Кира Сорока – Зажигая пламя (страница 46)

– Егор, ты уходишь? – Передо мной вырастает мать Дана. – Думала, ты пообедаешь с нами. Как там Захар Андреевич поживает, кстати?

Я обхожу ее, бесстрастно роняя:

– А что ему будет?

Сейчас отец должен был пребывать в стрессе от моих манипуляций, но из-за этой чертовой девчонки ничего не срослось!

Доверился же идиотке!

И в то же время я готов дать в морду каждому, кто посмеет назвать ее так. Даже себе самому!

Выхожу из дома Дана и прыгаю в тачку. Еду, совершенно не задумываясь куда. Но через минуту понимаю, что рулю к дому Алины.

Звоню Юлиане.

– Скажи мне номер вашей квартиры, – начинаю без прелюдий.

– Остынь, Егор. Алины там нет. Отстань от нее.

– Номер хаты! Живо! – рявкаю я.

Она там. Я уверен, что мышка до сих пор прячется там. Куда ей идти? Ее парня нет в городе, отца тоже. Куда?

– О-о-о… Сейчас ты опять начнешь меня шантажировать, да? – усмехается мачеха. – Ну давай, начинай.

– Угадала. Скинуть тебе жаркие фотки, которые ты отправляла Стасу?! Хочешь снова на них взглянуть?

Включаю громкую связь, листаю галерею.

– Господи… Егор! Это было так давно, что уже неактуально. Захар не поверит в подлинность фотографий, потому что именно ты их предоставишь. Он не верит именно тебе, – говорит она с фальшивым сожалением. – А те банковские чеки я ему уже показала и объяснила. И Влад, кстати, уволился. Сам. Ты проиграл, Егор. Смирись уже.

Уволился? Когда успел-то?

Взгляд натыкается на постановочные фотки с участием мышки.

– Может, уже начнем дружить, м? – язвительно усмехается Юлиана.

– Да пошла ты!

Скидываю вызов.

В телефоне есть вторая симка, которой я почти не пользуюсь. С нее я тоже пробовал звонить Алине, но она, похоже, не отвечает на незнакомые номера. Но ведь сообщение наверняка прочитает.

Открыв «Телеграм», кидаю ей фотки со второго номера. Алина появляется в сети. Просмотрено. Ответа нет. Строчу сообщение:

Тишина, но она все еще в сети.

Записываю голосовое сообщение. Голос непроизвольно хрипит и ломается.

– Давай договариваться уже. Ты напугана, я понимаю. Верни мне флешку, и тебе нечего будет бояться. И эти фотки не попадут к твоему парню.

Снова тишина. Сообщение прослушано, но Алина уже оффлайн. Через секунду появляется уведомление, что я больше не могу отправлять сообщения этому контакту.

Бьюсь затылком о подголовник. Со злостью луплю кулаком по рулю.

Я в бешенстве не только из-за чертовой флешки. Я буквально схожу с ума оттого, что мышка так легко от меня отвернулась! Словно связь, которую она тоже чувствовала между нами, просто пустой звук. Ничто. Пепел.

А я вот не могу. Не могу просто взять и выкинуть ее из головы.

Мне нужно развеяться. Завожу мотор и срываюсь с места, на ходу набираю Максу. Он большой любитель вечеринок. Так что пусть всех подтягивает на дачу мачехи, заодно пусть позовет мою соседку – дочку одного банкира. Однажды мы с ней неплохо потусили.

Я не стану зависимым от мышки. Ни за что! Лучше мозги себе вырву, чем буду думать о ней все время.

А вот флешку она все-таки вернет, чего бы мне это ни стоило.

28

Неделю спустя Алина

– Так я не понял… – Отец бросает на меня строгий взгляд. – У вас с Тимофеем что-то произошло? Если да, то я не хочу ничего знать. Просто утрясите это, и все.

Он поднимает чашку и делает глоток кофе, не отрывая взгляда от моего лица. Я сосредоточенно намазываю масло на хлеб. Отец продолжает внимательно смотреть на меня.

