Кит Рекер – Язык цвета. Все о его символике, психологии и истории (страница 15)
Даже когда пять лет спустя король завел других любовниц, маркиза прекрасно справлялась с хитросплетениями придворной жизни, оставаясь близкой к правителю и будучи на хорошем счету у угрюмой жены Людовика, королевы Марии, и их детей. Она и ее брат, названный маркизом де Мариньи, работали вместе с монархом над строительством нынешней площади Согласия в Париже, а также изысканно украшенных дворцов в Компьене и Бельвю, Малого Трианона в Версале и многих других архитектурных объектов.
Жанна-Антуанетта также сыграла важную роль в создании французской фарфоровой промышленности, активно покровительствуя тому, что впоследствии стало Севрской фарфоровой мануфактурой. Чтобы развлечь короля и привлечь внимание к художественным и финансовым перспективам этого направления, тогда еще нового для Европы, она, как говорят, устроила роскошную выставку фарфоровых цветов в теплице. Удивление и восхищение монарха выразились в значительном покровительстве ремеслу и, в конечном счете, в том, что мануфактура перешла в королевское владение. В 1757 году компания назвала насыщенную розовую эмалевую краску «розовый Помпадур», и маркиза заказала несколько изысканных изделий в дерзком тоне рококо. Хотя полный обеденный сервиз, представленный через несколько лет после ее смерти, назывался так же, большинство фарфоровых изделий, которыми пользовались мадам де Помпадур и Людовик XV, на самом деле были окрашены в роскошные тона лазурита и изумрудно-зеленого.
Однако Жанна-Антуанетта культивировала роль розового в портретах. Буше был ее любимцем, и на его картинах она изображена цветущей, молодой и здоровой девушкой – очаровательной и любящей веселье. Для широкой общественности маркиза существовала только для того, чтобы радовать короля. Создавая свой публичный образ, она в основном избегала красных и синих цветов, вызывающих царственные ассоциации, способные, скорее всего, поставить ее в условия конкуренции с членами монаршей семьи.
Вопреки распространенному мнению, мадам де Помпадур не была неравнодушна к фарфору, покрытому розовой эмалью. Хотя цвет был назван в ее честь еще при жизни, она и Людовик XV, как правило, заказывали лазуритовые и изумрудные сервизы.
Однако в частной жизни она делала все возможное, чтобы помочь застенчивому и порой неловкому королю плыть по неспокойным геополитическим водам. Англия, могущественный соперник, активно действовала в Северной Америке. Доставляли беспокойство протестантские немецкие княжества. На востоке угрожал Фридрих Великий. Министры и генералы того времени, привыкшие к миру, где власть Франции была более надежной, не смогли оценить ситуацию должным образом. Когда англичане усилили контроль над Канадой, а французские армии на востоке потерпели поражение от русских, репутация Помпадур при дворе сильно пострадала. Историки XIX века, критиковавшие последних монархов из династии Бурбонов, развивали свой нарратив о слабом и неразумном режиме, в центре которого находилась маркиза и ряд ее неудачных решений. Впрочем, вины хватит для нескольких пар плеч – причем мужских. Большинство из них не чуждались розовых жилетов, камзолов или кюлотов, но розовый цвет и Помпадур стали олицетворять эксцентричный, безумный декаданс.
В свое время, однако, Жанна-Антуанетта вызывала большое восхищение. Она умерла в 1764 году, проведя 19 из своих 43 лет в качестве официальной любовницы Людовика XV. Маркиза стала единственной куртизанкой, которой было позволено скончаться в Версале, и ее оплакивали сам король и его двор, а также давние поклонники, такие как Вольтер.
Милашка в розовом
В XVIII веке розовый не ассоциировался с конкретным гендером. В большинстве стран Европы мужчина, заинтересованный в том, чтобы продемонстрировать свое богатство и влияние с помощью одежды, с такой же вероятностью, как и женщина, мог надеть привлекательный розовый ансамбль. В начале XX века, когда в романе[96] Фрэнсиса Скотта Фицджеральда Джей Гэтсби надевает розовый костюм, соперник героя – Том Бьюкенен – ставит под сомнение не его мужественность, а скорее авторитет как интеллектуала[97]. Проведенный в 1927 году журналом
Что же произошло? Чрезвычайное положение во время Второй мировой войны привело к тому, что беспрецедентное количество женщин заняли рабочие места, перестав быть домохозяйками. К 1944 году они составляли в США 37 % рабочей силы, а «Клепальщица Роузи»[99] стала символом решительности. Хотя их вклад был важен и для экономики, и для военного дела, женщины получали чуть больше половины зарплаты коллег-мужчин[100]. Когда после демобилизации американских войск на родину вернулись более семи миллионов солдат[101], они были вынуждены освободить места на фабриках и в офисах.
Розовый цвет был призван смягчить этот переход, заново установить традиционные гендерные роли и заинтересовать женщин в том, чтобы отказаться от бережливости военного времени. Розовый жакет на иллюстрации Кристиана Берара, выполненной в 1947-м для коллекции Corolle от Dior, – предвестник того, как должна была выглядеть послевоенная женственность. Спецодежда и практичные, удобные комбинезоны сдержанных цветов стали уступать место узким талиям, объемным плиссированным юбкам и нежным цветам лепестков роз и слоновой кости – все это отголоски довоенной моды. Блестящее, подчеркнуто женственное, розовое вечернее платье Мейми Эйзенхауэр[102] на инаугурационном балу 1953 года продолжило эту тенденцию. В том же году облегающее платье Мэрилин Монро насыщенного цвета фуксии продемонстрировало более агрессивную чувственность в фильме «Джентльмены предпочитают блондинок»[103]. Розовый стал популярным оттенком при выборе одежды среди женщин всех возрастов.
Новый образ от Кристиана Диора возродил моду в эпоху после Второй мировой войны. Иллюстратор Кристиан Берар изобразил сочетание мягкости и структурности, свойственное творениям дизайнера.
Успех порождает успех, и вскоре он захватил основные категории потребительских товаров. Передовые кухонные приборы, такие как плита
Возможно, буря розового цвета была слишком сильной, что позволило героине Кей Томпсон, редактору модного журнала Мэгги Прескотт, высмеять его вездесущность в картине 1957 года «Забавная мордашка». «Изгоните черный, сожгите синий и похороните бежевый», – увещевает она в сатирической песне Think Pink! «Думай о розовом!». Все оттенки радуги выброшены на обочину, кроме розового – главного цвета того времени: «Синий – посредственный, зеленый – непристойный, коричневый – табу, и нет ни малейшего оправдания для сливового или пурпурного. Или шартреза». Началась обратная реакция: розовый воспринимался как слишком цветочный и слишком навязчивый.
Дом мечты Барби впервые появился в 1962 году, всего через три года после того, как компания Mattel представила коллекцию кукол, ставшую самой продаваемой в мире. Сочетание розовых оттенков, казалось, подтверждает слова писательницы и феминистки Бетти Фридан[106], назвавшей жизнь домохозяйки «детской»[107]. Хотя розовый цвет не исчез полностью, он в основном вышел из моды в шестидесятые и семидесятые годы. Более распространенными стали гендерно-нейтральные цвета, поскольку многие общества пересматривали роль женщин и пытались изменить и другие социальные нормы.
Розовые треугольники