Кларк Смит – Вино из Атлантиды. Фантазии, кошмары и миражи (страница 177)

В голове у Фёрнэма зародилась отчаянная идея. Он пригляделся к Дōиру: с виду тот был необычайно хрупким и никак не крепился к колонне. Если швырнуть его об пол или даже просто уронить, он, скорее всего, разобьется. Фёрнэм побыстрее задвинул мысль подальше на задворки сознания, опасаясь, что ее услышат Аисфа и его ультрафиолетовые собратья, и попытался сформулировать вопрос как можно безобиднее:

– Что будет, если Дōир разобьется?

Тут же его обдало чужими злостью, смятением, испугом. Однако вопрос остался без ответа, – очевидно, Аисфа не желал отвечать, предпочел скрыть нечто очень опасное и страшное. Еще Фёрнэм почувствовал, что Аисфа все-таки уловил краешек затаенной мысли и что-то заподозрил.

Если действовать, то прямо сейчас и быстро. Призвав на помощь всю свою храбрость, Фёрнэм прыгнул в круг тиисинов. Лучи Дōира успели укоротиться, но ему все равно показалось, что он бросается прямо на острые копья. Ощущение было неописуемым: как будто тело пронзило нечто одновременно горячее и холодное, но эти жар и холод вполне можно было стерпеть. И вот Фёрнэм уже стоит у колонны, воздев руки со светящимся яйцом, и с вызовом смотрит на своих пленителей.

Дōир оказался невероятно легким, а пальцы жгло одновременно и жаром, и холодом. Накатило странное головокружение, все смешалось, но Фёрнэм сумел овладеть собой. Вполне вероятно, воздействие Дōира гораздо разрушительнее для человеческого организма, чем радиация. Но тут уж придется рискнуть. Как бы то ни было, сразу он не погибнет – нужно воспользоваться преимуществом и проявить храбрость и смекалку, тогда если не он сам, так хотя бы Лэнгли успеет ускользнуть.

Тиисины вокруг колонны застыли, пораженные дерзкой выходкой. Расходящиеся кругом лучи медленно втягивались в жуткое яйцо, проходя сквозь ладони Фёрнэма. Пальцы Фёрнэма на оболочке яйца стали прозрачными.

Фёрнэм посмотрел прямо в светящиеся глаза Аисфы и уловил взволнованные мысли – не только его, но всех присутствующих тиисинов: они расточали страшные нечеловеческие угрозы, отчаянно призывали вернуть Дōир на место. Сосредоточившись, Фёрнэм решительно воспротивился им.

– Отпустите нас, – мысленно обратился он к Аисфе. – Верните мое оружие и дайте нам с товарищем выйти из города. Мы не хотим причинять вам вреда, но не можем навсегда остаться здесь. Отпустите нас, или я швырну Дōир об пол и разобью его.

При этой его разрушительной мысли по толпе полупрозрачных существ прошла дрожь, и от всех отчетливо повеяло страхом. Да, догадка Фёрнэма оказалась верна: Дōир действительно очень хрупок, а если его разбить, случится какая-то непоправимая катастрофа, природу которой он не постигал.

Ступая очень медленно и оглядываясь на каждом шагу, чтобы никто не подобрался к нему со спины, Фёрнэм подошел к Лэнгли. Тиисины при его приближении в ужасе отшатывались.

– Быстро принесите сюда винтовку… оружие, которое вы отобрали, – на ходу командовал Фёрнэм. – Отдайте ее моему товарищу. Отпустите нас и не чините никаких препятствий, или я разобью Дōир. Когда мы выйдем за пределы города, один из вас, но только один, последует за нами, и мы вернем Дōир ему.

Один из тиисинов куда-то вышел и почти сразу же вернулся с винчестером. Лэнгли тщательно осмотрел винтовку и удостоверился, что она цела и невредима. Потом они начали отступление, а за ними по пятам шли охваченные смятением ультрафиолетовые существа. На улице Лэнгли достал компас и приблизительно прикинул, где находится Тарим.

Путешественники пробирались между фантастическими хрустальными башнями, а толпа тиисинов позади постепенно росла: жители города, словно повинуясь безмолвной команде, всё выходили и выходили из зданий. Они не выказывали враждебности открыто, но с каждым шагом сильнее ощущались их ярость и страх: похищение Дōира здесь, похоже, расценивали как настоящее кощунство. Ненависть почти материальными волнами обрушивалась на сознание путешественников – темная, гнетущая, отупляющая и дурманящая. Она туманила мозг и мешала двигаться, словно путники брели в кошмарном сне, увязая в липкой патоке. Переставлять ноги удавалось с большим трудом и очень медленно.

Из какого-то здания впереди выползло похожее на морскую звезду чудище с щупальцами – точь-в-точь как то, которое в самом начале набросилось на Лэнгли. Оно припало к земле посреди улицы, вознамерившись не пропустить их, подняло страшный клюв, сверкнуло переливчатыми глазами, но потом вдруг отползло, видимо получив от своих хозяев мысленный приказ.

