Клара Колибри – Один шаг до перемен (страница 23)

— Какой суп предпочитаешь? — я же больше демонстрировала интерес к кастрюлям и сковородам, чтобы хоть глазами с ним не встречаться.

Нет, готовность сварить нам вкусный обед не была вымыслом, настрой на это у меня был нешуточным, к тому же и закипающую свою энергию решила направить исключительно в том направлении.

— Как это, все равно? Я дала тебе возможность выбора… Ну, ладно, тогда положись на мое желание тебе угодить сегодня. Поверь, я постараюсь. Откуда такой порыв? А как же! Ты же мой спаситель. Где бы я сейчас была, если бы не ты, Дима?

И тут меня как оглушило. А правда, где бы я сейчас оказалась? Куда меня увез бы тот бугай? И что ему вообще от меня было надо? Это Ткачев мог думать про меня не весть, что, а я-то знала, что во всей своей жизни не совершала ничего такого, за что меня можно было так грубо хватать посреди бела дня, пихать до синяков на руках, спине и боках и швырять в машину, намереваясь похитить. Вот так, ни много, ни мало. Меня желали похитить. Бред? Да. Для меня. А кому-то это же понадобилось! Кому?! От этого вопроса, пронзившего мою голову, рука с поварешкой так и застыла в воздухе.

— Что случилось? — тут же вблизи возник Дмитрий и с тревожным ожиданием пояснения моего замирания стал сверлить взглядом. — О чем ты сейчас подумала, Ира?

— Вот, хоть тресни моя голова, не могу сообразить, кто все это затеял? Нет, ты можешь подозревать меня, в чем угодно, но я, правда, ни во что не встревала, никому не переходила дорогу, ни на что не претендовала, и, получается, мстить мне некому. Как и отобрать у меня нечего. Как и представлять собой какой-то грандиозный интерес, ни для кого не могу. Ты мне веришь? Что хмуришься снова? Скажи, хоть что-то.

— Что я могу? Мне тем более ничего не понятно. Скажу только, что мужик тот оказался крепок и к рукопашной привычен.

— Из бандитов, что ли? — округлила я на Дмитрия глаза.

— Не знаю точно, но возможно. Номер на машине я не успел толком рассмотреть, знаю только, что нашего региона. И их было двое. За рулем сидел подобный детина.

— Это я краем глаза тоже увидела.

— Кому-то ты, Ириша, очень понадобилась. Причем, этот некто никак не желает смириться с твоим сопротивлением. Это была уже, какая по счету попытка прибрать тебя к рукам? Вторая, третья?

— Так ты считаешь…и тогда в доме, и на дороге…все это творит один какой-то мой недруг?

В ответ он только пожал плечами, а потом приблизился, заметив мой ошарашенный вид, и, обхватив за плечи, прижал плотно к себе.

— Но у него ничего не получится, не бойся.

Но тут я услышала, как часто билось его сердце у меня под ухом. Именно этот звук напомнил мне, что дала себе слово, вот только совсем недавно, держать дистанцию от этого мужчины, а то, подобное успокоение могло, знамо дело, как для меня закончиться. И где была сейчас? Ведь снова прижималась к его груди!

— Ну, хорошо, — пошевелилась и высвободилась из объятий. — Тебе я доверяю, на тебя надеюсь. Но что нам делать дальше? Как думаешь? Продолжать ждать еще какое-то время? Что, что-то прояснится?

— А как иначе? Не обращаться же снова в полицию?

— Вот уж нет. Только не это. Представь, приедет тот же тип, что в прошлый раз. Но если и другой, тоже ничего четкого сказать ему не получится. Стану лепетать невнятно, и только. Какой-то мужик, на какой-то машине, вроде как, хотел куда-то увезти… И снова меня станут подозревать в хулиганстве, в лучшем случае.

— Так, значит, мы решили? Сидим здесь дальше, как в самовольном заточении, и ждем?

— Да, наверное, — мой вздох был глубок и тяжек.

Но дальше я постаралась переключиться снова на приготовление обеда. У меня получилось. И хоть и не вышло совсем отрешиться от пережитого и тревожных дум о будущем, суп, как и второе тоже, вышел на славу. Даже самой понравился. А уж Ткачев восхвалил мои кулинарные способности до небес. Подозревала, что еще хотел и отвлечь от тех раздумий, которые отразились складочкой на лбу. И я это оценила: мысленно сказала спасибо. Который раз за этот день? Нет, мое отношение к нему неизменно улучшалось, а к вечеру выражалось благодарными и теплыми взглядами на него. Но еще у меня возникло, все же, ощущение, что без этого мужчины рядом просто пропала бы.

— Не пора ли лечь спать? — решила закончить наши посиделки на открытой веранде, когда время перевалило за полночь. Зевнула и отставила в сторону бокал с недопитым вином. — Ты как на это смотришь? Или еще посидишь и понаблюдаешь за звездами?

— Я пока здесь останусь, а ты иди. Не трогай ничего — сам потом все уберу. Спокойной ночи.

