Кира Вайнир – Пробудившая пламя (страница 85)

Но почти уже у самого коридора в лекарское крыло я остановилась, как вкопанная и даже дыхание затаила.

– Анаис! Неужели ты не понимаешь? Всё, что сейчас делает Берс, продиктовано волей императора, пляшущего под дудку Лайны! – говорила майриме.

– Но вчера он не пришёл в покои, хоть я и объявила о ночи лари! – прохныкала Анаис. – Весь дворец теперь насмешничает.

– Потому что нужно не просто объявить, но и получить ответ. Молчать господин может не более трёх дней. Вспомни, как Ираидала бегала за ним собачонкой! – сочится ядом голос Майхур. – От неё нужно избавляться! Не дать ей и шанса! Ты должна остаться единственной лари во дворце и в постели Берса! Слушай меня, сейчас твой единственный шанс.

– Я... Что мне делать, майриме? – со слезами в голосе просит помощи Анаис.

– Я уже всё за тебя сделала, моя дорогая. В последнюю порцию отвара для Берса я смогла подлить того самого зелья, которым сама однажды воспользовалась. – Я холодею, слыша эти слова. – Уже скоро им овладеет такая похоть, что он даже не поймёт кто рядом, а ты точно понесёшь. Времени у тебя немного, после недолгой активности, он заснёт так, что и не скоро добудятся! Твоё дело только прийти к нему!

– Да, но там Ираидала! – напомнила Анаис.

– Ей придётся уйти, её гронх нападёт на мою служанку. – Уверенно заявляет майриме.

Я отступаю, стараясь не выдать своего присутствия, и срываюсь в свою комнату. Я точно знаю, что гронх там. Я оказалась возле своей комнаты вовремя.

Из-за нападения, караулы со всех комнат, где в этом не было необходимости, сняли. В моих покоях, где никого не было, кроме гронхов, точно охранять было некого. Служанка уже в окровавленном платье только зашла в комнату.

– Что ты здесь забыла, да ещё и в таком виде?– Говорю громко, оставив дверь открытой. – Позовите смотрителя!

Пробегавший мимо слуга бросился исполнять приказ. Смотритель себя ждать не заставил и обещал передать служанку Таргосу, чтобы он выяснил, с какой целью она хотела очернить Шторма. А передо мной встал выбор.

Я знаю, что Берс сейчас опоен, как когда-то его отец. Но даже это обстоятельство не изменит для меня произошедшего. Если я позволю сейчас исполниться замыслу майриме, то навсегда вычеркну для себя возможность принять его, как своего мужчину. Если сорву, дам ему понять, что выбрала его!

Но я же не выбрала, я не уверена, я не понимаю, что со мной происходит! Да ещё и его припрятанный гарем! Я металась по балкону, не находя себе места и не решаясь сделать выбор.

Развернувшись в очередной раз, я остолбенела. Берс сидел на одном колене на перилах своего балкона и буквально прожигал меня взглядом. В следующий момент моё сердце оборвалось, словно сорвалось в пропасть. Оман встал, отклонился и прыгнул! Я рванула к перилам, потому что Берс висел, зацепившись за них руками.

– Ты что творишь! – вцепилась я в его плечи, но он хоть и с усилием, но подтянулся и с моей помощью перевалился на балкон. – Ты с ума сошёл!

– Ты же говорила, что веришь в мои крылья. – Его голос звучит странно, и я не сразу понимаю, что он говорит, немного растягивая слова, как пьяный. – Ты ушла, а сейчас ты злишься или испугана? Кто посмел?

– Посмел что? – пытаюсь сообразить, что делать теперь, видимо мои метания взбесили саму судьбу, творца или пламя, раз опоенный оман здесь и всё крепче сжимает в своих руках.

– Без разницы что. Ты моя лари! Моя пара! Вот вся моя! Я хочу, чтобы ты поверила, чтобы простила, приняла... А кто-то осмеливается тебя злить? Пугать? Уничтожу! – приходит в бешенство Берс. – Всех! Пойдём со мной! Покажешь, кто тебя обидел. Выпотрошу же заживо, остальные даже глаза потом не посмеют от земли поднять!

– Не надо никого потрошить! – похоже, зелье майриме смешанное с лекарством дало совсем не тот эффект, который ожидался.

– То есть, как это не надо? – удивляется оман. – Вот смотри, я привожу тебя в свой дом, так? Говорю всем, что ты моя госпожа, так? Предупредил заранее, что казню любого даже за одно проявление неуважения, так? А они тебя злят. Значит, что? Они меня не уважают. Значит, будут бояться! А ты не бойся!

– Берс, я не злилась и не боялась, я переживала! – пытаясь удержать этого кандидата в местные страшилки, я вываливаю ему правду. – И я не знала, что мне делать? Идти к тебе или нет? Что сказать...

– Почему не знала? Боялась, что я опять тебе не поверю? Я поверю. Только тебе и верю. – Улыбается он так, что создается впечатление, что он решил весь набор зубов показать. – Ты выбрала, Далли! Выбрала! Я тоже тогда выберу!

Его речь становится медленнее, он начинает моргать, точнее глаза у него закрываются, а он их открывает с явным усилием.

