Клара Конти – Грешник. Не играй со мной, девочка (страница 6)
Грешник схватил брата за воротник и поднял с корточек.
– Минус десять штук, Арсений Аркадьевич. Минус десять.
Прорычал почти по слогам. Сеня брезгливо посмотрел на меня свысока. Каждая клеточка моего организма уловила эту звериную ненависть.
– Нахуя она тебе, Дава? Ты же любую можешь взять.
– Давид Романович, щенок. И тебя не должно ебать, кого я хочу.
Сеня усмехнулся и тут же пожалел об этом. Грешник отпустил его и врезал в нос. Кровь хлынула из обеих ноздрей. Залила белую рубашку и синий галстук.
– Сука! – брат зажал переносицу и запрокинул голову назад.
Я сползла со столика и практически ничего не видя, нацелилась к черной арке. Рыжий схватил меня за лодыжку и притянул обратно. Я извернулась, и он вожделенно облизнулся, заметив мои белые трусики под задравшимся платьем.
Бах! Раздался выстрел. Рыжий принял пулю прямо в висок. Свалился на пол тяжелой свиной тушей.
– Что ты блять наделал?! – взревел Сеня, глотая собственную кровь.
– Ты явился на мою территорию без приглашения. Портишь мою собственность и позволяешь своему уёбку–другу лапать мою женщину. – Грешник навел пистолет на брата. – Я и тебя могу грохнуть.
– Тогда сделке конец. Ты не получишь район моего покойного папаши.
Грешник приблизился к нему, а я спряталась за диван и затаила дыхание.
– Не бросай громких слов, Арсений.
– А ты не размахивай пушкой у меня перед лицом.
Шмыгнул и, по всей видимости, утер нос рукавом.
– Я делаю то, что хочу. А у тебя есть десять секунд, чтобы уйти живым.
– Иди на хуй!
Брат поспешил к арке, до которой я не добралась и круто развернулся. Каблуки туфель заскрипели. Уставился в меня таким гневным взглядом, которым только Зевс обладал в греческой мифологии.
– Это все из–за тебя, мразь.
– Сень…
Я по какой–то причине потеряла способность говорить.
– Желаю тебе сдохнуть, шлюха.
Взглянул еще разок на Грешника и ушел.
Я выпустила протяжный стон и разревелась. Боль скрутила меня до обморока, но я сдержалась. Или нет…
Подошедший Грешник попытался меня поднять, но я отпихнула его и быстро отползла подальше на четвереньках. Встала, взявшись за угол книжного шкафа. Слезы, дрожь, стучащая под кожей дробь, не дала вдохнуть. Я прижалась к стене и впилась отчаянным взглядом в мужчину, для которого стала красивой игрушкой.
– Ненавижу тебя…и его ненавижу! – вяло махнула рукой, вслед ушедшему брату.
Грешник даже не удивился моим словам. Согнулся над телом рыжего и проверил содержимое его карманов. Телефон, пачка сигарет и ключи от машины легли на кожаную спинку дивана.
Минуту спустя в гостиную вошел громила, некогда затолкавший меня в багажник, и закинул труп на плечо. Легко так. Обыденно. Я закусила щеку, чтобы почувствовать себя живой и, обретя какую–никакую силу, рванула прочь.
Сеня убил родителей. Продал меня Грешнику за сто тысяч, помимо тех пятидесяти, что получил с аукциона.
Я никому не нужна.
Никто не придет за мной.
Я запнулась за ступеньку и распласталась, словно тряпичная кукла.
Попробовала привстать, не смогла.
У меня все заныло.
Каждая косточка.
Я истошно взвыла и обхватила пальцами кованые балясины. Сердце прекратило биться. В голове сгустился туман.
– Вставай, – Грешник таки добрался до меня. Взял под мышки и поднял, – сопливый краник перекрывай. Меня слезами не проймешь.
Зафиксировал мой подбородок и повертел за него туда–сюда.
– Вильма обработает твои ссадины и этот мерзкий синяк. У нее есть чудо–средство.
– Да мне все равно! – шлепнула его по руке и едва не кувыркнулась через перила. Спасла молниеносная реакция Грешника. За талию придержал.
– И мне все равно. Но лучше если твое личико будет меня радовать. – Карими глазами поставил точку. – И про платьишко для ужина не забудь.
Плевать на все случившееся.
Абсолютно на всё!
Ужин по графику.
Я аккуратно поставила ногу на ступень выше, и наша пугающая близость развеялась в одночасье.
Следующие несколько шагов дались мне не менее трудно, но я справилась. Поплелась по широкому коридору в спальню, где разрыдалась, что есть мочи…
ГЛАВА 5
Как и было велено ранее, я принарядилась для тет–а–тет ужина. Элегантное черное платье с открытой спиной подчеркнуло фарфоровый тон моей кожи. А нижнее белье кричало о моей неординарной натуре.
С волосами я ничего не сделала. Просто выровняла утюжком, который любезно принесла Вильма.
– Прекрасно выглядишь.
Грешник восседал на троне во главе прямоугольного стола. Кругом горели свечи в хрустальных подсвечниках. Совсем ненавязчиво играла инструментальная музыка. Я перенеслась в сказку «Красавица и Чудовище». Совершенно неосознанно.
– Садись.
Глазами указал на кожаный стул у торца. Я отодвинула его и присела на самый краешек.
– Я не голодная. – Сказала честно, оглядев дюжину аппетитных на вид блюд. Тут были и мясо, и птица и рулетики из красной рыбы. Разнообразие закусок и фильдеперсовых сладостей.
– Ешь. Не хочу вызывать врача и кормить тебя через зонд.
Перспектива напугала меня.
Я взяла вилку и нанизала на нее оливку. Зеленое лакомство лежало в качестве украшения в тарелке с салатом. Долго присматриваясь к крошечному плоду, осторожно положила в рот.
Грешник благосклонно закивал головой.
– Если тебе что–то не нравится или у тебя на что–то аллергия, сообщи Вильме. Она учтет все детали и пожелания к следующему ужину.
– Хорошо.