Кира Калинина – Звезды с корицей и перцем (страница 40)
Рикард продиктовал полицейскому номер сётстадского следователя, который занимался делом о диверсии на Объекте. Эльга стояла перед ним, мягко касаясь пальцами его плеч и груди и с затаeнным нервом в голосе спрашивая, где больно, а Рикард наслаждался теплом еe рук.
– Тебе надо к врачу, убедиться, что нет серьeзных повреждений. Сгоряча ты можешь не чувствовать…
Рикард покачал головой. Кажется, прыгая, он немного потянул мышцы и заработал с полдюжины ушибов. Но это ерунда. Во время испытаний ему досталось крепче.
Оправив рубашку, он осмотрел себя, поморщился и надел пиджак. Махнул пятернeй по волосам.
– Думаю, так я похож на приличного человека. По крайней мере, в это время суток. Идeм.
Он взял Эльгу под руку, потом обнял, укрыв курткой, и она прильнула к его плечу. Так естественно, будто никуда и не пропадала, будто эти десять дней иссушающей пустоты ему приснились. Рикард ощущал рeбрами упруго-мягкое давление еe груди, чуял пьянящий женский запах, слышал стук сердца, всe ещe недостаточно ровный после пережитого волнения.
Отпустить? Да черта с два!
Небо быстро темнело, и, нырнув под полог деревьев, они очутились в глубоком мраке. Сад смыкался вокруг, как сказочный дремучий лес. Проснулись сверчки. Эльга рассказала, как встретила Карпета в деревушке по имени Сьюз, но решила, что обозналась. Можно ли было предположить, что нелепый драчун из еe юности окажется отказчиком-террористом по прозвищу Рыбачок? Очевидно, он прослышал об аресте Хоппера и сбежал в родные края пересидеть бурю. Или получил задание устроить диверсию на Вратах…
Фонарей в саду не было, однако местным жителям это не мешало, скорее напротив. Навстречу попалась парочка – два тeмных силуэта, идущих вплотную друг к другу. При виде Рикарда и Эльги женский силуэт стыдливо подался в сторону, и Рикард понял, что эти двое совсем молоды, едва ли старше, чем они с Лелей десять лет назад.
Десять лет. Проклятье!
Биенцы прошли мимо. Шаги за спиной звучали всe глуше, но Рикард не стал ждать, когда они стихнут совсем. Потянул Эльгу за кусты и, развернув к себе, поцеловал – пока она не пришла в себя окончательно, пока не стала опять чужой. Он пил мeд еe губ с клубничным привкусом новой помады, чувствуя с жадным ликованием, как льнeт к нему тeплое упругое тело. Их дыхание смешалось, языки танцевали и сталкивались в ласке-борьбе, но когда Рикард попытался уложить Эльгу на траву, она вырвалась из его рук:
– С ума сошeл! На кого я завтра буду похожа?
Она всe ещe собиралась на Мелор.
Мелькнула мысль о номерах с ванной и свежими простынями, но он подхватил с травы упавшую куртку и повлeк Эльгу в глубь зарослей.
Хорошо бы найти ту заброшенную беседку. Впрочем, и эта полянка подойдeт.
– Что ты делаешь? – изумилась она, когда Рикард расстелил на земле куртку, пиджак и начал расстeгивать рубашку, а затем раскинул еe чуть в стороне.
– Это для твоих юбки и жакета, чтобы не испачкались о траву, а это, – он кивнул на куртку, – для нас с тобой.
– Ты серьeзно? – В еe голосе звучал смех. – Как школьники, в парке, на траве?
Она не послала его к чeрту… И Рикард не стал больше ждать. Еe губы налились соком и сделались ещe слаще, пуговки и крючки как будто сами выскакивали из петель, тeмный шeлк стекал с белой, точно светящейся во тьме кожи, и Эльга запрокидывала голову, подставляя шею и грудь под его поцелуи.
В прошлый раз он держал себя в узде, боялся поспешить, а сейчас… Сейчас просто делал всe возможное, чтобы его беглянка почувствовала: их первая и единственная ночь, воспоминание о которой она хотела увезти с собой, – лишь пролог к тому, как всe может быть. Сегодня, завтра, потом, в другие ночи и дни, много, много раз.
Поляна, укрытая поволокой тьмы, плыла вне времени и пространства, качаясь, как ковчег в океане ночи… Волшебное чувство из юных лет, когда кажется, будто на свете нет никого, кроме тебя и той, что в этот миг стала для тебя всем миром.
Они переговаривались тихо, почти шeпотом, так же тихо смеялись, и ему было хорошо, как никогда в жизни.
Потом он завeл речь об общем будущем, и чары развеялись. Эльга лежала в его объятьях, но казалась далeкой, словно окраинный Ранд. Воздух остыл, и еe кожа была холодна. А когда он попытался теснее сжать объятья, она змейкой выскользнула из его рук.
– Ты ведь не думаешь, что сможешь меня удержать? Я всe равно уйду, Рик, поможешь ты или нет, я решила.
– Всe ещe мстишь мне? – Голос стал сиплым. Ему будто удавку на горло накинули.
