Кира Лихт – Золото и тень (страница 79)

Глава 13. Агада

Маэль шелестел картами катакомб, заканчивая последние приготовления. Я, скрестив ноги, сидела на уступе стены и нервно теребила ткань джинсов. Эванджелина, по обыкновению, спала у меня на ключицах, но сейчас тепло ее тела меня не успокаивало. Я думала о Джиджи и Джемме – девочки в курсе происходящего, они дожидаются нашего возвращения в кафе неподалеку от выхода из катакомб. Стоит нам покинуть сад, в который ведет «Кроличья нора», как Джиджи с Джеммой сразу нас заметят. При мысли о том, что они рядом, мне немного полегчало.

– А ты можешь кидаться огненными шарами? – поинтересовалась я. Фокус Энко произвел на меня впечатление.

– А? – рассеянно отозвался Маэль, изучая нарисованные им карты. В мою сторону он даже не взглянул.

– Энко управляет огнем. Ты тоже это умеешь?

– Нет, – ответил Маэль, аккуратно складывая карту. – У всех сыновей Аида разные силы.

Услышав приближающиеся шаги, мы с Маэлем настороженно замерли. Мне хотелось узнать, есть ли новости о Персефоне. Стоит ли мне опасаться за свою жизнь? Впрочем, сейчас не место и не время об этом спрашивать. Я соскользнула с уступа, Маэль торопливо спрятал карты. Несмотря на установленные по периметру помещения прожекторы, освещение здесь оставляло желать лучшего. В туннеле заплясали огоньки фонариков, и до нас донеслись голоса. Маэль, успевший заслонить меня собой, громко выдохнул. Через несколько секунд в проходе показались люди.

– Маэль? – удивился высокий кудрявый блондин. Я сразу его узнала – это Клеман, лучший друг Маэля.

– Привет, – отозвался Маэль. – Как дела?

Вслед за Клеманом в помещение вошли остальные друзья Маэля. Если память мне не изменяет, все они – катафилы. Ну а Мадлен, также известную как Мэдди, ни с кем не перепутать. Даже в бесформенных брюках-карго и кроссовках она выглядела сногсшибательно.

– Клеман, Рафаэль, Максим, Артур, вы же помните Ливию? – спросил Маэль и, удивленно склонив голову набок, добавил: – О, Мэдди, и ты здесь. Привет. Тоже собираешься вниз?

Друзья Маэля согласно замычали, мол, да, они меня помнят. Мы поздоровались. А вот Мэдди меня проигнорировала. Надув губки, она сказала:

– Да, собираюсь. Кстати, Маэль, нам надо как-нибудь встретиться! В прошлый раз мы так славно посидели…

Маэль взял меня за руку. Я вздрогнула от неожиданности.

– Прости, Мэдди, но мы с Ливией встречаемся.

Услышав это недвусмысленное заявление, я удивилась не меньше Мэдди, которая прошлась по мне оценивающим взглядом. Я прекрасно понимала, что не такая худая, как она, и что эти обтягивающие джинсы меня не красят… Маэль обнял меня за талию и погладил по бедру. Я прильнула к нему. Знаю, Маэлю нравится моя фигура, да и меня она устраивает. Это самое главное. Мне не нужны ни восхищенные взгляды других, ни одобрение какой-то Мэдди.

Мэдди посмотрела на руку Маэля, лежащую у меня на бедре.

– Из вас вышла миленькая парочка, – произнесла она так, словно желала, чтобы на наши головы разом обрушились все казни египетские.

– Не знал, что ты собираешься сегодня в катакомбы, – сказал Клеман, скрестив руки на груди, и посмотрел на меня. – Ливия, ты знаешь окрестности?

Я покачала головой, и Клеман укоризненно посмотрел на Маэля.

– У Ливии нет опыта, она не знает местности, а ты собираешься с ней в катакомбы?! Это все равно что пойти одному, а наше первое правило гласит: никогда не бродить по катакомбам в одиночку! Мне начинает казаться, что за последние дни ты забыл все, чему мы учили тебя четыре года. Как Ливия найдет обратный путь, если ты потеряешь сознание? Или если что-нибудь себе сломаешь? Ты поступаешь безрассудно! И к тому же подвергаешь свою девушку опасности.

Маэль неловко переступил с ноги на ногу.

– Клеман… Сегодня – первый и в последний раз. В порядке исключения.

– Чушь, – встрял Артур. – Люди Джонни уже видели вас двоих в катакомбах.

Маэль громко вздохнул.

– И что? Вы меня выгоняете? Мне теперь запрещено ходить в катакомбы?

Неужели сообщество катафилов настолько могущественно, что это в их власти?!

Клеман задрал подбородок.

