Кира Сорока – Не рань меня (страница 68)
— Ммм… — мычит она, не открывая глаз.
— Слушай… Ты можешь ответить на пару вопросов?
— Ммм… Нее… Отстань, — дергается, пытаясь стряхнуть мою руку.
И тут же засыпает.
Бл*ть!
Веду взглядом по полу у кровати. Проверяю свой бумажник. Презерватив, который всегда со мной, на месте. И я не знаю, хорошо это или отстойно. Либо я с этой девицей всё-таки не переспал, либо я конченый дебил и сделал это без защиты.
Проверяю ванную комнату, заглядываю в мусорное ведро. Оно пустое. Полотенца сложены стопкой, ими явно никто не пользовался. Возвращаюсь к девушке, вновь пытаюсь разбудить.
— Скажи мне, как ты здесь оказалась! Что между нами было? Слышишь меня?
Не открывая глаз, улыбается.
И молчит.
А улыбка такая… провокационная. Мол, было всё! И всё было супер.
Фак!
Не могу здесь больше находиться!
Ухожу. Пока спускаюсь по лестнице, вновь набираю Кате. Бесполезно.
Пишу ей: «Катюш, я всё объясню…»
Банальное, глупое, нелепое смс. Хочу стереть, но палец промахивается, и я отправляю его.
Треш!
Хочется побиться башкой об стену. Ну или чтобы мне кто-нибудь всёк! Вернувшись к бару, быкую на Дамира:
— То есть ты видел, что я с этой девкой ушёл, и нихрена не сделал⁈
— Чо? Не видел я! Мне Руслан сказал. Сказал, что ты попросил его отвалить, когда он застал тебя и эту девицу в номере.
Я попросил? Пи*дец!
— Ничего не помню… — сжимаю пальцами виски.
— Кате расскажешь?
Открываю ту фотку на телефоне, толкаю телефон по барной стойке к Дамиру. Увидев фотографию меня и той девицы, охреневший Дамир присвистывает.
— Это кто сделал? — спрашивает меня.
— Ветер, скорее всего.
— Руслан?
— Да. Больше некому.
— Вот сука!
Кир внезапно поднимает голову.
— Наконец-то… — болезненно хрипит его похмельный голос. — Теперь мы можем уже ехать? — недовольно смотрит на Дамира.
Но вместо него отвечаю я.
— Ты можешь сказать, что мы пили, а? — рявкаю на Сэвена.
— В смысле? — непонимающе округляет глаза. — Вискарик вроде был, но его намешали со всем подряд. Ну, может, ещё ром. А чё не так-то?
Походу, только Мир в курсе того, как я облажался.
Покидаем «Бизон». Кир бормочет, пока ждём такси:
— Лерка куда-то испарилась. А мы собирались немного пошалить вдвоём. Я заплатил за продолжение, вообще-то.
А она на мне отработала это продолжение, мляя…
Переглядываемся с Дамиром. И, кажется, у обоих мелькает одна и та же хреновая мысль.
Я с ней спал!
Спал, сука!
Пока едем, снова проваливаюсь в свой треш. Так просрать самые дорогие, самые искренние отношения в своей жизни! Так ранить её! Мою девочку, которая мне верила, доверяла, отпустила на долбаный мальчишник!
— Бывай, Макар, — тянет мне руку Дамир.
Они уже на месте. Дальше я еду один. Всё время набираю Кате, она не берёт.
Когда выхожу из машины, первое что хочу сделать — это прорваться в её дом. Но вдруг её там нет?
И ещё мне нужно смыть с себя дерьмовый запах того номера и той девицы.
Захожу домой. В гостиной отец пьет кофе. Увидев меня, кажется, считывает с моего лица буквально всё.
— Макар, что произошло? — изумлённо ползут его брови вверх.
— То же, что и с тобой, — безжизненным голосом отвечаю я. — Прости, отец. Теперь я примерил ту шкуру, в которой ты оказался. И на себе испытал то, за что тебя осуждал. Хотя нет, не прости. Себя я тоже осуждаю! — выпаливаю со злостью и уношусь наверх.
— МАКАР! — несётся в спину.
Но сейчас я не готов говорить больше, чем уже сказал.
Кати, конечно, у нас нет. Пробиваю у Дамира, когда Ева видела её в последний раз. Судя по всему, Катя вернулась к себе домой. Больше ей быть негде.
Ветер, сука, тоже трубку не берёт.
После душа отправляюсь штурмовать соседские ворота…
Глава 44
«Не знаю» — это не «нет»
Кажется, я ненадолго уснула…
Просыпаюсь от громких криков, несущихся снизу, из гостиной. Вскочив с кровати, накидываю халат и вылетаю из комнаты. Узнаю голоса Руслана и Макара. Слышу звуки ударов, мат. Что-то падает, разбивается…
Парни мутузят друг друга, повалившись на пол. Журнальный столик опрокинут, ваза разбита, ковёр залит водой…
— Прекратите! — кричу я, замерев возле парней.
Сердце сейчас выпрыгнет из груди от паники.
Удивительно, но они меня слышат. Резко прекращают драться, отпускают друг друга и поднимаются с пола. Когда встречаюсь глазами с Макаром, моё сердце начинает биться в совершенно другой тональности. Мрачно, драматично…
— Кать!
Он тянет ко мне руки, но я отшатываюсь и выставляю свои. Смотрю предупреждающе.
Не надо меня трогать! После этой девушки больше никогда не смей ко мне прикасаться!