Кирилл Лахтин – Наше райское завтра (страница 10)
Старик открыл перед ними лаз в полу, прямо под которым стояла ржавая тачка. Он затушил сигарету прямо об своё запястье и бросил окурок в один из углов комнаты.
– Как только закончите – прыгайте внутрь. С Богом. – проговорил он и сиганул прямо в подземный проход.
Испуганно переглянувшись, вся троица, закончив со сборами, последовала за своим лидером. Будучи последним – Марк закрыл за собой лаз и погрузился в ещё большую темноту, чем он видел прежде.
Приграничье
21:21:05
23.09.50
5 Дней до конца миссии
Двери пропускного пункта закрылись за его спиной. Позади были огромные стены с кучей сеток и колючей проволоки, над его головой – роились стальные охотники в поисках жертвы, а перед его глазами открывался незабываемый вид на огромную пустошь, которая когда-то носила гордое название «Восточная Империя».
Юхани завёл свой мотоцикл и, сев на него верхом, двинулся в путь.
По обе стороны от дороги были вырыты довольно глубокие рвы, в каждом из которых омерзительной кучей лежали трупы людей. Судя по их одежде – многие были беженцами из ОЕС и пытались пробраться на территорию Империи, однако, как не трудно догадаться, их попытки не увенчались успехом. Ещё не успевшие разложиться лица некоторых трупов застыли в ужасающей гримасе страха и безнадёжности.
«Зачем они только пытались сюда пробраться? Любой дурак знает, что после бомбардировок на поверхности не осталось и живого места. Разве что… Банальная безысходность, от которой даже такая смерть будет лучше ежедневной жизни в пределах ОЕС и тем более на Цифровой Земле…»
Трупов было настолько много, что в голову Юхани тут же начали приходить самые пугающие картины. Безрассудные толпы людей бегут от войны в обитель технологического прогресса человечества – ОЕС, но вместо распростёртых объятий встречают на границе бесчувственных роботов убийц, которые хладнокровно расстреливают всех приближающихся.
«Да уж… Такой судьбы и врагу не пожелаешь…» – подумал юноша и решил всё же сосредоточиться на проезжей части.
Стоило ему отъехать на несколько десятков километров от границы, как от автомобильной дороги осталось одно название. На всём её протяжении было множество кратеров и воронок от прилётов, брошенных гражданских и военных автомобилей и, снова, горы разлагающихся под лучами луны тел.
«Как интересно выглядят их машины… Я видел такие прежде в книгах по истории и прикладной механике, однако вживую – никогда… Судя по всему они предназначались больше для гражданских транспортировок, по сравнению с нынешними у них очень низкий потолок, узкие сиденья… Да и вообще, я даже отсюда вижу в салоне столько ненужного хлама… Какие-то магнитолы, подстаканники, подушки… К чему это всё?»
Он проехал ещё немного дальше, как наткнулся на лежавший посередине дороги подбитый танк со множеством эмблем армии Восточной Империи в виде гордого трёхглавого орла. Юхани поднялся со своего байка и внимательно осмотрел этот военный трофей.
«Изображения трёхглавого орла, какие-то надписи на латинице и кириллице… Этот танк выглядит конечно до жути архаично… Никакой защиты от дронов, медленные гусеницы, слишком перегруженный корпус… Неудивительно, что Восточная Империя проигрывала по всем наземным фронтам… Однако стоит отдать им должное – с таким вооружением продержаться настолько долго ещё нужно уметь.»
Вдалеке от дороги виднелись силуэты бывших населённых пунктов. На месте прежних жилых домов теперь были лишь груды пепла, а подбитая военная техника была разбросана по всей территории пустошей. Только сейчас Юхани обратил внимание на одну примечательную вещь – техника была повёрнута так, словно она ехала не в сторону ОЕС, а наоборот, возвращалась обратно в Империю. Но учитывая прошедшее время с конца конфликта и состояние вооружения – он решил не придавать этому факту особого значения.
Поняв, что дальше проехать на байке он не сможет, Юхани спешился и, взяв свой транспорт под руку, продолжил свою дорогу.
«Близится ночь… В темноте будет весьма опасно передвигаться по таким дорогам на мотоцикле, а пешком даже не по себе… Думаю имеет смысл подыскать где-нибудь место для небольшого привала, времени у меня всё равно вагон…»
Неподалёку от остатков дороги как раз виднелись руины некогда населённого пункта. Судя по двухэтажным деревянным и кирпичным основаниям разрушенных домов – прежде это было село или деревня, где жило достаточно небольшое количество человек.
Рядом с каждым домом остатками сгнивших заборов были ограждены участки, на поверхности которых был разбросан различный мусор. Остатки от теплиц, огородных инструментов, сломанные вёдра и воронки от снарядов теперь заполняли собой чьи-то некогда прекрасные сады и огороды.
Юхани прошёл вглубь села и принялся осматривать эту местность на предмет любого места, где он сможет передохнуть до рассвета.
Только подойдя ближе к домам, он увидел то, на что уже успел насмотреться с момента пересечения границы – разлагающиеся тела людей.
Несколько солдат армии Восточной Империи лежали прямо у одного из подбитых БМП. Их лица уже разложились, однако по их форме всё ещё можно было увидеть их звания, а по значкам и украшениям на их снаряжении – понять, что за человек перед тобой.
Один из погибших лежал в обнимку со своей старенькой винтовкой, на которой брелоком была прикреплена фотография молодой пары. Возлюбленные в свадебных костюмах счастливо улыбались с фото, а взгляд жениха был полон жизнерадостности и веры в лучшее завтра. На самом краю фотографии аккуратным почерком была сделана надпись: «Дождусь!».
Другой военный, на чьих погонах была одна гордая звезда, лежал прямо у дверей БМП, рукой держась за присоединённую к автомобилю рацию. Его рот был приоткрыт в попытке произнести хоть слово, а вторая рука уверенно держалась за живот, в область которого, по-видимому, ему и нанесли смертельное ранение. Подсумок на поясе этого военного был приоткрыт и, подойдя ближе, Юхани снял его с трупа, чтобы внимательно осмотреть всё содержимое.
Внутри, помимо распавшихся в пыль медикаментов, была маленькая записная книжка с пожелтевшими и местами окровавленными страницами.
Юхани одну за другой принялся перелистывать страницы, сканером-переводчиком своего шлема стараясь прочесть написанный от руки текст:
Текст на следующих нескольких страницах был совсем стёрт и поэтому Юхани пришлось их пропустить.
Следующие страницы были вырваны, а те, что оставались в блокноте – запачканы кровью и грязью. Лишь на двух последних были записи, которые можно было хоть как-то разобрать.