Проходя мимо этой твари, Фёрнэм и Лэнгли невольно содрогнулись. В воздухе разлилась нечеловеческая, невыразимая угроза. Время от времени на друзей накатывала необычайная сонливость. Их волю пыталась сломить и убаюкать беззвучная усыпляющая музыка.

Пальцы Фёрнэма онемели, а рука сделалась прозрачной и походила теперь на кисть скелета: кости просвечивали сквозь кожу. Острые лучи совсем втянулись внутрь яйца, и теперь его нутро лишь туманно светилось бесформенным облачком. В сердцевине Дōира затаилось что-то живое и невероятно могучее.

Обернувшись, Фёрнэм увидел, что за ними неотступно следует Аисфа, а остальные тиисины подотстали. Мысли ультрафиолетового существа не читались: Аисфа будто окружил себя темной непроницаемой стеной. И еще появилось ощущение злобного намерения – замышляемого предательства и угрозы, но уловить или вообразить их суть Фёрнэм никак не мог.

Они добрались до конца улицы, где полупрозрачная дорога соединялась с песчаным холмом, и медленно зашагали вверх по склону. Стало очевидно, что под влиянием тиисинского препарата обычное человеческое зрение действительно изменилось: земля под ногами чуть светилась, а камни стали походить на дымчатые кристаллы, чья структура смутно просвечивала изнутри.

Как и было условлено, тиисины остались на границе ультрафиолетового города и инфрафиолетовой пустыни, и только Аисфа последовал за путешественниками на холм.

Когда они преодолели ярдов пятьдесят, Фёрнэм остановился, дождался Аисфу и протянул ему загадочное яйцо. Возможно, возвращать Дōир было неразумно, но Фёрнэм намеревался сдержать слово, поскольку жители Цииса пока держали свое.

Аисфа забрал Дōир, но мысли свои так и не открыл. Излучая непонятную угрозу, он зашагал вниз по склону, а сияющий эллипсоид просвечивал сквозь его прозрачное тело, сияя большим недреманным оком. Из сердцевины яйца снова прорезались лучи.

Лэнгли и Фёрнэм пошли дальше, поминутно оглядываясь через плечо. Внизу в долине мерцал в лунном свете подобный миражу Циис. На его краю столпились ультрафиолетовые жители, поджидавшие Аисфу.

Когда тот приблизился, из основания крайней стеклянной башни вырвались два холодных огненных луча. Змеясь и извиваясь, они смертоносными питонами с огромной скоростью поползли вверх по склону вдогонку за путешественниками.

– Вздумали надуть нас! – воскликнул Фёрнэм.

Он выхватил из рук Лэнгли винчестер, упал на одно колено и тщательно прицелился, взяв на мушку сияющий Дōир, просвечивавший сквозь прозрачное тело Аисфы. Тот уже успел дойти до города и готов был смешаться с толпой.

– Беги! – крикнул Фёрнэм. – Они у меня пожалеют о подлом предательстве, а ты попробуй ускользнуть.

Он нажал на спуск, но не попал в Аисфу, хотя на землю рухнули как минимум двое тиисинов, стоявших ближе всех к Дōиру. Фёрнэм снова тщательно прицелился. Меж тем смертоносные лучи, извиваясь, ползли вперед, длинные и бледные, и были уже совсем близко. Аисфа поспешил спрятаться за спины сородичей, но сияние Дōира все равно пробивалось сквозь их прозрачные тела.

На этот раз пуля достигла цели, по пути наверняка убив нескольких ультрафиолетовых существ.

Фёрнэм едва ли предполагал, к какому результату это приведет, хотя еще в высоком здании заподозрил, что за разрушением Дōира последует настоящая катастрофа. То, что произошло затем, почти невозможно описать словами.

Дōир не успел выпасть из рук сраженного Аисфы – яйцо превратилось в огромное огненное колесо, которое стремительно вращалось и росло, затмевая силуэты тиисинов. С ужасающей силой это колесо обрушилось на ближайшие строения, и те взмыли в небеса и исчезли молниеносно, будто развеявшийся мираж. Не было слышно взрыва – вообще ничего: в полнейшей тишине крутящийся световой диск постепенно охватывал весь город.

Фёрнэм стоял и глядел на разворачивающуюся перед ним картину как громом пораженный, едва не позабыв про коварные лучи. Один из них бросился к Фёрнэму; тот отпрыгнул, но было поздно: полоска света анакондой обвилась вокруг туловища и спеленала руки и ноги, тело сковало ледяным холодом, и беспомощного Фёрнэма потащило вниз по склону обратно к Циису. Второй луч гнался за Лэнгли.

Тем временем огненный диск добрался до испустившей лучи башни, и Фёрнэм внезапно почувствовал, что вновь свободен: змееподобный преследователь исчез. Путешественник поднялся на ноги и застыл, пригвожденный к месту, онемевший от изумления. Подоспевший на помощь Лэнгли тоже замер, глядя, как котлован под ними заполняет разрушительная сияющая воронка.

– Боже мой! – наконец воскликнул Фёрнэм. – Смотри, что творится с Лобнором.

Световой взрыв выбрался за пределы Цииса и пошел дальше: перед надвигающейся белоснежной волной взмывали в воздух булыжники и комья земли, и все это неторопливо и неслышно летело по направлению к путешественникам.