Кирилл Лахтин – Наше райское завтра (страница 12)

«Что за чёрт? Откуда стреляют?» – его сердце бешено забилось, а руки задрожали.

Взглянув на небольшую лунку от выстрела, он заметил, что стреляют из обычного огнестрельного оружия, которое только раза с пятого сможет пробить его защитный костюм. Это придало ему уверенности и Юхани выхватил со своего пояса свой пистолет, крепко сжав его в своих руках.

«Думай, думай! Что было передо мной? То здание с погребом… Пара перевёрнутых БМП и… Чёрт… Голубятник… Я сел прямо рядом с этим разрушенным загоном для птиц… Он как раз достаточно высокий, чтобы туда засесть и выслеживать всех недоброжелателей… Процентов на девяносто уверен, что стрелявший именно там…»

Юхани только собрался высунуться и посмотреть на голубятник ещё раз, как вдруг прямо в его сторону прилетела старая, ещё советского образца, граната с оторванной от неё чекой.

Исполнитель тут же отпрыгнул в сторону, сделав быстрый кувырок, однако бросавший гранату выждал достаточно времени и поэтому она взорвалась практически в ту же секунду, что и прилетела к Юхани.

Дым заполнил собой всё ближайшее пространство. И без того разрушенный автомобиль разнесло на несколько запчастей, а рюкзак с припасами улетел на несколько метров. Стрелявший высунулся из-за угла голубятни и стал через прицел наблюдать за результатом взрыва. Несмотря на довольно крупную воронку на земле и приличные разрушения вокруг – он увидел то, чего никак не ожидал.

Юхани в защитном костюме, как ни в чём не, бывало, поднялся с земли и посмотрел прямо на своего противника. На поверхности его «брони» не было ни единой царапины и повреждения. Сквозь свой шлем он взглянул прямиком на стрелявшего и направил на него свой энергетический пистолет.

Они выстрелили друг в друга одновременно. Но если попадание по Юхани не принесло никакого результата, и пуля просто отскочила, то вот выстрел точно в цель их энергетического пистолета оставил в голове противника зияющее отверстие. Тело незнакомца тут же упало с голубятника на землю. Юхани тяжело выдохнул.

Он прошёл сквозь облака дыма и подобрался прямо к убитому противнику.

Перед ним лежало мёртвое тело довольно невысокого мужчины. На нём были надеты заштопанные лохмотья, которые слегка прикрывал туго затянутый старенький бронежилет. На ногах его были испачканные в грязи сапоги, а руки закрывали шерстяные согревающие перчатки.

Юхани стянул с его головы противогаз и с ужасом взглянул на его лицо.

Перед ним был совсем молодой парень 25-30 лет с лёгкой щетиной и яркими рыжими волосами.

«Не может быть… Он мог родиться только после войны… А если здесь кто-то родился после войны… Значит здесь всё ещё есть жизнь…»

Бероун

02:26:45

24.09.50

4 Дня до конца миссии

– Слушай, ну ты же понимаешь, что имперцы сами отчасти виноваты в своём поражении? – спросил Бруно, запрокинув свои ноги на один из краёв узкой вагонетки.

– Никто не спорит. Но! Если бы мы здесь мешали ОЕС делать то, что они делают, ещё тогда, то шансов у Империи было бы куда больше. – недовольно ответил ему старик, чьё лицо было тяжело разглядеть за огромным облаком сигаретного дыма.

Вся четвёрка, крепко прижавшись друг к другу, сидела в узком пространстве катившей их вперёд тачки. Вокруг были такие же узкие стены и крайне низкий потолок шахты, с которого на головы экспедиторов то и дело капали различные жидкости.

– Мёртвые земли будут самой сложной частью маршрута. – вне контекста произнёс старик и внимательно посмотрел на реакцию каждого из членов команды.

Бруно, на чьём лице были изображения различных существ из древнеримской мифологии и надписи на латыни, улыбнулся во все свои золотые зубы.

– Ну так это же круто! Чем сложнее, тем интереснее! Разве не так, а? – никто не ответил ему взаимностью.

Марк с его вечно уставшим лицом лишь угрюмо покачал головой. Его крайне сильно тошнило от запаха старых сигарет и, ещё сильнее, от запаха синтетических наркотиков, который доносился от рядом сидевшего итальянца.

«Мёртвые земли… Иначе их называют ещё «ничейными» … Территории, на которых в конце войны не воцарилось ни порядка ОЕС, ни власти Восточной Империи и из-за этого там царит абсолютный хаос… Самый жёсткий контроль со стороны Заменителей и полное отсутствие цивилизации…»

– Мне кажется, что через них наоборот будет пробраться легче, чем через любой другой субъект ОЕС. – своим мягким голосом произнёс Генрих, чьи шелковистые волосы были самым чистым объектом на ближайшие несколько километров.

– Вот это выдал! Да там ведь буквально военные-Заменители ходят! Как ты через них пробираться будешь? – с улыбкой ответил тому Бруно.

