Китти Френч – Мелоди Биттерсвит и агентство охотниц на призраков (ЛП) (страница 17)

— Проблема в стилисте? — предположила я, пытаясь понять, почему он одет так, хотя не собирается ездить на лошади.

— Гок Ван не одобрил бы, — сказал Арти и напихал в рот канноли. Я хотела узнать, откуда он знает о Гок Ване, но меня отвлек канноли с моим именем на нем. Не знаю, как Нонна это делала, но канноли были высоко в моем списке райской еды. Почти весь список был из блюд Нонны, честно говоря, и канноли были в топ три.

— Она обмакнула канноли в шоколад для тебя, — сказала Марина, глядя на меня, а я прикрыла глаза и откусила.

— Можно жить с тобой? — пробормотала я, наслаждаясь хрустящей оболочкой с корицей и кремовой сладкой начинкой. Там были кусочки апельсина, а шоколад делал вкус божественным.

— Ты почти и живешь, помнишь?

Мы с Мариной провели младшие годы в домах друг друга, и я была рада, что занята канноли в шоколаде, иначе ударила бы кулаком по экрану, где распинался Лео о своих потрясающих находках в доме.

— Заходи уже, — Марина бросила точилку для карандашей в экран, и она попала по носу Лео. — О, а это мне нравится. Так можно бросать в надежде, что выколешь Лео Дарку глаз.

— Спокойно, — возмутилась я, она пожала плечами, не извиняясь, и мы смотрели, как Лео идет по коридору дома Скарборо в ту комнату, где мы сидели пару дней назад.

— Как видите, — шептал Лео в микрофон, словно он был Дэвидом Эттенборо, подходившим к редкой колонии бабуинов. Для эффекта камера подрагивала, освещение было плохим, но я-то знала, что гостиная была полна естественного света из окон.

— Вы помните, чтобы там были доспехи? — нахмурился Арти.

— Я не обратила внимания, — прошептала я, слушая, как Лео рассказывает историю, которую мы узнали за пять минут исследования.

— Он пытается скрыть, что ничего не знает, — сказала Марина, предложив мне второй канноли. Я хотела взять его, но Арти склонился к экрану, щурясь.

— Доспехи двигались. Я уверен.

Мы смотрели на них, и рука точно медленно поднялась, это было заметно. Доспехи были за спиной Лео, он их не видел, но оператор точно заметил, ведь камера задрожала сильнее, и я, казалось, слышала его тяжелое дыхание.

Лео говорил об Исааке Скарборо, но карие глаза отвлеченно скользили по комнате, пока он не заметил испуганное лицо оператора.

— Что за… — я подняла и подошла ближе к экрану.

— Подделка для рейтингов, — сказала Марина. — Это даже я знаю.

Я не была так уверена.

— Думаешь? Тогда он не выглядит наигранно, да?

Вдруг на экране началась суета, доспехи рухнули на пол, и камера выпала из руки оператора, и картинка быстро сменилась Риланом из утренней передачи.

Мы переглянулись, раскрыв рты, и я жалела, что у нас нельзя было отмотать передачу, ведь камера крутилась в тот миг быстро, хотя мне показалось, что я заметила розовую ткань и светлые пряди. Я в панике открыла выдвижной ящик, чтобы проверить, на месте ли ключ от задней двери Скарборо. Ох, что творится.

* * *

Я остановила с шумом Булочку двадцать минут спустя у Бримсдейл роуд, обнаружила пантомиму в саду дома Скарборо, Лео скакал, как пират, а бабушка курила в лиловом кимоно, розовых леггинсах и пушистых тапочках с котятами.

Вопли Лео доносились до нас, пока мы вылезали из машины.

— Посмешище… выставить дураком… дискредитировать… должно быть стыдно…

Он расхаживал по запущенному лугу, как разочарованный отец, а она потягивала эбонитовую трубку и смотрела в сторону, как заскучавший подросток. Она редко курила, только когда хотела создать драматический эффект, и только «Голуаз». Наверное, одной пачки ей хватало лет на двадцать.

Лео поднял голову и заметил нас, когда я открыла калитку. Он прошел к нам, выпятив грудь, как павлин, белая рубашка выбилась из узких брюк и развевалась на ветру. Он словно вышел из костюмированного сериала, а не утренней передачи.

— Это ты ее привлекла?

