Клара Колибри – Приключения Элизабет. Книга 1 (страница 31)

– Я очень глупо себя повела. – Вот к такому заключению пришла, просидев на палубе несколько часов и выкурив пару трубок. – Чего бы добилась? А все ревность! Откуда она только берется?!

Допустим, уже догадывалась об этом, но сосредоточиться в тот момент решила на другом.

– Ясно же, что на этом острове мне ничего, кроме позора, не светит, если Эдвард меня бросит. Э…правда, жить в грехе с мужчиной, да еще и известным пиратом… – Об этом тоже решила не думать, а потом, когда вся история осталась бы в прошлом, а оно к тому и шло, вообще следовало бы забыть об этом эпизоде из жизни.

– Но, Боги! Это же и остров пиратский! Здесь другие законы, в конце концов… Так что на подобные связи смотрят как на обычные вещи, к тому же Ястреб у них здесь вообще в кумирах ходит. Скорее всего, мне многие завидуют даже. Да!!! Это они все пусть ко мне ревнуют, а мне то что. Мне бы с острова как-нибудь соскочить, а потом и с этого корабля.

Вот таким образом в голове начали зарождаться совсем иные мысли. И они к рассвету ближе сложились в некий план. Мне казалось, что во вполне исполнимый и хороший план. Но чтобы он воплотился, для начала надо было все же помириться с Эдвардом. Как ни крути! А он ушел в начале ночи от меня очень злой. И неизвестно где провел все это время. А главное, неизвестно с кем! А вдруг?.. О, об этом даже думать не хотелось, а руки так и потянулись к мешочку за новой порцией табака, так разволновалась. Неужели, уже упустила свой шанс пользоваться вниманием и опекой Ястреба? Он запросто мог за это время переключиться на кого-то другого. Если говорить точнее, то на другую. Но тут в конце улицы, ведущей к пристани, показался знакомый силуэт, и все мое внимание, как по команде, переключилось на него.

Надо же, я Ястреба узнала на таком большом расстоянии! По очертаниям фигуры, по походке. А еще у меня что-то в груди толкнулось даже до того, как повернула голову в ту сторону. Предчувствие? Возможно. И вот теперь еще и сердце начало в груди колотиться как безумное. К чему это? Нет, надо было немедленно успокоиться. Или не надо? Пусть заметил бы мое волнение? Пока терзала себя сомнениями, произошло еще кое-что. Эдвард уже значительно приблизился. Настолько, что могла рассмотреть, в каком беспорядке были его волосы, что развязанный шейный платок свободно болтался, а рубашка его была расстегнута на целых три пуговицы. Вот тогда и заметила, что за углом здания, к которому приближался Ястреб, стояла, как таилась, женщина.

– Что может она делать здесь и в этот час? – Не заметила, как сказала это вслух, а еще спряталась за мачтой, чтобы могла видеть сама, но не быть никем замеченной.

К сожалению, ничего не было слышно. Пришлось довольствоваться только подсматриванием. А женщина выбежала из-за укрытия и перегородила капитану дорогу. И почему-то мне показалось, что он не слишком удивился происходящему. Конечно, поняла, что и с этой дамой был знаком. Но погодите, не она ли пела в том кабаре? Да, вот, накидка из плотной ткани съехала с ее головы, и теперь можно было видеть совсем светлые волосы и обнаружить сходство с блондинкой в платье с блестками. Та самая певица вскинула руки на плечи Эдварда и прижалась к его груди.

А этот негодяй не очень-то спешил отстранить ее от себя. Определенно, он что-то ей говорил. И она ему. А еще женщина то зарывалась лицом в рубаху капитана, то поднимала голову высоко, чтобы заглянуть в его глаза. И вот он поднял руку. Оттолкнет? Нет, положил ладонь ей на плечо. И что дальше? Так, так, гладил.

– Боги! Помогите мне это все вытерпеть!

А Эдвард точно что-то говорил. Вот только его слова, похоже, растревожили даму еще сильнее. Откуда я это взяла? Просто заметила, как ее плечи начали подрагивать, будто расплакалась. А я знала, что почти все мужчины плохо относятся к нашим слезам. Вот и капитан явно поморщился и начал отнимать от себя женские руки, захотел снять их со своих плеч. А женщина проявила упорство. Никак не хотела от него отлипать. Не знаю, сколько бы еще все это продолжалось, но тех двоих от противостояния отвлек шум. Это Чита натужно закашлял на сходнях. А я от его громкого и неожиданного кашля вздрогнула и пошатнулась. Вот, неуклюжая, получилось обнаружить себя. Как же неловко стало, что желтые глаза застали меня за подсматриванием…

Да, я убежала с палубы. Влетела в каюту и закрылась. А потом подумала, что не имела права это делать, закрывать дверь перед ее же хозяином. Вот и вернулась ко входу, чтобы отодвинуть щеколду. И только успела это сделать, как дверь распахнулась и явила мне Эдварда. И он был не на шутку встревожен. Это его выражение лица, наверное, можно было даже назвать паникой. В любом случае, я его таким еще не видела. И еще хорошо, что я и себя в тот момент не видела со стороны. Потому что предполагала, не могла производить впечатление безмятежности, когда грудь моя чуть не разрывалась от частых и болезненных ударов сердца.

