки. Справа в темноте плескалась вода, изредка отражая огни редких фонарей. Слева тянулись склады, доки и причалы – сердце грузовых перевозок города.

Здесь воздух пах речной тиной, креозотом и ржавчиной. Алекс притормозил, проезжая мимо старого причала №7. Деревянный пирс уходил в темную воду, а на берегу ржавели остовы барж и катеров.

Рыбалка с отцом, раннее летнее утро. Туман стелется над водой, где-то вдалеке гудит пароход. Алекс держит удочку, но рыба не клюет.

– Папа, может, поедем домой? – хнычет он. – Здесь скучно.

– Терпение, сынок, – улыбается Джек. – Все приходит вовремя для тех, кто умеет ждать. Нужно ждать, надеяться, верить. А пока мы просто наслаждаемся тишиной и временем, которое проводим вместе.

В тот день они не поймали ни одной рыбы, но Алекс запомнил этот урок на всю жизнь. Терпение, вера, время, проведенное вместе с близкими людьми, – вот основы его мира.

Алекс ускорился, проезжая мимо ряда складов и мастерских. Многие из них пустовали – экономический кризис последних лет ударил по промышленному району особенно сильно. Выбитые окна зияли черными дырами, стены покрывали граффити, а у некоторых зданий двери были наглухо заколочены досками.

Но кое-где еще теплилась жизнь. Из окон механической мастерской «У Большого Джо» лился желтый свет, а рядом с входом стояли несколько мотоциклов – их владельцы, видимо, проводили ночь за ремонтом или просто за болтовней. Алекс знал это место – он иногда покупал здесь редкие запчасти, когда его собственных связей было недостаточно.

Дальше по дороге стояла круглосуточная закусочная «Мэдж» – небольшое заведение в блестящем алюминиевом трейлере, где подавали лучшие в городе гамбургеры и картошку фри. Неоновая вывеска мигала розовым и синим, а через большие окна было видно несколько посетителей за стойкой: дальнобойщики, ночные работники, такие же полуночники, как и сам Алекс.

Его шестнадцатый день рождения. Алекс едет в «Мэдж» после того, как получил права на мотоцикл.

«Традиция, сынок, – слышал он, заказывая двойные чизбургеры. – В этой закусочной я праздновал свою первую победу в гонках. Здесь мы с твоей мамой впервые поцеловались. Когда станешь настоящим байкером я приведу сюда тебя».

Алекс сидит у окна, наблюдая, как мимо проезжают редкие автомобили. Он чувствует себя взрослым, важным. У него есть права, мотоцикл и целая жизнь впереди.

«Что дальше, пап?» – мысленно спрашивает он.

«Дальше ты сам решаешь. Я дал тебе инструменты – остальное зависит от тебя».

Алекс чувствует, как непрошенные слезы начинают щипать глаза. Он усилием воли отгоняет тоску – отец точно бы не хотел, чтобы в такой день Алекс лил слезы.

Алекс притормозил у закусочной, но не остановился. Сегодня не время для ностальгии. Он посмотрел на часы – уже двадцать минут первого. Опоздание становилось критическим.

Последние несколько кварталов до склада 127 лежали через самую заброшенную часть промышленного района. Здесь царила почти полная тьма – большинство фонарей было разбито или просто не работало. Лишь редкие огни охранных будок да слабое свечение города вдали освещали дорогу.

Заброшенные заводы и склады стояли как каменные великаны, их силуэты вырисовывались на фоне ночного неба. Разбитые окна зияли пустыми глазницами, а ветер завывал между зданий, поднимая клубы пыли и мусора. Здесь не было ни души – даже бомжи избегали этих мест.

Алекс почувствовал легкий озноб. Не от холода – кожаная куртка надежно защищала от ветра. Озноб был от предчувствия чего-то важного, переломного. Словно он ехал не просто на встречу байкеров, а к какой-то роковой черте, за которой начнется совсем другая жизнь.

