Кира Оллис – Эффект домино. Грешники (страница 9)

Как и предполагалось, мои поиски не увенчались успехом, и я разочарованно покидаю кабинет, чтобы убрать весь инвентарь и принять душ. Дальше в моих планах съесть все приготовленное Лорен за просмотром какого-нибудь хорошего фильма.

Ближе к концу драмы, сюжет которой от меня то и дело ускользал, раздается стук в дверь. Я чуть не давлюсь бутербродом от неожиданности. Брайан вернулся так скоро? Крадусь к двери на носочках и прислоняю к ней ухо. Что, если это чужак?

– Кассандра, это я, – слышу уставший голос Кроу по ту сторону.

Не раздумывая, распахиваю дверь и ловлю на себе любимый взгляд из-под полуопущенных ресниц. Уголок его рта приподнимается в ироничной ухмылке, и я вспоминаю, что стою перед ним в одной рубашке. Его рубашке. Молча рассматриваем друг друга, не находя подходящих слов. Предоставляю ему право первого хода, ведь это Кроу пришел ко мне, а не я – к нему.

– Составишь компанию? – озадачивает Брайан своим приглашением.

– Где?

– За ужином. Не хочу, чтобы ты торчала здесь взаперти. – Доброжелательность в его тоне меня настораживает. Последнее, что он обещал со мной сделать – убить, а теперь ведет себя так, словно мы старые-добрые приятели.

– Ладно. Я только переоденусь? – Показываю большим пальцем за свое плечо.

– Не нужно. Все равно, кроме нас, в доме никого нет. – И продолжает стоять передо мной, не давая возможности выйти.

Делаю шаг к Брайану и практически упираюсь носом в ямочку на его шее. Он одет в простую трикотажную футболку и шорты, но выглядит как настоящий концентрат мужественности. Судя по всему, Кроу успел побывать в душе. От него пахнет свежестью и морем, и я кое-как подавляю инстинктивное желание отведать его кожу на вкус. На несколько секунд время останавливается. Мы дышим единым воздухом. Наслаждаемся этой кратковременной непозволительной близостью и никак не можем воспротивиться силе, обездвиживающей нас. Кроу побеждает эту силу первым. Он отступает в сторону и жестом предлагает мне идти первой.

На столе в столовой вижу три коробки пиццы и бутылку вина. Если признаюсь, что мой желудок набит до отвала, то можно сразу уходить обратно, поэтому сажусь напротив, не говоря ни слова.

– Где Ханна? – не могу не поинтересоваться я.

Брайан медлит с ответом, всматриваясь в меня проницательным взглядом.

– Ханна здесь не живет, и она сейчас там, где и должна быть: у себя, – сухо отвечает он, насаживая на горлышко бутылки автоматический штопор.

– Но ведь вы… она… – теряюсь я, пытаясь сложить из слов предложение.

Кроу горько усмехается, будто слету понял, что я имею в виду, и разливает бордовый напиток по бокалам.

– Кассандра, давай не будем об этом? Я позвал тебя, чтобы наладить нормальное общение. И это уже вторая попытка, заметь.

– Ты любишь ее? – Затаиваю дыхание в ожидании приговора, наплевав на просьбу Кроу.

Протянув мне бокал вместо ответа, Кроу салютует своим и делает несколько больших глотков подряд, словно это поможет отвертеться от моих докучливых вопросов. Глядя на меня с хитрой тенью, он вертит в руке бокал как профессиональный сомелье и строго проговаривает:

– Предлагаю на сегодняшний вечер установить правила.

– А если я с ними не соглашусь?

– Тогда будем есть и пить молча, а потом спокойно разойдемся по своим спальням. – Брайан так смешно подчеркивает слово «своим», что выдает себя с головой. Он переживает, что наш вечер плавно перетечет в какую-то одну комнату?

– Хорошо. Что за правила?

– Ни слова о нас, прошлом и личном.

– А о настоящем?

– Кассандра…– предупреждает он меня, отрицательно покачивая головой.

Усмехнувшись, закрываю пальцами невидимую молнию на своих губах, показывая, что принимаю его правила. Любой разговор между нами будет куда лучше холодной войны. Смачиваю горло вином, наслаждаясь приятным послевкусием во рту от терпкой виноградной жидкости.

– Нашла в доме что-нибудь занимательное? – непринужденно спрашивает Кроу и откусывает приличный кусок пепперони.

– Ты ведь знаешь ответ. Просмотрел записи?

