Кирилл Рябов – Пьянеть (страница 3)

– Конец связи, – торопливо ответил Гриша.

Конечно, я не мог оставить парня у себя. А где он живет, не знал. Поэтому вывел во двор и с тяжелым сердцем привязал к дереву.

– Иу-иу-иу! – попрощался Павлик.

– Будь здоров. Прощай, – сказал я и всхлипнул.

Подходя к своему подъезду, я услышал вопль. Через двор бежала старая ведьма, а за ней, копаясь в смартфоне, плелся участковый.

– Вот он, вот! – закричала бабка. – Нашелся.

– Прелесть! – ответил участковый. – Тогда я пошел.

– Но его тут не было!

– Гулять ходил, наверно.

– Он один не гуляет. Только со мной.

– Чего вы хотите? – спросил участковый. – Чтобы я выяснил, где он шлялся?

– Именно этого я и хочу!

– Хорошо. Мне тогда надо привести разыскную собаку. Сам я не умею вынюхивать следы.

Я нырнул в подъезд, поднялся в квартиру и прилип к окну. Старуха что-то выговаривала поглупевшему Павлику. Участковый ушел, понятное дело, с концами. Но, видимо, ведьма тоже не отличалась большим умом, потому что еще часа полтора ждала его во дворе, маршируя из стороны в сторону. Ждал Павлик. Ждал и я. Ужасно хотелось выпить, но я трусил выйти на улицу. Казалось, старуха каким-то образом поймет, что я причастен к исчезновению «внука», и устроит шухер.

Наконец она отвязала поводок и повела поникшего Павлика домой. Я немного выждал и устремился в алкомаркет. Взял пять бутылок крымского портвейна.

– Вы скоро виноградную лозу пустите, – сказала миленькая кассирша. – Не хотите ли отведать каких-нибудь зерновых напитков? У нас появилась новая прекрасная водка «Бешеный бык».

– Откуда вы знаете, что она прекрасная? – спросил я, складывая бутылки.

– Я сама ее каждый день пью, – не моргнув глазом, соврала она.

– Ладно, дайте одну бутылку.

Она выставила 0,7.

Я примчался домой, сунул водку в пустой холодильник, открыл портвейн и одним махом выпил четверть. Вскоре стало легче. Устроившись у окна и попивая, я размышлял о случившемся. Получалось плохо. Алкоголь угнетал мой мыслительный процесс. Зато разжигал разнообразные дикие желания: выпить еще, убить старуху, пригласить проститутку, покончить с собой.

А что в итоге? Я уснул на кухонном диванчике и даже сквозь сон слышал свой храп.

Утром позвонил Гриша.

– Ты вообще на рынок собираешься? – спросил он.

– Еще денек поболею.

– Заканчивай. Тут опять пришел этот старик с чемоданами. Он тебя ждет. Говорит, у него такое есть, чего ты в жизни не видел. И не увидишь, если не придешь.

– Ну, значит, не судьба.

– И я хотел поговорить с тобой насчет нашего дурачка. Есть идея.

– Слушаю.

– Не телефонный разговор. Конец связи!

Похмелившись портвейном, я поехал на рынок. Гриши на месте не было. Но у моего контейнера топтался невысокий старик. Кожа у него была зеленоватая. Одет он был в бесформенный серый плащ и мятую шляпу. Рядом стояло два древних чемодана с металлическими уголками.

– Вы хозяин? – спросил он. – Я уже замучился вас ловить.

– Чего там у вас?

Я открыл дверь и зашел.

– Где вы пропадали? – не отставал старик. – Так нельзя!

– Болел, – ответил я, не скрывая перегара.

– Ладно. У меня тут для вас кое-какие редкости. Сядьте! – вдруг заорал он. – А то упадете.

Я сел на свое место, у коробок с пластинками. Дед открыл чемоданы. Они были под завязку забиты порнографическими открытками конца девятнадцатого – начала двадцатого века.

– Тут весь мир. Франция, Япония, Германия, Россия, конечно. Где-то была особо редкая, с клизмой. Сейчас я найду.

– Не надо, – отмахнулся я. – Сколько хотите?

– Сто тысяч за все.

– Десять за все, вместе с чемоданами.

– Сволочь вы! Но по рукам.

Я протянул деньги, и он убежал, сжимая их в кулаке, будто факел. Вскоре явился Гриша. Я как раз перебирал открытки.

– Что это за дрянь у тебя?

– Старик твой притащил. Глянь-ка. – Я показал ему пышную голую даму с ишаком.

– Такие немецким солдатам выдавали, – сказал Гриша.

– Это ладно. Расскажи лучше, что ты там придумал про Павлика нашего?

– Надо его немного побить.

– Чтобы вправить мозги, что ли?

– Нет! Мы его побьем, потом отведем в травмпункт, там снимут побои.

– И?

– Сам не догадываешься?

– Нам дадут лет по восемь?

– Почему нам? Старухе!

Я вздохнул и кинул даму с ишаком в чемодан.

– Вообще, я догадывался, что ты придумал какую-то глупость, но не думал, что это настолько глупо. И потом, ты сможешь ударить беззащитного, слабоумного пацана?

Гриша отвел взгляд.

– Не уверен. Думал, ты сможешь.

– Я что, похож на садиста?

– Рядом с этим похож. – Гриша кивнул на чемоданы.

– Это просто бизнес. Продам их тысяч за пятьдесят.

– Может, старуху как-то запугать?

– Боюсь, у нее яйца больше, чем у нас с тобой. Хрен ее запугаешь.

– Не знаю тогда, что делать.