Заброшенный склад №127 стоял в промышленном районе, окруженный пустырями и развалинами старых фабрик. Но сегодня это место не выглядело заброшенным – у входа теснились десятки мотоциклов всех марок и годов выпуска. Harley, Indian, Triumph, Ducati – железные кони блестели под светом уличных фонарей.

Алекс припарковался в конце ряда и заглушил двигатель. В наступившей тишине он слышал отдаленную музыку и гул голосов, доносившиеся из склада. Что-то важное действительно происходило за этими ржавыми воротами.

Он направился к входу, чувствуя, как ускоряется сердцебиение. Что бы его там ни ждало, он был готов. В конце концов, он сын Джека Стила – человека, который никогда не отступал перед трудностями.

Если бы он знал, насколько прав окажется это предчувствие, то, возможно, развернулся бы и уехал домой. Но Алекс Стил был не из тех, кто убегает от неизвестности. Даже если эта неизвестность грозила перевернуть его мир с ног на голову.

Глава 3. Железное сердце

Массивные ворота склада номер 127 были приоткрыты ровно настолько, чтобы пропустить человека. За ними клубился оранжевый свет факелов, смешанный с холодным сиянием неоновых ламп. Алекс почувствовал запах машинного масла, металла и чего-то еще – древнего, мускусного, словно от старых книг и забытых подвалов.

У входа стоял охранник – горный великан в потертой кожаной жилетке, руки которого были покрыты татуировками в виде поршней и шестеренок. Он окинул Алекса оценивающим взглядом.

– Пароль? – прогрохотал он басом.

– Дорога без конца.

Великан кивнул и отступил в сторону.

– Оружие оставляешь здесь. Правило дома.

Алекс достал из кармана многофункциональный нож и положил на стол рядом с входом. Охранник записал номер в потрепанный блокнот.

– Получишь обратно, когда будешь уходить. Добро пожаловать в «Железное сердце».

Алекс переступил порог и замер.

Внутри склад был превращен в подобие средневекового пиршественного зала, только вместо гобеленов стены украшали хромированные детали мотоциклов, а вместо рыцарских знамен свисали потертые кожаные куртки с эмблемами различных байкерских клубов. Десятки людей – мужчин и женщин всех возрастов – сидели за длинными столами, сколоченными из автомобильных покрышек и стальных листов. Некоторые пили что-то из мотоциклетных шлемов, другие играли в карты, используя свечи зажигания вместо фишек.

Музыка гремела из самодельных колонок – жестокий металл смешивался с классическим роком, а иногда неожиданно сменялся блюзом. На импровизированной сцене в дальнем углу группа мотоциклистов играла на гитарах, сделанных из глушителей и хромированных труб.

Алекс медленно пробирался через толпу, и уже через минуту заметил, что привлекает к себе внимание. Несколько девушек откровенно смотрели на него – высокого, широкоплечего мужчину с уверенной походкой и спокойными серыми глазами. Его руки механика – сильные, но удивительно изящные – выдавали мастера своего дела, а то, как он двигался среди шума и хаоса, говорило о внутренней силе.

– Эй, красавчик! – окликнула его рыжеволосая девушка в кожаных шортах и топе. На ее руках были татуировки в виде роз и черепов. – Как дела? Хочешь составить компанию?

Алекс вежливо кивнул и продолжил идти. Рыжая не растерялась и пошла следом.

– Ты новенький? Я Саша. А ты?

– Алекс.

– Красивое имя. Слушай, а хочешь, я покажу тебе все самое интересное здесь? – Она игриво коснулась его руки.

Алекс остановился и мягко, но твердо высвободился.

– Спасибо, но я справлюсь сам.

В голосе не было грубости, только спокойная уверенность. Саша поняла намек и отстала, хотя проводила его взглядом с явным сожалением.

У следующего стола сидели три девушки – блондинка в кожаном платье, брюнетка с короткой стрижкой и длинноногая шатенка. Когда Алекс проходил мимо, блондинка специально уронила зажигалку к его ногам.