– Папа! Тебя это никак не касается! – все-таки взрываюсь я.

– Касается! И еще как! – Стукнув чашкой по столу, папа расплескивает кофе. – Вы мне обещали! – Он вскакивает, хватает тряпку с раковины и вытирает кофейное пятно со стола.

– Мы обещали тебе, что не будем ругаться? – вскидываю я брови.

– Так вы поругались? – Папа вновь садится за стол.

– Нет. То есть да… Все, хватит. – Вгрызаюсь в бутерброд, чтобы не наговорить лишнего.

Папа вернулся из поездки вчера, как и вся команда, и он сильно удивлен, что с самого утра я не бросилась со всех ног к Тиму, а сижу дома и пытаюсь позавтракать в компании отца.

Тимофея я все эти дни не беспокоила. А он не звонил и не писал мне. Егор тоже не пытался больше связаться со мной. Это дает надежду, что Грозный наконец-то отстал от меня.

Я позвонила Юлиане, надеясь осторожно узнать, как вообще обстоят дела. Говорил ли что-то ее муж о моей персоне?

Не знаю, кого боюсь больше: его или Грозного-младшего. Жалею, что вообще связалась с их семьей. Как-то все два года брака Юлианы у меня получалось держаться в стороне, а тут такое…

Сестра сказала, что в целом все нормально: Захар выглядит спокойным, Егор дома не появляется, но о его местонахождении известно.

Немного успокоившись этим, я даже вновь попыталась поговорить с сестрой о матери Егора. Не лучше было бы рассказать ему правду? Сделать это как-то осторожно. Пусть переболеет, мысленно попрощается, сходит на ее могилу, в конце концов. Юлиана взорвалась и отчитала меня, якобы я слишком плохо знаю ее пасынка и совсем не понимаю, на что он способен.

Попрощались мы не очень хорошо.

Дожевываю бутерброд и вновь наталкиваюсь на пристальный взгляд отца.

– Все, папа, перестань! – почти молю я. – Тимофей от тебя не уйдет. Ты очень хороший тренер. – Вскакиваю, чмокаю его в щеку и вылетаю из кухни. Выкрикиваю уже из коридора: – Просто помни о своем профессионализме и поменьше думай о нас! Мы сами разберемся!

– Очень на это надеюсь! Очень… – слышится ворчливый голос.

Запираюсь в комнате. Забравшись с ногами на кровать, прижимаюсь спиной к изголовью и беру в руки телефон. Тима нет в сети. Наверняка он отсыпается, вчера они вернулись очень поздно.

В задумчивости тереблю браслет на руке. Перебираю цепочку, подергиваю за глазик.

Да, я его так и не сняла. Совершенно не представляю, как это сделать. Этот браслет успел стать частью меня. Так же, впрочем, как и Егор… Этот парень умудрился занять все мои мысли!

И только сидя в своей комнате совершенно одна, я могу признаться себе в этом.

Прошла неделя… Мне его не хватает. Но я очень надеюсь, что это чувство пройдет. Что пустота внутри меня заполнится чем-то другим. Например, моим парнем.

Так же просто не бывает! Кто он мне, этот Гроз?

Он был со мной груб, хамил, унижал. Опоил, сделал те фотки с парнями. Только за это я должна его ненавидеть!

Говорят, девочки любят плохишей… Так вот: я не буду такой девочкой. У меня же есть хороший Тим!

В этот момент телефон вибрирует. Я смотрю на экран.

Это от Тима. И следом еще одно.

Я в недоумении. Все эти дни я думала, что это Тимофей на меня обижается. Хотя сейчас это уже не важно. Главное – он здесь.

Спрыгнув с кровати, быстро снимаю пижаму и надеваю тоненький сарафан.

– Куда? – спрашивает отец, застав меня уже в прихожей.

– Там Тимофей внизу, – отвечаю я с довольным видом. – Помирились, как видишь.