Я поймала на миг взгляд бабушки. Верность семье должна была заставить меня врать, чтобы прикрыть ее костлявый зад, но это было бы профессиональным самоубийством, хотя в первую неделю я еще могла так сделать. Бабушка спасла меня от решения, прикрывать ее спину или свою, шагнув вперед и помахав властно трубкой.

— Я — одинокий волк, — прорычала она. — И танцую под свою мелодию.

Мы уставились на нее, Марина помахала ей из-за ограды.

— Круто, Дайси.

— Твоя бабушка шикарна, — прошептал Арти рядом со мной, восхищенный первой встречей с ней, как бывало со многими. Даже в своем возрасте она источала чары, и мужчины падали в ее украшенные руки, хотя на Лео сейчас это не действовало.

— О чем ты думала? — спросила я бабушку, ведь никак не могла объяснить ее поведение.

— Просто помогала, милая, — ответила она, словно верила, что так и было.

— Бабушка… как? Как эти доспехи по телевизору могли помочь кому-то, еще и мне?

Она посмотрела на меня, как на сельскую дурочку.

— Он говорил не приходить тебе, и ты не пришла.

— Нет, но я и не просила тебя приходить.

На ее лице отразилось «вот ты о чем».

— Да. Это не твоя вина. Ты не виновата, что твой противник выглядит некомпетентно. А ты можешь все исправить. Ты герой, Мелоди. И заслуживаешь свое шоу.

Она сказала последние слова громко, и я думала, что она ждет, что работники ТВ оттолкнул Лео и тут же возьмут меня. Но они этого, ясно же, не сделали. Они оттирали яйца с лиц и спешно прятали оборудование в багажники.

Я посмотрела на Лео, зная, что бабушка только что сбросила меня с вершины. И я словно ударилась лицом о землю, набрав ее полный рот.

— Лео, мне жаль. Я не знала, что она планирует опозорить тебя в прямом эфире.

Он уставился на меня, и я не была уверена, но он будто зашипел. Не знаю, нарочно ли, я надеялась, что нет. Меня растрогало, что Арти шагнул ко мне, решив помочь. Лео осмотрел его, а потом взглянул на меня.

— Зависть — плохое чувство, — сказал он, явно не веря мне. — И я думал, что ты лучше.

Ага, теперь он хотел воззвать к моей совести. Я не была удивлена.

— Я не думал, что ты опустишься так низко, до использования старушек. Она могла сломать хрупкие косточки, так упав.

У меня заканчивалось терпение, ведь он должен был знать меня и поверить.

— О, не надо. Я занимаюсь йогой, — бабушка закатила глаза. — Хотелось бы увидеть тебя раненым павлином, юноша.

Мы удивленно уставились на нее.

— Что? Это поза в йоге. Я показала бы, но не в той одежде, — она затянулась сигаретой и махнула рукой на кимоно.

Я чувствовала, что Марина беззвучно смеется рядом со мной, и я бы тоже отвернулась и засмеялась, но сейчас было важно дать Лео понять, что я не собиралась подставить его. О, я хотела победить, но одолеть его честно, ведь я была лучше, а не вот так. Это первое дело агентства, и я надеялась, что их будет еще много. Нам нужно победить. Мне нужно, ведь мне двадцать семь, и жизни пора меняться.

— Улыбнетесь на камеру, ребята?

О, только не это. Словно еще было куда падать, Флетчер Ганн появился у дома.

Глава девятая:

— А история продолжается?

Он прислонился к калитке и был явно сильнее удивлен происходящим, чем я, и рад был видеть Флетча только Лео. Они никогда не ладили, были противоположностями во многом, если подумать. Лео был близок к вершине в списке Флетча «опозорить до смерти», сразу после семьи Биттерсвит, представителей двух поколений которой он поймал на газоне дома Скарборо в многообещающем положении. Он явно радовался, как на дне рождения.

Бабушка изящно выпустила облачко дыма в его камеру, когда он направил объектив на нее, и он покачал головой.

— Как всегда радость, Парадайз.

Она нахмурилась из-за своего полного имени, его использовали так редко, что это звучало оскорбительно, что он, конечно, и хотел сделать.

— Ничего интереснее, чем висеть на моем хвосте не придумал, Ганн? — Лео уставился на Флетча.

— На смокинге, — пробормотала Марина рядом со мной. Арти был с другой стороны от меня, смотрел на меня большими глазами.

Флетч осмотрел одежду Лео, вскинув брови.

— Кого сегодня изображаешь, Дарк? Дешевую версию мистера Дарси?