Клэр Контрерас – Эластичные сердца (страница 31)
Она покачала головой.
— Думаю, эта лихорадка сказывается на тебе.
Я рассмеялся, но резко остановился, потому что стало больно. Я закрыл глаза, пока Николь встала и взяла тарелку с супом, чтобы отнести её на кухню. Я слышал плеск воды за спиной, но даже не смог сказать ей, чтобы она не мыла тарелку. Когда снова почувствовал её присутствие рядом, я открыл глаза. В руке она держала стакан апельсинового сока.
— Выпей это, — сказала она. — А потом, будь добр, встань и прими душ.
Я застонал.
— Ты что, намекаешь, что от меня воняет?
— Нет.
— Ты так пытаешься меня раздеть?
Она попыталась сдержать смех, сжав губы.
— Нет.
— Хочешь затащить меня в душ и воспользоваться моментом? Ведь из-за того, что я сейчас такой слабый, тебе придётся меня мыть?
Она рассмеялась.
— Нет.
Я поднял на неё взгляд. Она была чертовски красива. Я не особо обратил внимание на красное платье, которое было на ней надето, и на то, как оно облегало её бёдра, подчёркивая тонкую талию. Я не заметил, что она распустила волосы — и как они ниспадали на плечи, частично прикрывая грудь.
— Ты такая чертовски красивая, — сказал я, прежде чем успел остановиться.
Её глаза слегка расширились. Она села напротив меня, поставив стакан себе на колени. По тому, как оранжевая жидкость двигалась в стакане, я понял, что её руки дрожат.
— Спасибо, — прошептала она.
— Я недостаточно часто тебе это говорю, но это так. Я недостаточно часто тебе это говорил, — сказал я. — Раньше, я имею в виду. До того, как оттолкнул тебя, и ты вышла замуж за этого долбаного козла. Я должен был говорить тебе, какая ты красивая.
— Виктор, — прошептала она, — просто... выпей это.
Голова кружилась, казалось, в любой момент я снова могу потерять сознание. Виной тому точно был «Найквил»11.
— Я говорю тебе это не потому, что под кайфом, — сказал я. — Я не он. — Не то чтобы я знал, каким он бывает под действием наркотиков, но я почувствовал необходимость добавить это. — Ты мне нравилась, Николь. Очень нравилась.
— До? — спросила она тихим голосом.
Я кивнул. До, во время, после. Она мне очень нравилась.
— Но твой отец был моим начальником, и я не мог... — Я зевнул. — Не мог так рисковать.
— Я знаю. Приоритеты, — сказала она и улыбнулась.
Она не казалась расстроенной этим признанием. Я и не ждал, что она расстроится.
Николь никогда не видела во мне своего потерянного возлюбленного. Она была цельной личностью до того, как я встретил её в клубе, — и осталась такой же после того, как я оставил её в офисе.
— Я понятия не имел, что ты хочешь выйти замуж, — сказал я, снова зевая.
— Ты бы всё равно не остепенился, даже если бы знал, — ответила она, пожав плечами.
— Это не имело к тебе никакого отношения. Всё из-за меня, — сказал я.
Она вздохнула.
— Это было очень давно. С тех пор многое произошло, — она встала со своего места и наклонилась, чтобы положить руку мне на лоб. Я закрыл глаза, ощутив её прикосновение, и попытался вдохнуть свежий аромат, который исходил от неё. — Значит, ты просто хочешь спать? Не принимая душ? Тебе всё равно нужно это выпить.
Она поднесла стакан к моим губам, и я сделал глоток, поморщившись, когда холодная жидкость коснулась моего воспалённого горла. Когда я закончил, она отошла и поставила стакан на стол.
— Наверное, мне стоит... — начала она, и я с ужасом осознал, что она, возможно, собирается оставить меня здесь одного, а мне очень хотелось, чтобы она осталась.
Я не был уверен, какая из этих двух вещей хуже.
— Останься, — сказал я. — Останься со мной.
Она вздохнула и села рядом со мной, и, не раздумывая, я положил голову ей на колени. Она начала перебирать мои волосы — так бережно и плавно, что о сне можно было забыть.
