Клара Колибри – Его любимая эгоистка (страница 12)

-- Вот и отлично! – вмешалась тут в разговор Мартиника. – А мы с Лави сговорились поехать в кафе. Правда, здорово? Вилли, пригласи же герцога с нами!

-- А и правда! Ланс, ты сказал, что хотел переговорить…

-- Но я вспомнил, что имею ряд неотложных дел.

--  Да здесь ехать два шага! – засуетилась Марти, а потом трогательно надула губки. – Вы обязательно должны составить нам компанию. Вилли!..

-- Да, друг? Дела, дела! Порой мы слишком зацикливаемся на них, -- граф решительно был настроен угодить жене, а потому помимо уверенного тона применил еще жесткую хватку, взяв друга за локоть. – Кофейня действительно совсем рядом, а дамам необходимо сопровождение. И что такое полчаса? Кстати, там с тобой и поговорим…

Лавиния посматривала на происходящее с деланным безразличием. Почему с деланным? Да ее на части рвали противоречивые чувства. С одной стороны, хотелось, чтобы Канди отказался. Это какое-то внутреннее чутье сигналило, что находиться рядом с этим типом для нее опасно. Но разве судьба не подкидывала шанс узнать о герцоге хоть что-то? Подкидывала. Так что же было его упускать? Она же решила помочь Генриетте счастливо выйти замуж? А сестра отдала свое сердце другому, определенно, более достойному ее джентльмену, хоть и не имеющему высокий титул и огромного счета в банке. Кстати! О чем мужчины собрались говорить? Может, если подслушать, сведения могли пролить свет на сущность герцога?

-- Кафе не то место, где можно говорить о делах, -- герцог теперь немного нахмурился, заметив, с какой настойчивостью граф Биарти приглашал его сесть в экипаж.

-- Согласен. Но разве у тебя имеются серьезные проблемы? Настолько, что для разговора подойдет только кабинет и наглухо закрытые двери?

-- Считаешь, что это может быть похоже на меня? – хмыкнул Ланц, а Лавинию чуть ни перекосило от того, какая улыбка тронула губы этого мужчины.

Вот же самоуверенный тип! Девушка посматривала на герцога именно с таким настроем, оттого и щурилась вовсе не от солнца, а… да, он ее всем своим видом раздражал. И говорил-то таким тоном, будто наперед знал все и про всех. Несносный!

-- Да кто же не знает, что в финансовых делах тебе нет равных? Только не я. Но работать постоянно нельзя – вредно для здоровья. А потому, зачем упираешься и не даешь себя уговорить на маленькое приятное развлечение?

-- Как ты сказал? Развлечение? Маленькое?..

И Лавиния заметила, как метнулся взгляд Ланса Канди. Это он на нее так нахально смотрел?! Негодяй буквально смерил оценивающим взглядом. А что за интонации позволил себе? И особенно ей не понравилось, как произнес слово «развлечение». А его искривленные губы, не указывали ли на сомнение хозяина? Ну, погоди же! Что он там говорил графу? Что у него не было и не могло быть по жизни никаких проблем? О! Как бы, не так! А если действительно не было, так будут!

-- Да. Заедем в кафе, раз дамам этого хочется, насладимся их обществом, а заодно ты расскажешь мне то, что собирался.

Однако Лавинии показалось странным, что герцог все же дал себя уговорить. До последнего уверена была, что откажется. Он же имел такой решительно настрой уйти, сославшись на дела, а теперь, смотрите-ка, с невозмутимым выражением лица уселся напротив нее в экипаже, но как бы и в упор не видел. Истукан! Замер, точно глыба, и только трость сжимал в руке. Хм, странная рука. Вроде бы и ухоженная, еще пальцы такие длинные, но в то же время… натруженная? А впрочем, о чем это она думала? Герцог же повстречался ей в парке, он совершал конную прогулку. Наверняка, увлекается верховой ездой, отсюда и руки такие. Погодите… конные прогулки… не ниточка ли это к возможным тайнам герцога? Ей надо было это соображение запомнить и попробовать выжать из него пользу.

-- Приехали. Прошу. Вашу руку?

Так получилось, что граф помог выйти из экипажа Лавинии, а герцог – его жене. Но вот Мартиника благополучно ступила на брусчатку, и он сразу же убрал свой локоть, на которой предложил ей опереться.

-- Ах, здесь подают такие вкусные пирожные, -- запричитала молодая графиня. – Вилли, я хочу шоколад и еще клубнику со сливками. И давайте сядем не в помещении, а на открытой террасе…

-- А вам, Лавиния, что заказать?

А вот Уильям Биарти был сама галантность. Он и поддерживать леди продолжил, и дверь дамам распахнул. Дужка! Повезло Марти с мужем. Не то, что… о, герцог тоже соизволил вспомнить о правилах поведения в обществе с леди. Подумать только, снизошел до отодвигания стула для Лави. Вот только она нисколько не была этим тронута…

-- Наконец-то заказ сделан, -- сказал он, как только от них отошел официант.