Надо же, какой был спокойный. А мне все казалось, что непременно поднимет разговор об общей спальне. Получилось, что ошиблась? Странно. Его многочисленные взгляды на меня были красноречивы. А некоторые касания? Они же мне точно не мерещились. Выходило, что это я расфантазировалась, что ли? Или с его стороны была такая игра, чтобы заставить меня поплыть и самой предложить стать ближе друг другу? И что? Если так, то ему это почти удалось. Иначе, как объяснить мое томление в конце вечера и некоторое разочарование от бездействия мужчины в последние минуты общения?

— Вот и нет! — запретила себе так думать. — Просто я приготовилась дать очередной отпор его домогательствам, а он возьми и остановись. Вот, поэтому испытывала теперь некоторое разочарование. А вообще, о чем ты думаешь, легкомысленная?! Вокруг тебя столько всего непонятного, но очень пугающего, а ты… Черт знает, что!

И я решительно пошла к себе в комнату. А на пути был плохо освещенный коридор. Что-то с нервами не заладилось, определенно, так как проходила здесь ранее много раз и знала каждый квадратный метр, но сегодня поймала себя на мысли, что идти здесь было страшновато. А может, зря я отказалась от призыва мужских глаз быть к нему максимально близко? Но не возвращаться же было теперь с повинной?

— Чего мне сейчас бояться? Участок огорожен высокой стеной. Ворота на замке, дом Дмитрий закроет. В моей двери тоже есть ключ. Точно, надо закрыть за собой дверь. Балконную тоже. И окно, конечно же, нельзя оставлять открытым.

Я так и сделала. Но скоро стало душно. Не иначе, как привыкла каждую ночь распахивать окно настежь и дышать морским воздухом. Принялась ворочаться в постели с боку на бок. Не знала, сколько так промучилась, но в итоге поднялась и пошла приоткрывать оконную створку. Заодно выглянула и посмотрела, что там делал Ткачев. Он ушел с террасы и прохаживался по дорожке под окнами. Курил.

— Вот! На некоторое время можно оставить окно приоткрытым. В доме есть мужчина. Дмитрий — надежный защитник. Ему можно доверять.

От таких мыслей сделалось спокойно, и у меня получилось расслабиться. А через несколько минут, так вышло, что задремала. И сколько моя дрема длилась, не могла бы сказать, только вдруг очнулась от глухого сердцебиения.

— Что это было? — прижала руку к груди, ниже ключицы, чтобы унять рвущееся наружу сердце.

Не понимала, что меня разбудило, но волнение мое никак не хотело затухать. А тут глаза натолкнулись на отворенную створку. Надо было ее закрыть. За этим и поднялась. Выскользнула из-под одеяла и, крадучись, направилась к окну. Положила пальцы на ручку, приготовившись ее повернуть, но стало интересно, ушел ли Ткачев. Скорее всего, что да. Ночь явно была в разгаре. Это значило, что проспала я прилично.

— Какая тишина и покой, — констатировала очевидное. — И звезды сегодня яркие, как никогда, — наверное, пыталась такими словами себя приободрить и успокоить глупое сердце.

И мне это уже начало удаваться. Только глаза мои вдруг обратились к зарослям азалии. Так, слегка по ним мазанули. Но тут же вернулись к ним и впились, выискивая то, что меня определенно, только что насторожило. Садовый фонарь в том месте был довольно ярок, и он отбросил тень растений на каменную с мозаикой стену, что примыкала к бассейну. Декоративная и средняя по размеру стена. Ничего особенного. Но сейчас на ней четко можно было различить помимо тени от вервей и листьев и силуэт прячущегося человека.

— Снова, мужик! — зажала я себе рот ладонью. — Господи! Что делать?!

И мысли еще не успели сложиться во что-то конкретное, а я уже неслась в комнату Ткачева. Подлетела к его двери в одно мгновение и дернула ручку. Было открыто — это большая удача. Дальше уже теребила его за плечо.

— Что?! — вскинулся он так резко, что я чуть не села на пол от неожиданности. — Ира?

— Дима! Он здесь! — принялась я трясти его за оказавшееся снова рядом мужское плечо.

— Кто? — по всему, ему никак не удавалось проснуться. Вот и мотал головой из стороны в сторону.

— Не знаю. Мужик! Может, и тот, с площади. Я видела его тень. Крупная!

— Стой! Успокойся, — он откинул край одеяла и потянулся к стулу, на котором висели его джинсы. Но я его опередила. Метнулась в туда и подала ему штаны.

— Как же…как быть спокойной?! Враг в доме! Почти. Но уже перебрался через ограду. Ты точно запер все двери и окна на первом этаже? Там…была тень…у бассейна, и это так близко от нас!

— Тебе могло показаться, — сказал твердо, так как уже стряхнул с себя сон полностью. — Ты со мной?

— Нет! — мне было страшно выходить из этой комнаты. Но потом представила, что осталась бы в ней одна. Это тоже мне было не по силам. — Да! Я с тобой! А у тебя здесь нет никакого оружия?