– Берс, тебе нужно лечь, ты засыпаешь на ходу. – Говорю ему как можно более ласковым голосом, нового всплеска пьяной агрессии нам не нужно. – Пойдём, ты ляжешь спать.

– Я помню, до твоей спальни ближе. Мне так дети вчера сказали. – Он подхватывает меня на руки и идёт в мою комнату, при этом его ощутимо шатает в разные стороны. – Шторм! Шторм, ты где? Мы идём спать!

– Осторожно! Крыло! – предупреждаю его, видя, что он собирается укутать меня им, но он меня не слышит, потому что уже спит.

Его крыло, не взирая на рану, обернулось вокруг меня, создавая уютный и теплый кокон. Такие грозные и внушительные с виду крылья могли становиться очень мягкими и нежными на ощупь. Пользуясь тем, что Берс спит, я провела кончиками пальцев по шелковистому ворсу мембраны. Улыбка, расплывшаяся по губам Берса, говорит о том, что спит он не так крепко, как мне кажется. Кокон стал плотнее, прижимая меня к Берсу.

С той стороны кокона из крыльев слышится только тяжёлый вздох Шторма и хихиканье детей.

– Выглядит, конечно, жутковато! – хмыкает Малис.

Но утром я оказалась в кровати одна. Меня вообще разбудила Фарли, с сообщением, что смотритель передал приглашение мне и детям на завтрак в большой зале.

– Мама, подожди! – засверкала хитрыми глазами Малис.

– Куда она? – поинтересовалась я у мальчишек.

– Я на кухню! Надо проследить, что бы к столу подали перец. Папа очень любит его на завтрак! С недавних пор! – рассмеялся Барлик.

– А вот и я! Я, конечно, не лари Лайна, но мне помогали Фарли, Гульниза и Рагни. А огранкой и подбором камней занимался мастер Ларис. – Просто горя от предвкушения щебетала Малис.

Не менее хитрая улыбка была и у Фарли, наблюдавшей за тем, как Малис аккуратно развязывает достаточно объёмный свёрток. Внутри оказалось платье, точнее комплект.

Нижнее платье было нежно сливочного цвета. Глубокий вырез каре, края длинных и узких рукавов, прикрывающих руку почти до пальцев, и край подола широкой юбки в пол были отделаны плотной вышивкой с мелкими камнями, среди голубых и синих самоцветов мелькали хорошо узнаваемые капли мариона.

А вот второе платье, верхнее, держалось только за счёт плеч. Оно полностью закрывало спину, а спереди сходилось углом на талии. Края ткани соединялись свободно висящими цепочками из белого метала, похожего на серебро.

Юбка расходилась углом от талии, открывая нижнее платье, напоминая этим платье, которое мы шили для Малис на открытие фонтанов. Как и рукава, она имела несколько отдельных слоев, расшитых серебряной нитью и белым бисером. На насыщенно голубой ткани платья это смотрелось очень ярко.

Фарли распустила мои волосы и переплела в них несколько ниток розового жемчуга. Мальчишки особо не мудрили, одевшись в черные брюки и белые рубашки. А вот Малис видимо решила подчеркнуть свое увлечение морским делом. Чёрные обтягивающие брючки, белая, как у братьев, рубашка и ярко-алый пояс-корсет, перетягивающий и без того изящную фигурку девочки.

В большом зале, когда мы туда пришли, за столом уже сидели майриме и Анаис. Майриме заняла место с торца, оставляя противоположный конец Берсу. По правую руку от майриме, только ближе к свободному торцу сидела Анаис. Дети заняли всю левую сторону стола.

Я не успела сообразить куда садиться мне, когда вошедший с шкатулкой в руках оман, взял меня за руку и посадил на своё место. Он кивнул слуге и тот быстро перенес еще один прибор на край стола, где теперь располагались я и оман. Но сам Берс присаживаться не торопился.

– Я рассчитывал застать вас в вашей комнате, лари. – Перешел он на официальный тон, Анаис при этом пожирала глазами шкатулку и переводила взгляд с неё на омана и обратно. – Но даже рад, что смогу преподнести вам этот дар официально. И прошу принять его, вместе с моим сердцем.

Крышка шкатулки открылась со щелчком, внутри я увидела какое-то переплетение золотых цепочек и камней, которые я знала, как Лондон-топаз.

Первым делом оман застегнул на моей шее колье, состоящее из нескольких цепочек, идущих параллельно друг другу и соединяющих между собой хаотично расположенные камни. Следующими были длинные серьги. Никогда бы не подумала, что Берс может быть настолько аккуратным. Но я чувствовала только легкие прикосновения, больше похожие на ласку.

От удивления и ощущения, что происходит что-то необычно важное, я даже не спорила, дети следили за каждым движением отца всё с нарастающим, каким-то хищным азартом. Анаис казалось, сейчас заплачет, а вот майриме даже побледнела от гнева.

На моё запястье лёг браслет, выполненный в том же стиле, что и колье. После этого Берс опустился на одно колено и поцеловал мою ладонь с внутренней стороны. Прижав место поцелуя на пару мгновений к своей щеке, он взял из шкатулки крупное кольцо, где вокруг одного большого камня были закреплены несколько камней разной формы.