Кирилл Шарапов – Ветер гонит пепел (страница 56)

Виктор, обрадованный окончанием грабежа, принес со склада целую сотню обычных стальных патронов, половина из которых оказалась даже рунными, разрывными.

— Сумка в подарок, — заявил он, укладывая внутрь все, что не сумел сохранить. Он проводил гостей до двери и, похоже, был счастлив, что отделался малой кровью.

Натали стояла, прислонившись спиной к стене, ожидая своих подопечных. Стоило покинуть оружейку, как она тут же затараторила:

— Поступило сообщение от верховной. Ваш спутник Павел готов говорить, без вас отказывается. Велено вас проводить в больницу. Госпожа уже дважды вас спрашивала.

— Если спрашивала, давай сходим, — согласился Игнат. — Вперед.

Натали развернулась и устремилась к телепорту. Пять минут — и вот уже знакомая палата. Правда, возникли новые лица: на одной из коек сидела озабоченная Тамара, Арина стояла и подпирала плечом стену, Урсула и Глана сидели на стульях рядом с кроватью, на которой лежало тело Павла. О своей безопасности ведьмы позаботились: на всякий случай его притянули к ложу заклятием.

— Хорошо выглядишь, Павел, — разглядывая подлеченного одержимого, заметила Кира, вошедшая следом.

— А может, по истинному имени? — с мольбой попросил ифрит.

— Нет, Фарат. Если ты собрался влиться в общество, то пользуйся принятыми в нем именами, — заметил Игнат, садясь на один из свободных стульев. — Теперь ты Павел. Правда, фамилии я его вспомнить не смогу.

— Арсеньев была его фамилия, — сообщил Фарат. — Ну Павел так Павел.

— Может, приступим к допросу? — вклинилась в беседу Урсула.

— К беседе, — поправил Игнат. — И вообще, сделайте доброе дело, уберите сковывающее заклятие, он свободный человек.

Ведьма зыркнула на него исподлобья, но промолчала. Тетка была неприятная, обладающая холодной хищной красотой, высокая, с лицом, на котором застыло презрение ко всем, за исключением, наверное, Гланы. На нее вдова смотрела с подобострастием.

— Сними, — распорядилась верховная.

Урсула нехотя буркнула заклинание и махнула рукой.

— О, так лучше, — обрадовался Павел и сел, — а то все затекло и спина чешется, помыться бы.

— Успеешь, — отказала Глана, — сначала информация.

— Сначала гарантия, — неожиданно вклинилась Арина, — давайте, госпожа, пора клясться.

Владычица Северска бросила на Арину злой взгляд, но вновь промолчала.

— Какой полезный у тебя шарик, — шепнул Демидов Кире. — Прямо золотая женщина стала.

Кира на это только улыбнулась.

Глана процедила слова клятвы, и Арина заклинанием подтвердила ее.

— Теперь можно начинать? — нетерпеливо спросила Урсула.

— Спрашивайте, — разрешил Фарат.

— Каковы планы одержимых на вольные земли? — задала вопрос вдова.

Игнат на это лишь хмыкнул и закатил глаза, к счастью, этого никто не заметил.

— Нет никаких планов, людей тут больше не будет. Вообще можете не задавать вопросы о планах, на людей — истребление, единственный план.

Дальше посыпались дежурные вопросы — что, где, когда. Фарат подробно отвечал. Игнат прислушивался, прикидывая дальнейший маршрут. Сейчас нелюди громили княжества, помимо Югорска пал Ореж, князь погиб, из города никто не вышел, за исключением одержимых. Гвардия и магички сутки удерживали княжеский терем, а потом погибли. Город сожжен. При этом ифрит активно скидывал всем желающим мыслеобразы, которые позаимствовал у поглощенного духа. Радостного там было мало. Гильдия стянула все силы в Белогорск, падение Златограда сильно ослабило магическую мощь княжеств, стены Орежа, недостаточно зачарованные, были буквально сметены первой же атакой, а потом в город хлынули нелюди. Лесовики, шестилапы, лешие, ядовитые жабы и поднятая нежить, которая вообще пуль не боялась. Она принимала выстрел в грудь, а потом толпа наваливалась и рвала стрелка в куски. Причем попадались и совершенно незнакомые: чего стоил трехметровый монстр с серой кожей, огромными ручищами, который, задев плечом бревенчатый дом, развалил его. Потом шли одержимые — их было много, несколько тысяч, они ловили людей, тех, кого не сожрали твари, и, связав, сгоняли на центральную площадь. Последним полученным мыслеобразом был сгоревший дотла город, только угли и пепел.

— Никто не спасся? — спросила Кира, и голос ее звучал подавленно.

— Один отряд дружинников при нескольких магичках, — ответил Павел. — Человек сорок на трех грузовиках при поддержке бронемобилей. Они смели тварей в воротах шквалом огня из всех стволов в упор, магички ударили «инферно» по накатывающей волне нелюдей и прошли сквозь пламя. Грузовой мобиль и десять человек сгорели, но остальные ушли.

