Кира Тигрис – Дневники Джинна (страница 46)
Я и сама перепугалась, когда он подскочил к дорогой черной иномарке с тонированными стеклами, гордо стоящей на соседском газоне.
– У Столбиных в гостях бабуля, – продолжал шепотом Ник, словно это был опасный хищник юрского периода, – осторожнее! Не кричи сильно. Она в саду. Пригнись.
– Что? Бабуля водит Мерседес? – недоумевала я, – может, сам президент приехал?
Столбины, все как один, даже их семейный мопс, толпились вокруг невысокого пухленького человечка в роговых очках и каштановом деловом костюме под цвет масленых жидких волос. Он проворно суетился около сломанного забора.
– Нет законов, запрещающих деревьям свободно передвигаться! – кричал неизвестный господин, тряся в воздухе длинной линейкой, но Столбины, либо оглохли, либо не желали слышать, – тьфу! Деревья не могут ходить! По крайней мере, в конституции нашей страны!
Я остановилась, как вкопанная. Да раздави меня тролль! Огромный старый каштан, еще утром росший прямо по забору, теперь стоял ровно на шаг ближе к нашему дому. И там, где раньше был его толстый ствол, в заборе образовалась огромная дыра. В нее по очереди заглядывали мой отец, мама и кот Тихонтий.
– Сынок! Я повесила на это дерево свои панталоны! – прошепелявила маленькая худенькая старушенция в домашнем халате и круглых толстых очках, гордо восседавших на лбу. Она активно жестикулировала своей старенькой погнутой тростью, – сними их быстрее! Мне еще зубы искать!
Бабуля только что объявилась из кустов крыжовника, без очков она не могла отличить собственного внука Лелика от семейного мопса. С веток послышался звонкий птичий смех: вся Великая Крона вот уже второй час наслаждалась «бесплатным представлением». Я узнала в солидном господине старшего Барсых, именитого юриста, который сейчас был не в состоянии дать разрешение на спил дерева.
– Ой! Гражданочка, полегче! – вскрикнул он, старушка ткнула своей палкой прямо в его мягкое место, – ваши панталоны на чужой частной собственности! – он надел каштановый, в тон своему костюму, котелок и решительно направился к черной машине, – спасибо за лазанью. Меня в лицее ждет сын. Кш-кши! Пошли прочь! Брысь!
Пользуясь моментом, пока все отвлеклись на бабулю, Никитка высыпал на крышу дорогого авто горсть семечек. Пернатая братва с каштана тут же приступила к трапезе, в благодарность немилосердно царапая носами краску.
– Кто это сделал? – закричал Барсых, спугивая птиц и отвешивая пинок соседскому мопсу, – ваша собака метила мою машину! Следите за своими псами и бабулями!
В это время я, Ник и Макс успешно прятались под забором и еле сдерживали смех. Подгоняемый веселым хрюканьем Месье Жермондо, самый главный юрист Мироморска скакал вокруг своей новенькой машины, обещая засудить весь город. Его единственный сын, Антон, к своему великому счастью, полностью пошел лицом в мать. Походи он хоть капельку на отца, ему бы не сходило все с рук из-за смазливой мордашки.
– Ладно, ребята! – сказала я, глядя, как роскошный автомобиль увозит на поцарапанном капоте с десяток серьезных дэльвиров, – путешествие окончено! Все свободны!
Глава 23. Вечеринка у Алисы
– Стоять! Лапы вместе, хвост вниз! – рявкнул Локи, я вздрогнула и замерла на месте, – а целоваться на прощание кто будет?
Ник, чьи уши зарделись ярче наших роз, быстро переглянулся с Максом. Я нахмурилась и моргнула, ничего не понимая:
– С кем, простите, целоваться?
– Не со мной! – ответил хамелеон, тыча хвостом в побледневшего Никитку, – вот этот хотел! Раз десять пожелал!
– Нет… я не хотел! – оправдывался Ник, он по-прежнему немного гнусавил после драки, да и нос распух до гоблинского размера, – не надо!
– Сам просил, – не унимался Локи, – теперь терпи!
Я покраснела, Макс отвел свои голубые глаза, даже Роки смущенно молчал, видимо, не ожидая такой прыти от хамелеона. Я вздохнула. Ну что мне стоит чмокнуть мальчишку в щеку? Интересно, если я поцелую Никитку, то, возможно, заодно можно будет и Макса?
– Кстати! – начал Локи, – парень выглядит так, словно его сто лет не целовали! Ставлю хвост, Петровна расщедрится!
Ник смущенно улыбался, пряча от меня щеку со шрамом. Кажется, он действительно ко мне не ровно дышит и упросил хамелеона устроить этот концерт. Странная вещь, я снова вспомнила, что мое волшебное платье уже давно потеряло свои чары. Неужели я и правда смогла кому-то понравиться? Вот такая вот? Без косметики и гоблинских чар? Жаль, что это был не Макс.
– Давай, Петровна! – не унимался Локи, – парню срочно нужна помощь!
– Ну, – прищурилась я, краем глаза наблюдая за скучающим Максом, стараясь, чтобы меня не заметил Ник, – только если это действительно поможет вылечить губу и нос!