– Эль! – Так и впился он взглядом в мои глаза. – Детка! Ты только подожди кричать.

Да у меня дыхания ни на что бы не хватило, даже на шепот, подозревала. А еще меня начала бить крупная дрожь, и я спрятала за спину дрожащие руки.

– Милая! Я сейчас тебе все объясню. Там…то есть только что…это было совсем не то…

– Эдвард, не подходи ко мне.

О, голос прорезался. Но непонятная паника никак не хотела затихать. А мужчина еще не послушал меня, подскочил и схватил на руки. Разумеется, я дернулась.

– Тихо, Эль, тихо. Я ничего тебе не сделаю. Но нам надо, детка, поговорить. Ведь ты можешь придумать себе, не пойми что. А там…

И он сделал пару шагов к кровати. Наверное, хотел просто сесть на нее, не держать же такую ношу, вовсе не пушинку, на руках долго. Но у меня получилось дернуться, а мужчина расценил это, как протест против постели.

– Не хочешь говорить здесь? Ладно. Можем выйти на палубу. И там свежий воздух… А ты так побледнела, милая… Но совсем ни к чему волноваться. Клянусь, для твоих подозрений нет оснований. Нисколько. Да, ушел вчера в гневе. Но пошел не куда-нибудь…играл в покер всю ночь. Ты мне веришь?

– А…

– Эта женщина? – Он уже выносил меня на руках на палубу, и нас обдул легкий ветерок. Признаться, мне от него, или все же от слов Эдварда, но сделалось легче и спокойнее. – Это Камилла. Не знаю, зачем она пришла, но… Что ты так осуждающе на меня посмотрела? Ну, ладно, честно говорить, то тогда уж обо всем, Эль. Да, у меня с ней была связь. Долгая. Пожалуй, самые долгие мои отношения с женщиной за последние десять лет были с ней. Но мы расстались перед прошлым моим отплытием с острова.

– Ты ее разлюбил? – Я нахмурилась, представляя, каким было их прощание.

– Э…охладел. Видишь ли, я ее не любил, просто…

– Негодяй! – Нет, ну, где были мои мозги, когда позволила этому слову сорваться с губ? Оно же все рушило. И мой план, и мое спокойствие, и желание Ястреба виниться сейчас передо мной.

– Почему сразу «негодяй»?! Здесь вообще так принято! Местные женщины имеют покровителей. И иногда они меняются. То есть и покровители, и опекаемые. Это ясно?

– Вполне!

– А почему ты это сказала таким тоном?

– Потому что поставила себя на ее место. Это ясно?

– А причем здесь ты и ее место? Это разные…нет, ты не так все поняла, детка.

– А как должна была? – Каких же мне усилий стоило посмотреть ему в глаза с нежной грустью. – Объясни же мне, Эдвард.

– Не могу…пока. Слов пока нужных не нашел. Дай мне время, Эль. Но я сейчас уже могу сказать, что никогда не оскорблю тебя одновременной связью с другой.

И он считал, что я должна была от этого обещания моментально успокоиться? Да во мне все закипело, как перевела себе его слова. Мол, верь мне, милая, я сначала брошу тебя, а потом уже уложу в свою постель другую красотку. Мило! Но я себя снова смогла усмирить. Я сразу за этим переводом сказала себе:

– Элизабет! Он сейчас поклялся, что не собирается моментально бросать тебя на произвол судьбы. У тебя будет время провернуть свой план. И не будь дурой, не влюбись в него окончательно. Думай о деле, Лиз, и не распускайся. А этого человека, скорее всего, не переделать. Он так и будет идти по жизни, скользя и оставляя за бортом разбитые женские сердца. Потому что к этому уже привык, ему так удобно, и у пиратов вообще так принято. Вот об этом нужно помнить всегда.

– Мир, Эль? – О, какими ласковыми могли иногда быть эти желтые глаза.

– А у нас была война?

– Надеюсь, что нет. – И улыбка эта его…я, конечно же, врала, когда недавно называла ее отвратительной. Да от нее можно было расплавиться в считанные секунды. – Но ты помни все же, что я пират, милая. Мне очень опасно объявлять войну. Брошенный вызов всегда заводит, он подстегивает меня к решительным действиям. Не боишься быть мной побежденной раз и навсегда?

Знал бы он, как близка я была в тот миг к поражению. Чуть не сказала ему, что вот она я, бери, пока не наделала новых глупостей с очередным побегом. Но меня спасли. Том попал в поле моего зрения. И этот мальчишка корчил рожи, сидя на капитанском мостике. И он подавал знаки, что я молодец, а еще как-то странно махал лапами. Вот над последним я и задумалась. А не заметить на моем лице морщинку от раздумий Эдвард никак не мог, так как смотрел на него пристально и с совсем близкого расстояния. Какое еще могло быть, если усадил к себе на колени и склонялся, чтобы поцеловать?