Клемент Фезандие – Мир приключений, 1925 № 02 (страница 9)

— Билли, а дальше?..

— Билли Джонс.

Физиономия м-ра Грина расцвела улыбкой торжества при взгляде на своих спутников. Физиономия м-ра Брауна сохраняла прежнее выражение, а физиономия м-ра Чарльза Леджа оставалась омраченной.

— Конечно, — сказал он с ударением, — конечно, было бы неладно, если бы Сам вступил во второй брак пол прежней фамилией. Судите по себе, Гарри, разве вы поступили бы так?

— Послушайте, — завопил м-р Браун в состоянии совершенного бешенства, — бросьте вы мешаться в мои дела. Вы — крокодил, вот вы кто! А что до тебя, мальченка, так прочь, что есть духу. Слышал?

И он быстро двинулся вперед в сопровождении обоих спутников, и, устремив взор твердо перед собой, попытался преподать им пример надлежащего поведения, которому спутники его, однако, не сумели последовать.

— А он все идет за вами, Сам, — заявил «крокодил» тоном, в котором чувствовалось скрытое торжество.

— Прилип, как пиявка, — подтвердил м-р Грин, — мальчишка недурен собой…

— Пошел в мать! — заметил мстительно настроенный м-р Ледж.

Злополучный м-р Браун не ответил ни слова, и с видом преследуемого шагал вниз по Соловьиному переулку, затем направился в Верхнюю Уопингскую улицу, пока не добрался до судна «Нети Бел», ошвартованного в Шримпетской верфи. Не говоря ни слова, он ступил на палубу, и только когда готовился спуститься в каюту на баке, взор его остановился на мгновение на маленьком потерянном существе, стоявшем на пристани верфи.

— Халло, мальчик, чего тебе? — крикнул шкипер.

— Мне надо отца, сэр, — Сама, — ответил мальчик, который только и ожидал вопроса.

Шкипер поднялся с своего места и посмотрел на мальчика с любопытством. Господа Ледж и Грин, приблизившись, выложили перед шкипером создавшееся положение. Шкипер был человек чувствительный и знал, что Самуэль Браун во внеслужебное время играл на трубе в оркестре Армии Спасения. Он окинул мальчика благодушным взглядом и мягко заговорил с ним.

— Постой, не уходи, — сказал он ему с беспокойством.

— Я не собираюсь, сэр, — ответил мастер Джонс, очарованный обращением шкипера. Затаив дыхание, он стоял и следил за тем, как шкипер отправился на бак и, нагнувшись в каюту, громко позвал Сама.

— Есть, сэр, — послышался недовольный голос.

— Ваш мальчик спрашивает вас, — сказал шкипер с широкой улыбкой на лице.

— Это вовсе не мой мальчик, — ответил м-р Браун сквозь зубы.

— Во всяком случае, поднимитесь на палубу и поговорите с ним, — сказал шкипер, — разве вы так уверены, что он не ваш, Сам?

М-р Браун не сказал ни слова, однако, поднялся наверх, где ответил ледяным взглядом на приветственную улыбку мастера Джонса и прямо-таки задрожал от злости, когда шкипер поманил мальчика к себе.

— Он порядком-таки был предоставлен самому себе, Сам, — заметил шкипер, покачав головой.

— Какое мне дело до него?! — сказал Сам, вспылив, — говорю вам: я знать не знал его до сего дня.

— Слышишь, что говорит отец, — сказал шкипер, — помолчите, Сам. Где твоя мать?

— Померла, сэр, — захныкал мастер Джонс, — у меня только он и есть.

Шкипер обладал чувствительной душой. Он с состраданием рассматривал маленькую, жалкую фигурку, стоявшую теперь возле него. А ведь Сам был превосходный матрос и, что называется, светило во всем Димпорте.

— Ты не прочь пуститься в море вместе с отцом? — спросил шкипер мальчика.

Счастливая улыбка, озарившая лицо мальчугана при этом предложении, служила достаточным ответом.

— Я не удостоил бы этим первого встречного, — продолжал шкипер, бросив суровый взгляд на матроса, положение которого было самое дурацкое, — но я готов сделать вам одолжение, Сам. Пусть он едет с нами!

— Одолжение? — пробормотал м-р Браун, с трудом сдерживая себя, — одолжение мне? Я ни капли не нуждаюсь в нем.

— Ну, ну, — прервал его шкипер, — Бог с ней, с благодарностью. Сведите его на бак и накормите чем нибудь; несчастный мальчишка, кажется, умирает с голоду.

Шкипер повернулся и пошел к себе в каюту, между тем как повар, которого м-р Браун накануне публично обличал в грехах, увел мальчика к себе на корабельную кухню и накормил его досыта. После ужина Чарли умыл его, а Гарри, сбегав на берег, раздобыл у какого то своего приятеля старую, изношенную детскую жакетку. Вместе с жакеткой он принес м-ру Брауну весточку от того же самого приятеля, которая должна была выражать по отношению м-ра Брауна приятельское изумление по поводу всего случившегося.

