Клэр Дуглас – А затем она исчезла (страница 13)

Джек поднимает глаза и при виде меня улыбается.

– Как раз вовремя. Я боялся, что тебя арестовали за ту карточку из сада Уилсонов.

– Рутгоу был недоволен. Ты же знаешь, какой он.

Джек понимающе кивает.

– Представляю. Редкостный зануда… Кстати, ему не пора на пенсию? Выглядит так, будто вот-вот отдаст богу душу. – Хватается за горло и произносит хриплым голосом заядлого курильщика: – «На сегодня это единственная информация, которую я могу вам сообщить».

– Ему еще нет и шестидесяти. А тебя послушать, так он с минуты на минуту получит телеграмму от королевы…[28] – Я поднимаюсь, чтобы подойти к стойке. – Хочешь чего-нибудь?

Джек вскакивает:

– Я принесу. Ты пока отдохни. Тоже ведь не девочка, – издевательски бросает он. – Что будешь пить?

– Да катись ты!.. Принеси колы. – Я смеюсь, но ноги у меня действительно болят. А все из-за новых модных сапог, которые я купила, не посмотрев, что они мне на полразмера малы.

Пока Джек идет к бару, от него не отрывает взгляд блондинка за соседним столиком. В ладно скроенном костюме он действительно великолепен. Интересно, как ему удается классно одеваться на те гроши, что ему платят в газете?

Джек возвращается за столик с колой и двумя упаковками моих любимых острых чипсов.

– Спасибо, дружище. – Я с удовольствием делаю первый глоток, а сама наблюдаю за блондинкой, которая явно обсуждает Джека со своей подругой и нарочито громко смеется. Тот ничего не замечает; все его внимание сейчас сосредоточено на мне.

– Ну? Ты же знаешь, что можешь мне довериться.

Он прав: я могу рассказать ему все, в отличие от Рори, с которым я всегда думаю, о чем стоит говорить, а о чем лучше промолчать. Рори – простой и хороший, со строгими моральными принципами. За что я и люблю его. Общение с ним делает меня лучше и добрее. Мы дополняем друг друга: я помогаю ему, когда нужно проявить характер, а он – когда меня сильно заносит на поворотах. Знаю наверняка, что Рори меня любит, но боюсь, что он сильно ошибается на мой счет. Тем не менее «его» версия меня – правильная и образцовая – мне нравится, и я не хочу его разочаровывать.

Признаюсь, мой моральный радар иногда настолько сбоит, что я не могу оценить, что хорошо, а что плохо. И хотя после отъезда из Лондона я очень стараюсь, сегодня, с этой карточкой, чувствую, как будто провалила какой-то важный тест.

Пытаюсь объяснить все это Джеку, но на этот раз не нахожу в нем понимания.

– Думаю, взяв карточку, ты поступила правильно. У тебя талант настоящего журналиста – нюх на хорошую историю. И здесь есть такая история. У Клайва или Дейрдре были враги.

Пытаясь собраться с мыслями, я ерзаю на стуле, передвигаю предметы на столе.

– Дело не в карточке…

Позади меня раздаются смех и крики – что-то празднуют молодые ребята.

– Мне нужно рассказать тебе, что случилось в Лондоне.

Джек хмурится, его глаза нервно перебегают с компании парней на меня и обратно.

– Про тот скандал я все знаю. Ты была в нем замешана? – Он открывает пачку чипсов и приглашает меня угоститься.

Я смотрю в окно. На улице совсем темно. Люди, согнувшись и прячась под зонтами, спешат с работы домой. При мысли о том, что мне предстоит дорога по темноте, ежась от страха и оглядываясь по сторонам, меня передергивает. Сейчас не помешал бы бокал вина.

Джек молча хрустит чипсами, давая возможность настроиться на разговор. Делаю глубокий вдох; мне нужно выговориться.

– Теперь-то я сознаю, насколько все это было аморально. Девочку-подростка нашли мертвой от передозировки наркотиков. За несколько месяцев до этого она пропала, и в течение всего этого времени мы прослушивали ее телефон, а также телефон ее отчима.

От неожиданности Джек чуть не давится чипсами.

– Я догадывался, о чем ты хочешь мне рассказать, но такое… Тебя ведь не арестовали?

– Нет. Арестовали моего редактора. Он стал козлом отпущения. – Я с трудом сглатываю слезы. – Я и мой коллега Марк прекрасно понимали, что так нельзя, однако ожидалось слишком громкое дело: пропала девочка-подросток, ее отчим мог быть причастен… Мы были ослеплены азартом охоты: потеряли чувство меры и ответственности. Нас с Марком уволили, потом еще нескольких человек, включая моего редактора. Мы были одержимы этой историей; думали, что если взломаем телефон девочки и ее отчима, то узнаем что-нибудь уличающее его… Глупо и безрассудно.