– Но, подумай сам. В любом субъекте ОЕС очень много камер и мест, где нас могут легко заметить и поймать. А в Мёртвых землях ничего подобного нет, там банально нет инфраструктуры для таких дел. Да, пройти мимо военных будет непросто, но мы же готовы к трудностям, разве не так? – юноша слегка улыбнулся.

Бруно рассмеялся и похлопал парня по плечу.

– Скажи, ты употребляешь? – спросил старик, с отвращением глядя на разукрашенное лицо Бруно.

– А ты видимо мыслишь шаблонами, дедуля. Думаешь если у меня татухи и куча пирсинга, то значит я какой-то наркоман? – лицо смуглого мужчины мгновенно изменилось и теперь его улыбка напоминала скорее оскал.

– В моей молодости так и было. Подобные клоуны только и делали, что ширялись мефедроном и дохли на ближайших помойках. – старик бросил недокуренную сигарету прямо мимо лица Бруно.

– Я делаю столько татуировок и проколов не из-за того, что я маленькая девочка, неспособная принять себя и постоянно экспериментирующая со внешностью, а по той причине, что я обожаю боль. Посмотри на всех этих Заменителей и уродов, которые переносят в них свой ЦР. Они неспособны ощутить ни грамма боли! А ведь в этом вся жизнь! Боль от ударов, когда тебя бьют в школе! Боль от пощёчины девушки, когда она узнает об измене! Боль, когда пытаешься оформить уже шестой раз ночь! Боль от иглы, которая прокалывает слои твоей кожи! Разве не в этом вся соль нашей жизни? – с ехидной улыбкой на лице проговорил Бруно. – А этот запах… Моя жена сильно болеет, поэтому приходится иногда замараться в этих вонючих лекарствах, что уж тут поделаешь.

Старик усмехнулся и пожал плечами.

– У твоих татуировок есть какое-то значение или это всё так, от балды? – спросил Марк, рассматривая узоры на руках своего собеседника.

– О! У каждой есть! Знаешь, я ещё люблю набивать по одному партаку в честь каждой девушки, которую я…

– Тихо! – внезапно крикнул старик и поднял вверх свою правую руку.

Всё замолчали и прислушались к мёртвой тишине туннеля. Сквозняк слегка пробивался сквозь щели потолка, а металлические колёса вагонетки то и дело издавали раздражающий скрип, но не этот звук так пугал всю команду. Вдалеке туннеля слышалось надоедливое и нарастающее с каждым мгновением жужжание. Любой член ЗЧС тут же узнал эту мелодию смерти. Прямо в их сторону по такому туннелю с гигантской скоростью двигался дрон ОЕС.

– Позади! Он позади! – крикнул старик и тут же потянул на себя рычаг, тормозящий всю вагонетку.

Искры от колёс вагонетки разлетались во все стороны, а зловещее жужжание всё приближалось и приближалось.

Четвёрка выпрыгнула из вагонетки и, пока трое спрятались за неё, старик со своим мощным ружьём стал поджидать приближение хищника, чтобы поймать его прямо на подлёте.

Через пару секунд силуэт дрона-камикадзе показался на горизонте и, не думая ни мгновением больше, старик тут же нажал на курок и спрятался вместе с остальными за вагонеткой. Зажигательный боеприпас настиг противника и в то же мгновение стальную птицу разорвало на тысячу мелких частей и на весь туннель прогремел огромный взрыв. Шаткие стены шахты тут же начали осыпаться, а с потолка начала капать не вода, а камни, отваливающееся с него огромными кусками.

– Живо! За мной! – крикнул старик и рванул вперёд по туннелю.

Прямо за ним побежал Бруно и Генрих и в самом конце, пытаясь поспеть за остальными, спешил Марк.

Дышать было решительно нечем. Картина перед глазами расплывалась в фантасмагоричное нечто и, самое ужасное, за спинами четвёрки слышалось ещё одно жужжание.

Старик свернул на первом повороте и резким пинком выбил запертую дверь, ведущую к выходу из этого уголка бывшей канализации. Он мгновенно запрыгнул на вертикальную лестницу, ведущую на поверхность и его примеру тут же последовали все остальные.

«Звенит, как же звенит в ушах…, кажется ещё один дрон уже почти долетел до нас… Чёрт, ещё и я в самом хвосте… Лишь бы выжить, лишь бы выжить…» – думал Марк, взбираясь по хрупкой дрожащей лестнице.

Люк, ведущий в город, открылся и все по одному принялись выбираться наружу. Стоило Марку вылезти из канализации, как прямо под ним прогремел ещё один взрыв. Земля под ногами затряслась, и он чуть было не упал обратно в туннель.

– Мы в одном из пригородов Праги… Там на холме должна быть католическая церковь… Нам нужно туда. Они уже знают о нас. Скоро здесь будут все силы ОЕС. – уверенно проговорил старик и бегом двинулся вперёд. Все остальные, поражаясь его географическим знаниям, последовали прямо за ним.

Вокруг них были пейзажи небольшого вымершего чешского городка. Крошечные домики и узкие дороги расположились прямо между огромными холмами, которые титанами возвышались над человеческими головами. В глубине ночного неба виднелась огромные голые горы, которые прежде были полны зелёной растительности.