– Нет. – Кажется, он совсем не злится на мое своевольное поведение. – Просто я научился хорошо разбираться в людях и могу предугадать почти каждый твой шаг. Кроме некоторых… своеобразных действий, – он осекается, бросив взгляд на мой рот, и от последнего намека меня окутывает жаром.

– Ты разве знал, что я сорвусь к маме? – искренне удивляюсь я.

– Шансы такого исхода были высоки, поэтому я и перевел ее в другую клинику.

– И оплатил операцию, – добавляю то, что Брайан не озвучил.

– Считай это компенсацией морального вреда.

– Спасибо, – произношу вполголоса, теребя ножку своего бокала.

– Не за что.

– Что говорят врачи, Брайан?

– Ее состояние стабильное. Не вешай нос, – Кроу подмигивает, одаривая меня подбадривающей улыбкой, и я облегченно выдыхаю, не уловив в его взгляде обмана.

– Когда мне разрешат ее увидеть?

– У меня нет точного ответа, Кэсси, не вынуждай меня лгать.

Разве я могу настаивать, когда передо мной сидит такой вежливый прототип Брайана? Но раз он развязал мне язык, пользуюсь предоставленной возможностью по полной программе.

– Брайан, кто такой Ларри Робертс? Ты работаешь на него? – вконец смелею я.

Кроу осушает свой бокал до конца и начинает смеяться. Не отрывая от меня глаз, наливает еще. Решил напиться? С чего вдруг?

– А Интернет что говорит?

Приготовившись к длинному совместному вечеру, поднимаю ноги на стул, чтобы усесться поудобнее. Мои обнаженные колени, выглядывающие поверх стола, сразу притягивают внимание Кроу. В помутившихся глазах проявляется хорошо знакомая чарующая пелена, которая чертовски повышает мою самооценку.

– Интернет мало чем помог: крупный бизнесмен, вдовец, двое детей.

– Это правда. Поешь.

Брайан протягивает мне кусок пиццы, а я, вместо того чтобы взять его рукой, медленно приближаю лицо и откусываю.

Взгляд глаза в глаза, его выдох – мой вдох, атмосфера между нами неотвратимо меняется с непринужденной на крайне интимную. Боже мой, я всего лишь взяла ртом еду из его рук, а он смотрит так, словно представляет вместо пиццы нечто иное.

Долго ли мы сможем поддерживать видимость дружбы?

***

Брайан

Кассандра проводит пальцем по нижней губе, убирая с нее каплю прилипшего соуса от пиццы, а я взвешиваю в уме, будет ли чересчур подло трахнуть ее снова прямо сейчас? На столе или на стуле, или на полу? Черт, да на любой поверхности в шаговой доступности. Я соскучился. Постоянное желание близости с этой девушкой становится больной одержимостью, от которой есть единственное лечение: она. Но мне необходимо держать себя в руках. Осталось дождаться отмашки Макса, и все будет кончено.

– Да, я работаю на Робертса. – Надеюсь, мой ответ удовлетворит неуемное любопытство Кэсси, хотя и могу понять его причины. Я тоже вряд ли сидел бы на месте и ждал у моря погоды. «Кто владеет информацией – тот владеет миром».

– Ты убиваешь людей? – беспокоится наивная глупышка.

– Ты действительно хочешь знать правду?

Ее взгляд застывает на мне. В нем бушует такой противоречивый микс из решительности и страха, что меня это завораживает.

– Хочу.

– Да. Путь в рай мне точно закрыт, – признаюсь я, допивая до дна вторую порцию. Алкоголь нисколько не помогает направить мысли в иное русло, поэтому отставляю опустошенный бокал в сторону.

Кассандра молчит, безотрывно вглядываясь в мои глаза, и выдает:

– Если ты это делаешь, значит, они заслужили.

– Ты меня оправдываешь, серьезно? – по-доброму посмеиваюсь я, чуть подаваясь вперед.

– Ты – хороший человек, Брайан. Ты никогда не стал бы таким, как… как Шейн, – уверяет меня та, кто больше ни черта обо мне не знает.

Как я счастлив, что имя этой паскуды, произнесенное ее устами, не вызывает во мне ничего, кроме пустоты.

– Ошибаешься, Кэсси. – Подцепляю завиток ее волос и слегка тяну на себя, вынуждая девушку придвинуться почти вплотную к моему лицу. – Я стал гораздо хуже. А знаешь, почему?