Кира Резник – Доверенное лицо (страница 2)
Надя прочитала и наконец села.
Назначение внешнего сопровождения: требуется подтверждение доверенного лица.
Связанные случаи: Лосев И. А.; доступ ограничен.
- Откуда это у вас?
- Илья отправил мне вчера в ночь. Уже после смерти.
- После смерти сообщения любят ходить, - сказала Надя.
Марта кивнула слишком быстро.
- Поэтому я и пришла.
Телефон Нади снова завибрировал.
На экране высветилось входящее: Лазарев П. И.
Только под именем впервые появилась новая подпись.
Глава 2. Он разрешит
Паша приехал через двадцать семь минут.
Это было долго для него и быстро для города. Он вошёл мокрый, злой, с лицом человека, который по дороге успел трижды понять, что любое объяснение будет звучать как оправдание. На лестнице он не курил, хотя раньше в таких случаях хотя бы доставал пачку и мял её в кулаке. Теперь у него вместо пачки был телефон. Тоже вредная привычка, только с протоколом.
- Я ничего не подтверждал, - сказал он с порога.
Надя не ответила сразу. Марта стояла у окна, спиной к комнате, и смотрела на двор так, будто там могли предъявить ещё один документ против мёртвого мужа. Дождь бил в стекло мелко и настойчиво. В комнате пахло мокрой шерстью, холодным кофе и чужим страхом.
- Садись, - сказала Надя.
- Не надо со мной как...
- Садись, Павел.
Он сел. Не потому что подчинился. Потому что услышал имя без служебной формы и понял: сейчас всё хуже личного.
Надя положила перед ним уведомление по Лосеву. Паша прочитал один раз. Потом второй. На третьем чтении у него изменился взгляд - ушёл вперёд, в бумагу, но не зацепился за текст. Так смотрят не на ложь. Так смотрят на правду, которую поставили в чужую клетку.
- Лосев Илья Андреевич, - сказал он. - Я такого не знаю.
- А система знает, что ты должен был знать, - сказала Надя.
Марта резко повернулась.
- Вы правда следователь?
Паша поднял на неё глаза.
- Да.
- Тогда объясните мне, как живой человек может умереть, потому что какой-то другой живой человек, которого он не знает, не возразил?
Паша не стал говорить «я понимаю». Хорошо. Если бы сказал, Надя, наверное, что-нибудь бросила бы в стену.
- Никак, - сказал он. - По-человечески никак. По бумагам - надо смотреть.
- По бумагам он уже умер правильно.
- Значит, будем искать, где бумага стала раньше тела.
Марта снова отвернулась. В плечах у неё что-то дрогнуло, но она удержалась.
Паша достал свой телефон и показал Наде экран. Там висел запрос с отметкой времени: 23:41, вчера.
Подтвердите статус доверенного лица по связанному случаю.
Ниже кнопки:
Кнопка «запросить уточнение» была серой.
- Я нажал отказ, - сказал Паша.
Надя посмотрела на него.
- Когда?
- Сразу.
- И?
Он провёл пальцем вниз. Появилась служебная строка.
Марта тихо рассмеялась. Смех вышел маленький, безумный, но не истеричный. Просто человек впервые увидел механизм в чистом виде.
- То есть если вы согласны, вы согласны. Если вы не согласны, вы тоже согласны.
- Нет, - сказал Паша. - Если я не согласен, это нужно сказать так, чтобы они не смогли положить мой отказ в свой ящик. Я сказал неправильно.
Надя увидела, как ему это стоило. Не сам факт ошибки. Ошибались все. Страшнее было другое: его уже научили отвечать точнее, а он всё равно попал. Значит, ящик стал глубже.
- Не грызи себя сейчас, - сказала она. - Позже погрызёшь, если останется время.
- Спасибо за заботу.
- Это не забота. Я экономлю ресурс.
Марта взяла со стола ещё один лист и протянула Паше. Руки у неё наконец начали дрожать.
- Это было в его кармане. Мне отдали не сразу. Сказали, технические вещи, мусор. Я вытащила из пакета в туалете морга, потому что сотрудница ушла курить.
Лист был не листом, а обрывком плотной бумаги. На нём шариковой ручкой, чужой или почти чужой рукой, было написано всего две строки.