— Мне нужно поработать над парой дизайнов, — сказала она. — Ты не против, если я принесу свой скетчбук и сделаю это здесь?
— Пожалуйста, сделай это. Я хочу их увидеть, — сказал я, глядя ей в глаза. Она кивнула и слегка улыбнулась, продолжая гладить меня по волосам. — Мне всегда нравилось смотреть, как ты рисуешь.
Это было последнее, что я помню, прежде чем уснул.
Глава восемнадцатая
МЫ С ВИКТОРОМ разговаривали по телефону последние несколько дней. С тех пор как я ушла из его дома после того, как принесла ему суп, он звонил мне. В основном речь шла о медиации и о том, что он извинялся за отмену нашей встречи, что привело к тому, что он очень благодарил меня за то, что я принесла ему суп. За то, что я принесла ему суп, что, не знаю, было ключевым словом для новой страницы, которую мы перевернули, или просто буквально принесла суп. Хотя мне казалось, что это новая страница. С этими поздними звонками, разговорами о кино, вызовами на боулинг и обещаниями уроков сёрфинга казалось, что, возможно, между нами может возникнуть что-то большее. Что-то, что ни один из нас не мог до конца определить или выразить. Однако все эти события произошли всего за несколько дней, а я однажды вышла замуж за человека, которого едва знала, и посмотрите, чем всё это закончилось. Это напоминание оставило горький привкус во рту. Я запила его чашкой кофе в руке, глотая, пока он не закончился.
Виктор позвонил мне в шесть тридцать утра, чтобы разбудить и убедиться, что я буду готова вовремя. Встреча была назначена на одиннадцать тридцать. Кто, чёрт возьми, звонит кому-то в шесть тридцать утра? С тех пор как девушка из кафе-мороженого попала в таблоиды с откровенной историей про Гейба и себя, Виктор был на взводе — пытался придумать, как нам по-настоящему насолить ему во время медиации. Мой отец был в ярости. Крисси и Тэлон были в бешенстве.
Виктор хотел встретиться со мной заранее — на случай, если у меня будут какие-то вопросы. Я сказала ему, что вопросов нет. Он настоял, что нам с ним всё равно нужно встретиться — в качестве извинений за пропущенную встречу, — и я согласилась, просто чтобы поскорее закончить разговор по телефону. В девять тридцать в мою дверь громко постучали. К счастью, я уже оделась и как раз закончила сушить волосы. Я спустилась вниз и открыла дверь как раз в тот момент, когда Виктор уже поднимал руку, чтобы постучать снова.
— У тебя совершенно нет терпения, — сказала я, уставившись на него.
Сегодня на нём был тёмно-синий костюм, и он выглядел слишком хорошо, чтобы быть моим запретным адвокатом. Он быстро, но внимательно оглядел меня с головы до ног.
Я ощутила его взгляд до самых кончиков пальцев на ногах.
— Ты не готова.
Он прошёл мимо меня и вошёл внутрь.
— Мне осталось только обуться.
Я закрыла дверь и заперла её, развернувшись, чтобы увидеть, что он смотрит в потолок с закрытыми глазами, а руки держит в карманах.
— Что не так?
— Ты знала, что снаружи фотографы? — спросил он, направляясь на кухню.
— Нет, — я сделала паузу, глядя в открытые окна в передней части дома. — Прямо сейчас?
— Меня буквально ослепили вспышки фотоаппаратов, пока я шёл от машины.
Я обошла стойку и снова включила кофемашину, прежде чем повернуться к нему — прислонившись к стойке и скрестив руки на груди.
— Так вот почему ты ворвался сюда, будто за тобой гнался Белый Ходок12?
— Белый кто?
— Из «Игры престолов», знаешь? — Я сделала паузу. — Разве мы не говорили об этом вчера вечером?
— Да, и я сказал тебе, что не смотрел такое.
Я покачала головой.
— Ты пытался посмотреть, и тебе просто не понравилось? Потому что это вполне может стать моментом, когда я перестану испытывать к тебе симпатию или что-то в этом роде.
Его взгляд скользил по моему лицу, на губах медленно расплывалась дразнящая улыбка.
— Перестанешь