Я осторожно чмокнула его в чумазую горячую щеку прямо рядом с ужасным рваным шрамом, как бы он его не прятал. Эффект был потрясающий: мальчишка покраснел, его карие глаза заблестели, темные брови от удивления поползли под лохматую челку.
Неужели Макс так ничего и не скажет? Я поймала взгляд ярко-голубых глаз и тут же улыбнулась их обладателю, чтоб посмотреть, не улыбнется ль он в ответ. Тот, словно издеваясь, зевнул и посмотрел совсем в другую сторону. Но меня это не остановило. Со скоростью молнии я коснулась губами его холодной щеки.
– Слепая горгулья! – закричал Ник, видимо, заметив такое предательство, – что ты сделала?! Как ты это так?!
Я резко обернулась, подозревая худшее и готовясь к извинениям. Ник лихорадочно ощупывал свое лицо: нос и губа оказались абсолютно здоровы и сделались привычной формы и размера. Как будто бы драки вовсе не было, лишь на рубашке и бриджах по-прежнему темнели багровые пятна. Ужасный глубокий шрам с левой стороны, от виска до подбородка тоже пропал, словно его никогда не было.
– Еще раз Петровна, и Никитка станет принцем! А если еще – настоящей принцессой! – закричал попугай, – на бис!
– Как?! – Ник смотрелся в маленькое зеркальце, которое Локи любезно организовал из собственного хвоста, – и этот тоже? А это… еще можно?
– Мне было несложно, Ник. Но пока хватит. Хорошего понемногу.
Встав на четвереньки за кустами роз, и постоянно озираясь на соседский участок, я собиралась незаметно прошмыгнуть в дом, но не тут-то было.
– А вот и наши новые соседи! – узнала я «незабываемый» голос вождя, – Ведеркина снова притащила своего Колтина! Я бы советовала вам, Петрович, обратить внимание, с каким отребьем целуется ваша дочь! К тому же, она щеголяет в рваном платье!
– Максим Колтин? – переспросил отец, вокруг него наворачивал круги Тимка верхом на новеньком зеленом велосипеде, – что с ним не так?
– Какой еще Максим? – ревела Столбина, тыча пальцем в Никитку, – вот этот Колтин!
– Я все объясню, пап! – начала я, густо краснея и подталкивая Макса вперед, Локи и Роки попрятались за широкие спины хозяев, – видишь ли…
– Я тоже Колтин, – соврал тот, нисколько не смущаясь, – я ваш двоюродный племянник от тетки по отцовской линии, – Макс мило улыбнулся ошарашенной Столбиной, – да-да, той самой, что живет «где-то в Куку-Тараканово», владеет роскошной виллой и милым садиком с частным прудом. Так вот, тетушка уже стала старовата и пару недель назад написала завещание на отца Никитки. Это целое состояние вместе с домом, садом и ручной шиншиллой.
– Но отец Никитки мертв, внучка моя чернобровая! Клянусь своими зубами! – закричала бабуля, размахивая костылем, видимо, ей было весьма туго без очков, – я сама видела!
– Ничего вы не видели, – ответил Макс, – да и из зубов у вас только один остался, так что можете не клясться. А то и этот выпадет.
– Так, молодые люди! – вмешался мой отец, строго глядя на нас троих, – кто все-таки целовал мою дочь?
– И где тебя угораздило разодрать новое дорогое платье?! – воскликнула мама.
Наступила неловкая пауза, мои щеки и уши горели красным пламенем. Меня больше волновал прямой вопрос отца, хотя платье было жалко до слез, особенно после появления Макса. Хоть опять беги грабить гоблинов!
– Оба. По очереди, – ответил Макс, нисколько не смущаясь, я тут же наступила ему на ногу, – ой! Я имел в виду во сне. Вон и Лелик тоже.
Последний густо покраснел и с поросячьими визгами скрылся в доме, громко хлопнув дверью.
– Зачем ты это сделал? – прошептал Ник, грубо хватая Макса за руку, – мне не нужны твои подачки и ничья жалость! Я не просил помощи! Понял?
– Это не я, – тихо ответил Макс, кивая в мою сторону, – ее идея.
– Если чернобровая права про мои зубы, – рассуждала вслух бабуля, вертя на палке свои панталоны, – то возможно она знает и про отца Никитки. И, быть может, про тетку.
– Да, тетушка Лили собиралась к вам заехать, – продолжал Макс, – посмотреть, что изменилось за десять лет, насколько потолстел Лелик и как сейчас живет Никита. Она пока не знает, что его отец пропал в море. Но скоро выяснит, что единственные родственники бедного мальчика, а именно родной дядя Столбин, выгнал его на улицу.
– Он сам сбежал! – рычала вождь, – прихватив наш серебряный свадебный сервиз и все пончики!
Макс еще долго рассказывал о тетушке Лили, подмечая малейшие детали от ее карманной собачонки до свадебного подарка Столбиным. Последние заворожено слушали, охая и ахая, иногда громко ругаясь. Волшебные слова «наследство» и «деньги» свели с ума всех, включая бабулю и хрюкающего мопса. Я обернулась: Ник бесследно пропал.