– Не говори глупостей.
Она отвернулась, села, обняв колени, и уткнулась в них лбом.
Утро постепенно рассеивало мрак, из просветов во влажной листве наползала бледная мгла. Рикард понял, что безмерно устал, и всe же попытался ещe раз:
– Ты же сама оставила для меня следы. Все эти записки, приоткрытые двери, намeки, подсказки, строчки в письмах, они как будто кричали: «Найди меня! Это твой шанс!» Последний шанс. Испытание, верно? И я его прошeл! Да, я наделал глупостей, но я не хочу снова потерять тебя. Эльга, посмотри на меня, пожалуйста.
Она сжалась на секунду, потом резко поднялась и начала одеваться.
Рикард боялся, что она уйдeт к Экбертам. Но она легко согласилась на гостиницу, даже подсказала ту, что ближе и приличнее.
На споры у обоих не было сил.
Ванна, завтрак в номер, чистая постель.
Всe прочее – после.
Когда он открыл глаза, уже перевалило за полдень. В кровати рядом было пусто, и его обдало ледяной тоской. Затем послышался лeгкий шорох, короткий стук, словно кто-то переступил каблуком по паркету. Он приподнялся на локте: Эльга, в серой юбке и чeрном белье с серебряно-белым кружевом, укладывала волосы у зеркала.
Заметив, что Рикард проснулся, она кивнула на плюшевый диванчик у дверей:
– Твой костюм принесли. Всe почищено и приведено в порядок.
– Хорошо. – Он спустил ноги на шершавый коврик.
Сейчас они были, как супружеская пара, которая прожила вместе не один год и заночевала в провинциальной гостиничке по пути… неважно куда.
Он постоял у Эльги за спиной, глядя на еe соблазнительное отражение и на своe – растрeпанное и небритое. Коснулся губами гладкого голого плеча, вдохнув еe запах, и пошeл в ванную.
В конце концов, три года врозь – это не так много. Они смогут переписываться, встречаться.
Если у неe будет время, если она захочет… Если не найдeт себе другого. Или не решит окончательно отказаться от личного ради карьеры. Если сам он не сойдeт с ума от ожидания, страха и ревности.
Когда он вернулся в комнату, Эльга была уже полностью готова и стояла у окна, глядя на улицу – красивая и неприступная.
– Никогда не была в этом ресторане. – Она кивнула куда-то наружу. – Можно пообедать там. Время ещe есть.
Он как раз застeгивал манжету на рукаве выстиранной и отглаженной рубашки, но от этих слов его проморозило насквозь. Время есть. Ещe есть. Не чувствуя пальцев, он протолкнул пуговицу в петлю.
– Эльга.
Она обернулась – настороженная, готовая к отпору.
– Я согласен, – сказал он. – Я пойду с тобой на Мелор. Только дай мне пару недель передать дела.
Она широко раскрыла глаза, разом потемневшие, блестящие, словно в лихорадке.
– Не надо, Рик, – прошептала одними губами. – То, что ты делаешь – здесь, на Смайе, – это важно. Ты никогда не простишь мне…
Она осеклась, быстро сморгнула и отвернулась, закусив губу.
А если не Мелор причина еe упрямства? – подумал вдруг Рикард.
Он за эти дни пересмотрел свою жизнь. Возможно, она тоже, и отнюдь не в его пользу. Может, чувства к нему стали обузой, которую ей хочется сбросить. Да и есть ли они ещe, эти чувства?
Он подошeл вплотную, чтобы лучше видеть еe лицо, сумрачное на фоне окна – только глаза мерцали алмазной влагой.
– Эльга, ты… любишь меня?
– Люблю, – сказала просто, не отводя взгляда.
И Рикарду ударило в голову – солнцем, кровью, надеждой:
– Тогда всe неважно! Мы найдeм решение, только скажи, что хочешь быть со мной!
Она опустила ресницы и не отвечала долгую минуту. Потом судорожно вздохнула, словно борясь с удушьем, стиснула руки, и стало заметно, что она дрожит. Сжатые губы побелели, лицевые мышцы как будто свело судорогой.
Ему сделалось страшно от вида этой внутренней борьбы. Казалось, тронь, и напряжение разорвeт еe на части.
Рикард стоял, слушая шум пульса в висках и не смея вздохнуть, пока не стало жечь в груди. Тогда он очнулся, порывисто обнял Эльгу и принялся целовать, собирая солeную влагу с еe щeк, – и между поцелуями услышал слабое:
– Да… Да, хочу!
Замер, оглушeнный, дыша фиалковым запахом еe волос.
У обоих не осталось сил, и некоторое время они просто сидели рядом, соприкасаясь плечами и бeдрами. По полу разливался свет, подчeркивая царапины, пятна и щербинки на паркете. За окном пролетела птица, еe нагнала другая, и, кружась, они парой унеслись в вышину.
Был момент, когда Рикард посчитал упрямство Эльги капризом. Годом раньше, годом позже – стажировка никуда от неe не денется, это строительство Врат нельзя отложить. Он столько лет шeл к своему нынешнему положению, работал на износ, – и бросить всe из-за женской прихоти?..