Беседа на баке после того, как мастер Джонс крепко заснул, вращалась вокруг вопроса о двоеженстве, на что м-р Браун отвечал только храпом, хотя замечания м-ра Леджа, клонившиеся к тому, что события этого дня пролили-де свет на многие мелочи в поведении м-ра Брауна, составлявшие до сих пор для него, м-ра Леджа, загадку, — не раз, казалось, готовы были возвратить м-ра Брауна в бодрственное состояние.

В шесть, рано утром судно вышло из порта, — причем мальчик чуть не сошел с ума от восхищения, наблюдая, как парус за парусом развевался на мачте, — и со свежим, попутным ветром быстро оставило Лондон позади себя.

М-р Браун старательно игнорировал мальчика, но все остальные люди из состава команды баловали его во всю, и даже капитанская каюта проявила некоторый интерес к его благоденствию именно тем, что шкипер не менее, как пять раз, вызывал в тот день м-ра Брауна к себе и выговаривал ему за поведение его сына.

— Я не могу допустить на своем судне кувырканья, — сказал он, покачивая головой, — здесь не место этому.

— Удивляюсь, зачем вы научили его таким штукам! — заметил помощник капитана с явным подозрением.

— Я?!. — спросил несчастный Сам, дрожа от бешенства…

— Вероятно, он видел, как вы занимаетесь этим, — сказал помощник, скользнув как бы мимоходом взором по плотной фигуре Сама. — Вы, как кажется, жили на два конца…

— Это нас не касается, — поспешно перебил его шкипер, — По мне пусть Сам ходит колесом хоть круглые сутки, если ему нравится, но здесь то этому не место, вот что. Нечего хмуриться, Сам. Я никак не могу допустить ничего такого у себя на судне.

Шкипер отвернулся, а м-р Браун, не будучи в состоянии решить, с ума он сошел, или пьян, или и то и другое вместе, отправился на бак и забрался подальше к бугсприту, где принялся с подавленным видом созерцать море. Позади его матросы продолжали развлекаться мастером Джонсом, и раз даже, кинув взор на корму, он увидел, что сам шкипер у рулевого колеса давал мальчишке урок управления судном.

К полудню следующего дня м-р Браун был уже в таком безнадежно подавленном состоянии, что, когда судно забежало в Уайтерси, маленький промежуточный порт, где надлежало выгрузить часть груза, он получил разрешение не участвовать в работе и остаться в своей койке. Выгрузка обошлась без него, и в девять часов вечера судно снова вышло в море, и лишь когда они были в расстоянии нескольких миль на пути к Димпорту, м-р Ледж прибежал на корму и заявил, что Брауна нет налицо.

— Не мелите вздору, — сказал шкипер, поднявшийся наверх по вызову помощника.

— Факт, сэр! — сказал м-р Ледж, кивая головой.

— Что же нам делать с мальчишкой? — задал недоуменный вопрос помощник шкипера.

— Сам — это совершенно неустойчивый, вероломный, мошеннический субъект, — воскликнул сгоряча шкипер, — сбежать подобным манером и подкинуть нам мальчишку, не угодно ли! Я изумляюсь. Я разочарован в Саме, — сбежать!..

— Я полагаю, он теперь посмеивается себе в кулак, сэр, — заметил м-р Ледж.

— Убирайтесь на бак! — обрезал его шкипер, — марш на бак! Слышали?..

— Но что же мы будем делать с мальчиком? Вот, что мне хотелось бы знать, — сказал помощник.

— А как вы полагаете, куда мы его денем? — рявкнул шкипер, — выбросим за борт, что ли?

— Я имел в виду, когда мы придем в Димпорт, — проворчал помощник.

— Ну, матросы разболтают, — сказал шкипер, успокоившись несколько, — и, возможно, Самова жена явится и заберет его. А если нет, так я налагаю, ему придется отправиться в рабочий дом. Во всяком случае, это не мое дело, я умываю руки, и больше ничего. — И шкипер удалился в каюту, оставив помощника вертеть рулевое колесо. С бака доносился говор голосов. Там команда разбирала поведение м-ра Брауна. Мастер Джонс, лишившийся отца, грязными следами пролитых слез на лице, поглядывал на них из своей койки.

— Что ты будешь делать, Билли? — спросил повар.

— Не знаю, — жалобно ответил мальчик.

Он сидел в койке с самым мрачным видом, переводя быстрые взгляды с одного на другого. Затем, закончив воспоминания о своем отце громким чихом, он завалился спать.

Утром, с легкомыслием, свойственным детскому возрасту, он позабыл о своих горестях, и бегал попрежнему по палубе, пока около полудня судно не приблизилось к Димпорту. М-р Ледж, проникшийся некоторым уважением к умственным способностям маленького мастера Джонса, указал ему на порт и не без любопытства ожидал, что скажет мальчуган.

— Я вижу порт, — сказал мастер Джонс коротко.

— Там живет Сам, — ответил выразительно его новый друг.

— Вы все живете там? — спросил малец, — не правда ли?

Замечание это являлось само по себе вполне невинным, но было что то такое во взгляде м-ра Джонса, что заставило м-ра Леджа поспешно удалиться и с некоторым беспокойством наблюдать за мальчиком с другого конца судна. Мальчик, не замечая внимания, вызываемого его поведением, расхаживал в беспокойстве по палубе.