– Маэль, ты – мой лучший друг, но за последние несколько недель я видел тебя всего раз. Ты не отвечаешь на звонки, игнорируешь сообщения… Тебя никто не выгонит, потому что мы братья. Вступить в семью катафилов – не то же самое, что принять запрос на дружбу в ««Фейсбук»е». Это нерушимая клятва, – сказал Клеман, посерьезнев. – Мы беспокоимся. Беспокоимся о тебе, а теперь еще и о Ливии. Она здесь гостья. Тебе следовало написать, что вы собираетесь в катакомбы. Мы бы пошли все вместе. Передвигаться группами безопаснее. Катакомбы – неподходящее место для свиданий. Этим карьерам более трехсот лет, они непредсказуемы, как погода в тропиках.

Маэль понуро опустил голову, и выражение лица Клемана смягчилось. Он скользнул взглядом по пледу, расстеленному на уступе, посмотрел на набитый под завязку рюкзак Маэля и, наверное, решил, что мы собираемся устроить пикник вдали от посторонних глаз, чтобы спокойно обниматься и целоваться.

– Это в последний раз, ясно? Больше никаких свиданий в катакомбах.

Я быстро кивнула и ткнула Маэля в бок. Сегодня мы собираемся положить конец эпопее с проклятым золотом и воскресить Агаду. Нельзя допустить, чтобы эти гиперответственные катафилы выпроводили нас отсюда!

– Понял, принял, – отозвался Маэль. – Клеман, я позвоню тебе, как освобожусь.

Клеман добродушно кивнул, Мэдди усмехнулась.

– Что ж, тогда вперед, – сказал Клеман, повернувшись к остальным. – На следующем перекрестке поворачиваем налево, но осторожно, в тридцати метрах начинаются грунтовые воды. Максим, пойдешь первым. – Клеман оглянулся на нас с Маэлем. – Будьте осторожны. У этого помещения лишь один выход.

Мы послушно закивали. Остальные попрощались с нами и ушли, а Клеман нерешительно замер в проходе.

– Маэль. Пообещай, что будешь осторожен, – настойчиво сказал он. – Здесь, внизу, небрежность может стоить жизни.

– Обещаю.

– Тогда увидимся, – Клеман кивнул, махнул рукой на прощание и исчез в темноте прохода. Только после того, как его шаги стихли вдали, Маэль позволил себе расслабиться. Он отпустил меня и провел рукой по волосам, явно нервничая.

– Однажды Клеман станет отличным отцом, – сказал он.

– Он прав.

– Конечно, он прав. В конце концов, мы же говорим о Клемане. Вообще-то я с ним согласен. Но у нас особый случай, и он требует особых мер.

– Ты про свою сестру?

Маэль мрачно кивнул, сложил руки и принялся поглаживать браслеты.

– Твой отец и Энко носят по одному браслету, – заметила я. – Почему ты носишь два? И узоры на втором отличаются…

Маэль нежно прикоснулся к браслету на левом запястье. Тот выглядел не таким массивным, как другой браслет, а узоры на нем – более изящными и нежными.

– Он принадлежал моей матери. Других украшений у нее не было. Мамин сутенер заложил этот браслет, чтобы покрыть расходы на ее похороны. Я выкупил его у ростовщика. – Маэль тяжело сглотнул и с силой сжал браслет. Значит, он взял себе мамин браслет и до сих носит его, хотя прошло уже три тысячи лет? Как трогательно!

Я встала напротив Маэля и разжала его пальцы.

– Уверена, мама очень тебя любила. Она бы гордилась, увидев, каким ты стал.

Маэль кивнул и опустил взгляд. Я взяла его руки в свои.

Интересно, говорил ли он всерьез, заявив Мэдди, что мы встречаемся? Хочу спросить, но не могу найти слов… И боюсь ответа. С одной стороны, мне хочется узнать правду, а с другой… может, некоторые вопросы лучше не озвучивать? Я все еще терзалась сомнениями, когда Маэль отпустил мои руки, потянулся за рюкзаком и сказал:

– Я тебе кое-что обещал.

На мой вопросительный взгляд он вытащил блокнот и раскрыл его посередине.

– Настало время поведать тебе о том, что я разузнал о нимфах. – Маэль взмахом указал на плед и сказал: – Будьте любезны сесть, уважаемая нимфа.

Невольно улыбнувшись, я подчинилась. Маэль встал передо мной, облизнул указательный палец и начал лихорадочно перелистывать страницы.

– Так, с чего начать? О, вот. Точно.

Маэль может быть таким милым, когда захочет! Я схватила его за шлевки джинсов, коснувшись полоски кожи между футболкой и боксерами. Притянула к себе, заставляя встать между моими раздвинутыми коленями. Маэль выразительно посмотрел на мою руку.

– Ты меня отвлекаешь. Так я не могу сосредоточиться!

– Тебе просто надо прочитать, что там написано!

Маэль лукаво улыбнулся:

– Ты до сих пор не поняла, какое действие оказываешь на меня?

– Нет, не поняла, – отозвалась я и провела пальцем по его коже.

Маэль вздрогнул, его зрачки расширились, будто ему вкололи адреналин.

– Ливия…

Я убрала руку.