Джек нервно сглатывает.

– Черт, Джесс… А Тед знает?

Я киваю. Машинально беру чипсы, но не ем, а просто сжимаю в кулаке.

– Я должна была все честно ему рассказать. Да он и сам узнал бы. Тед сильно рисковал, пригласив меня на работу. Дал мне второй шанс, и я ему очень благодарна. Ты не представляешь, Джек, как все это было ужасно! Стыд. Страх, что меня арестуют. Обвинят. Возможно, посадят в тюрьму. Моему редактору и другим до сих пор грозит суд. Ну, ты читал про это дело в газетах… Я до сих пор чувствую себя виноватой, особенно перед семьей этой девушки.

Джек вздыхает и вдруг спрашивает:

– А что говорит Рори? – Своим вопросом он буквально припирает меня к стенке.

– Я ему не рассказывала. Он знает, что мой редактор был арестован и обвинен, но это все.

Глаза Джека округляются.

– Что? Как он может не знать?

Чувствую себя абсолютно разбитой.

– Все это прошло мимо него, потому что он такой человек. Немного не от мира сего. Мне не предъявили обвинение, а ему я сказала, что уволили меня из-за сокращения штата.

Джек издает стон.

– Ты обманула его!

Я закрываю глаза, начинает страшно болеть голова.

– Рори думает, что я самая лучшая, а я боялась его разочаровать, признавшись, что тоже в этом замешана.

Открываю глаза, почувствовав, как Джек участливо берет меня за руку. Я чуть не плачу.

– Рори хочет жениться, детей, верит в сказки про семейную жизнь. И я тоже этого хочу… – Я сглатываю комок в горле. – Хочу в мужья надежного, порядочного мужчину. Но теперь я просто не знаю, заслуживаю ли его, – добавляю я чуть слышно.

Джек наклоняется ко мне и начинает успокаивать:

– Конечно заслуживаешь. Ты совершила ошибку, но кто без греха? Уж точно не я и не Рори, что бы ты там ни думала. Но ты должна ему все рассказать.

Я убираю руку и продолжаю, глядя Джеку в глаза:

– Ты должен знать все до конца. Речь идет о деле Марианны Уокер-Смит.

Больше мне ничего не нужно объяснять – эта история гремела на всю страну. Четырнадцатилетняя школьница Марианна пропала восемнадцать месяцев назад из Рединга в канун Рождества. Все, включая прессу, подозревали ее отчима – преуспевающего местного застройщика. В своих шикарных машинах и дорогих костюмах Уэйн Уокер выглядел как настоящий бандит. Его арестовали, но обвинение предъявить не смогли за недостаточностью улик. Несколько месяцев спустя тело Марианны нашли в парке Клэпхэм-Коммон, причем умерла она от передозировки героином. По словам полиции, девочка сбежала из дома, связавшись не с теми людьми. Ее действительно видели с мужчиной постарше, но ничто не указывало на то, что она была убита.

Уэйн жаждал мести. Однажды вечером, когда я возвращалась домой после встречи с друзьями, он набросился на меня, впечатал в стену и стал угрожать расправой.

– Ты была не единственной журналисткой, которая считала его виновным. Почему он напал именно на тебя?

– Понятия не имею. Спасло меня только то, что мы были недалеко от метро; нас заметили прохожие и позвали на помощь, он убежал. Но теперь-то я знаю, что он за человек – под стать своему бульдожьему лицу.

– Не волнуйся, наверняка это лишь пустая угроза. Что он сделает?.. К тому же ты переехала.

Я вспомнила ужас, испытанный мной накануне, но не стала ничего говорить Джеку.

– Наверное, ты прав. Я просто испугалась.

– Не удивительно. Мерзкий тип…

– Вероятно, Уэйн узнал о прослушке телефонных разговоров. Может, кто-то из полицейских проболтался…

Наш разговор прерывает Финн, появившийся на пороге кафе в обтягивающих джинсах, белой рубашке и пиджаке в полоску. Ростом он ниже Джека, но все равно высокий – метр восемьдесят, не меньше. Блондин с голубыми глазами, такой весь утонченно-элегантный. И уж никак не похожий на полицейского.

Финн складывает зонт и оглядывается по сторонам. Когда замечает нас, на его лице появляется чувство досады – буквально на секунду. И вот он уже с улыбкой подходит к нашему столику.

– Я не знал, что ты пригласил и Джесс.

Я стремительно вскакиваю:

– Мне пора.

– Посиди с нами, ты ведь еще не допила, – уговаривает Джек. – Финн не против.