-- Как вижу, тебе не терпится поговорить о делах, -- хмыкнул Уильям. – Но мы же тогда быстро надоедим нашим дамам…

-- Так пусть они остаются за этим столиком и потолкуют на свои… женские темы, а мы…

Вот же нестерпимый тип, он с такой интонацией произнес «женские», будто синонимом слову было «пустое, никчемное». А потом и вовсе совершил недостойный поступок, а именно: предложил пересесть им с графом за соседний столик. И что с того, что тот был свободен? Ах, только вот ни к чему было говорить, что заботился о них с Марти! Просто ему в тягость было женское общество. Лави именно так поняла герцога. И зачем тогда надумал жениться? Чтобы жена его постоянно раздражала? Нет, здесь было что-то не так. Этот Ланс Канди вызывал у девушки стойкое недоверие ко всему, включая взгляды, поступки… Вот и сейчас, покосился в ее сторону недобро и открыл перед Уильямом папку с какими-то документами. Он что, подозревал ее в чем-то? Вот же! Да она сама невинность… с утра была, а он…

-- Ты знаешь, Лави, я про герцога недавно одну сплетню слышала, -- отвлек девушку от негодования на одного господина, сидящего за соседним столом, таинственный шепот подруги. – Говорят…

-- Что, что? – чуть склонила она рыжую головку в ту сторону, где сидела Мартиника, чтобы лучше расслышать ее приглушенные откровения. – Я вся внимание!..

-- Мне знающие люди сказали. Ты не подумай, я просто пересказываю…

-- Ближе к делу, Марти! – затаила Лави дыхание и придвинулась к подруге еще.

Вот оно. Компромат! Он сам ее нашел. Кто бы знал, что источником сведений станет именно Мартиника! Но она предчувствовала, нет, точно знала, что что-то да раздобудет сегодня на герцога…

-- Стало известно, что Ланц Канди имел связь с одной очень легкомысленной вдовушкой…

-- И имя ее знаешь? – от напряжения даже чуть прикусила губу.

-- Разумеется!.. Но речь о другом, -- хихикнула подруга. – С виду такой серьезный мужчина, а на деле… оказался шалун!

-- То есть?

-- Ах! Даже и не знаю… говорить ли? Ты еще такая неискушенная…

-- Ты снова закатываешь глаза, намекая на свой медовый месяц? – нахмурилась Лави. – Ладно. Рассказывай. И не думай, что сможешь меня шокировать. Я недавно такой любопытный роман прочитала…

-- Откуда?! Неужели твою Матильду интересует что-то помимо трудов господина Решке?

-- Сестра? А при чем тут она? И да, Мати последнее время изучает не прогрессивные идеи физиков, а она перешла на приключения. Зачитывается романами про странствующих рыцарей.

-- Смотри-ка! Так дело и до любовных романов дойдет!

-- Кто его знает?.. Но я в другом месте книгу легкого жанра раздобыла. Не спрашивай, где – все равно не расскажу.

-- Даже мне?

-- А зачем тебе? Ты же у нас теперь многоопытная женщина!..

-- И не говори! Я так много теперь могу тебе поведать о мужчинах!..

-- Ты что-то хотела рассказать про Канди, не так ли?

-- Ах, да!

И через пятнадцать минут общения голова к голове, обе эти особы откинулись к спинкам своих стульев с одинаковым возгласом, сорвавшимся с их уст:

-- Ах! Надо же, каков!

А тут им и заказ принесли. Мартиника тогда уже принялась с совершенно удовлетворенным выражением лица ложечкой отламывать кусочки от пирожного, а Лавиния яростно мешала в бокале горячий шоколад, поблескивая глазами в сторону герцога, увлеченно беседовавшего с графом, склонившимся над его бумагами.

-- Каков! – так и сверлила его взглядом. – По всему и жениться надумал в угоду дяде императору! Бедна Генриетта! Сестричка, я не позволю этому… ловеласу позорить тебя и терзать сердечко!

И только она так подумала, как налетевший порыв ветра поднял со стола мужчин несколько листов с какими-то столбцами цифр и раскидал вокруг.

-- Вот тебе! – подумала мстительно рыженькая и только поджала губы.

А потом, так вышло, один из листов бумаги кружил-кружил да и опустился подле ее юбки. Нагнулась, подняла, повторяя движения и Уильяма, и Мартиники, но не положила его снова с топку, а неуловимым движением сунула себе в ридикюль.

-- Я сейчас. Мне надо в дамскую комнату, -- обронила подруге и поспешила удалиться.

Нужное помещение отыскалось сразу же. А там, втиснувшись в персональную кабинку, принялась крутить-вертеть и рассматривать свою добычу.

-- Боже мой! Что же это такое? – сколько ни смотрела на цифры, не могла понять, что они значили. – Тарабарщина! Но герцог весь в лице переменился, когда ветерок нахулиганил с его бумагами. А значит!.. Говорите, не знали проблем, Ланц Канди? Кхе! Так узнаете! Клянусь создателем, вы не получите моей сестры! А вот неприятности… вам, скорее всего, гарантированы! – и она с мстительным выражением на лице и большим удовольствием в душе порвала на мелкие кусочки ту бумагу. И не просто, а еще и избавилась от ее клочков, потянув за веревочку слива. – Дело сделано, будем ждать результатов!