— «Ветер гонит пепел», — неожиданно произнес Игнат вслух, вспомнив название книги, которую прочел прошлой зимой. Автора он не запомнил, она была о тотальной войне в княжествах, когда магички разгулялись и осталось одно пепелище.

Все вздрогнули и повернулись к нему.

— Что? — переспросила Глана — возможно, решила, что послышалось.

— Ничего, — поднимаясь, ответил Игнат и рефлекторно потер лицо. — Ветер гонит пепел, ничего не останется, только выжженная земля. Вставай, Паша, пора идти, приведешь себя в порядок — и поедем, нам нужно торопиться. Глана, вы обещали одежду нашему спутнику и артефакт.

— Обещала — выдам, — ответила верховная ведьма.

Игнат кивнул и вышел. После увиденного он понял: еще немного — и ничего не останется.

Глава 14

Пепел наших домов

Тара стояла на портальной площадке и готовилась к открытию очередного портала на пять тысяч километров. Древняя ведьма, скрывающая обезображенное лицо под глухим белым капюшоном, неодобрительно косилась в сторону Игната и остальных. Она не одобряла происходящего, но поделать с решением верховной ничего не могла. Та же не объяснялась, просто поставила всех перед фактом. На проводы она не явилась.

— Как вам это удалось? — не выдержав, поинтересовалась портальница, подойдя к Кире. — Я Глану знаю почти сотню лет, у нее внутри стержень из чистого железа. Не помню ни одного случая, чтобы она изменила свое мнение, даже в незначительном вопросе, а тут — судьбоносное решение.

— Я отличная переговорщица, — дурачась, ответила магичка. — Я предложила ей то, от чего она не могла отказаться.

Тара некоторое время молча смотрела на магичку, ожидая продолжения, но, не получив пояснений, все же вернулась на свое место и занялась порталом.

— Готов? — запрыгивая в мобиль на свое привычное место рядом с Игнатом, спросила его Басаргина.

— Всегда готов, — отозвался Игнат, и желудок сжался в предчувствии неприятных ощущений: долгие порталы Тары были к нему особенно безжалостны. Егерь четко знал: основные неприятные ощущения ждут его впереди.

Ярко вспыхнули руны, выбитые в камне портальной площадки, закрутилась темно-синяя воронка, дорога вела их обратно в княжества, именно в ту сторону, отсчитывая девять тысяч километров, указывал артефакт. Больше их никто не пришел провожать — ни Тамара, ни Мила. Скорее всего, им больше никогда не вернуться в вольные земли, впереди только кровь, много крови. Как сказал Фарат, который потихоньку привыкал к новому имени Павел: «Крови будет столько, что она омоет наши сапоги».

— Кира, — позвала Тара, подняв руки, словно удерживала сам портал. — Глана сказала, что ты должна что-то сделать перед тем, как уйдете.

— Как только пройдем портал. Я не хочу, чтобы нас совершенно случайно размазало тонким слоем на пять тысяч километров.

Тара не знала, в чем дело, но верховная ведьма сказала, что именно такой ответ она получит.

— Прощайте! — крикнула она.

Игнат в ответ лишь махнул рукой, и «Голем» медленно въехал в воронку, унося пассажиров туда, где идет война и льется кровь. Желудок егеря рванулся вверх, но пока ему удавалось удерживать съеденный завтрак.

Мобиль выехал из портала в самом центре каменного круга с совершенно зеленым Игнатом за рулем. На этот раз егерь умудрился удержать все в себе, но крутило его жестко, зрение подводило, все расплывалось, и не было у него ифрита, который мог бы скоро привести его в чувство. Найдя в себе силы, он остановил «Голема» и уткнулся головой в руки, лежащие на руле, мир вокруг ходил ходуном. Потом все же оторвал голову и, сосредоточившись, как учил накануне Фарат, сам себе приказал: «Головокружение отступает, я совершенно здоров». Раньше он искал внутри себя Фарата, а теперь он искал умения, которые остались в нем от ифрита. Не прошло и минуты, как взгляд прояснился, только вот настроение лучше от этого не стало. В «Големе» он был один, остальные уже находились рядом с мобилем. Кира выставила слегка мерцающий щит, прикрывая Демидова, Павел стоял на колене, держа в руках его старую двенадцатую «Ярку», Арина создала что-то боевое, но не закончила, держа его в сыром виде, секунда — и оно уйдет в цель.

Игнат посмотрел по сторонам и понял: тут случилась беда. В ноздри лез запах гари, к нему примешивался тяжелый запах крови. Снег, который выпал, похоже, недавно, стал черным, то там, то здесь попадались на глаза останки. Назвать телами то, что он видел, язык не поворачивался: нелюди основательно поработали.

Демидов взял свою новую винтовку и выбрался наружу, слабость еще была, но потихоньку сходила на нет. Каким-то образом он смог настроить свой организм и направить регенерацию, дарованную ему природой, в нужное русло.

— Да, комитета по встрече явно не будет, — заметил Павел своим хриплым голосом.