Кира Фарди – Снова ты?! (страница 2)

Точно! Валерьянка! Вот что мне сейчас необходимо, как утопающему — спасательный круг. За те несколько минут, пока мы шли к медпункту, я немного пришла в себя. Устроилась на кушетке, закрыла глаза и, пока медсестра колдовала над пузырьками, попыталась собрать мысли в кучу.

Откуда здесь взялся Ян? Он вылетел из соседней группы, значит, приводил туда ребёнка. Своего? Когда мы встретились впервые пять лет назад, он работал в отеле простым уборщиком и о браке даже не заикался. Да и группа эта — старшая, для детей пяти-шести лет. Неужели нагулял на стороне?

Вот паразит! После всего, что он сделал...

Отчего-то предательски сжалось сердце. Этот красавчик наверняка трахает всё, что движется, не задумываясь о последствиях.

— Выпейте, вам станет легче, — словно сквозь толщу воды, прорвался ко мне голос медсестры.

— С-спасибо.

— Вы бледная, выглядите неважно.

— А? Что?

Конечно, неважно. После войны с Валюшей все домашние выглядят как после бомбёжки. Эта девчонка на уши весь дом ставит, если чего-нибудь захочет. Характер — чистый папаша…

Папаша! Я судорожно вздохнула.

— Всё же советую обратиться к врачу.

— Да, конечно.

Я проглотила залпом валерьянку, поморщилась, но резкий запах немного прояснил мозги.

А что, если Ян приходил к воспитательнице? Кто работает в той группе?

— Простите, не подскажете, в группе «Солнышко» работает Марина Завьялова? — спросила я наугад и замерла в ожидании.

— Нет, что вы. Мария Степановна там уже тридцать лет трудится. Не можем старушку выселить на пенсию, приросла к группе!

Стоп! Тогда это его мать? На бейджике Яна светилась фамилия Данилов. Это я прекрасно запомнила.

— А как её фамилия?

— Васильева. А вам-то зачем? — насторожилась медсестра. — Простите, но мне нужно на обход.

— Да-да! Конечно!

Я вскочила и побрела наугад по садику, но мысли всё ещё крутились вокруг этой внезапной встречи.

«Получается, он привёл ребёнка. Но какого?» — терзалась я вопросом, чувствуя себя Шерлоком Холмсом в юбке.

Сама не заметила, как оказалась возле группы «Солнышко» и, поддавшись порыву, тихонько зашла внутрь. Из игровой комнаты доносились голоса детей и воспитательницы, аппетитно пахло кашей и какао, а в раздевалке никого не было.

Я быстро пробежалась взглядом по шкафчикам: фамилия Данилов нигде не значилась. Провал!

Моё детективное расследование потерпело фиаско.

Домой я ехала в полном раздрае чувств. Воспоминания пятилетней давности, как штормовая волна, обрушились на меня, смяли, уничтожили мою еще утром безмятежную душу.

Глава 3

Пять лет назад

Мила Малышева

— Прибью эту заразу к чертовой матери! — прошипела я сквозь стиснутые зубы, осторожно ступая на лестницу, ведущую в черную пасть ночного клуба.

— Свали с дороги, козявка! —рыкнул за спиной чей-то бархатный голос.

Я испуганно прижалась к холодной, шершавой кладке. Мимо рысью пронеслись две горы мышц: белая и черная. Их тени скользнули по стене, растворяясь в полумраке.

— Твою ж дивизию! Чтоб вам пусто было!

— Ты что-то сказала? — обернулся парень в белоснежной рубашке.

Идеальные зубы хищно блеснули в усмешке. Больше ничего разглядеть я не успела: предательские стекла очков вмиг затянуло молочной пеленой.

— Отвали! — прошептала я.

Но парень уже умчался вниз, щелкая каблуками по ступенькам. Я начала спускаться тоже.

Моя сестрица Ленка умудрилась улизнуть прямо с собственной помолвки, и теперь я, словно гончая, была спущена с цепи родителями на ее поиски.

Наконец лестница закончилась, и я ступила на плиты танцпола. Здесь было еще хуже.

Оглушительный грохот музыки обрушился на меня, словно водопад. Хищные огни стробоскопов выхватывали из темноты искаженные лица, пляшущие на стенах призрачные тени. Безумный ритм терзал барабанные перепонки. Тягучее, болезненное раздражение, проснувшееся в душе еще час назад, вспыхнуло с новой силой.

— Кого ищем, красотка?

Я повернулась, поправила на носу запотевшие очки, прищурилась, но ничего не разглядела: сплошное мутное пятно. Еще бы, очковый маскарад в этом дерьмовом клубе работал против меня.

— Вовчик, забей на этот синий чулок!

Приказал все тот же бархатный голос. Я повернулась на звук, но увидела белую рубашку и снова мутное пятно лица.

Синий чулок? Как же! Хотя… я вырядилась в черный деловой костюм и туфли на низком каблуке специально, чтобы казаться старше и избегать как раз вот таких ненужных приставаний.

С трудом, расталкивая танцующих локтями, я пробилась к стойке бара. Яркие светильники играли лучами на хрустальных бокалах, пузатые бутылки манили этикетками, бармен с ловкостью фокусника размахивал шейкером.

— Что вам?

Тут же подлетел ко мне он, но, окинув небрежным взглядом, ушел к другому клиенту. Видимо, я не внушала доверия своей физиономией и платежеспособностью.

— Эй, я была первой! — рявкнула я. — Мне… — тут я растерялась: никогда не пила алкоголь, за нас двоих отрывалась сестрица. Черт! Я окинула взглядом полки. Что пьют в таких заведениях? Как-то не хотелось выглядеть белой вороной в этом царстве порока. — Текилу… двойную порцию.

— Уверены?

— Слушай ты! Я клиент. Что заказала, то и тащи! Или… мне позвать директора?

— Паспорт покажи! — не растерялся бармен.

— Что? — я даже опешила от такой наглости.

— Глеб, что тут у тебя?

Опять тот же бархатный голос. Я покосилась, но белая ткань рубашки засверкала от ультрафиолета так ярко, что в этом сиянии полностью растворился ее хозяин.

— Да вот… девица… текилу просит. Выглядит как малолетка.

— Я не малолетка! Мне уже восемнадцать!

От возмущения все нутро встрепенулось, но невидимый парень лишь засмеялся.

— Налей ей. Раз пришла, значит, душа просит. Слушай, а что у нас сегодня с музыкой?

— Ди-джей уволился, вот и приходится слушать это дерьмо.

— Н-да, непорядок.

Белая рубашка поставил стакан и растворился в сияющих огнях.

— Босс, ты сам к пульту встанешь? — крикнул бармен ему вслед.

— Ага.

Я слушала вполуха чужой разговор, крутила в руках стакан и оглядывала зал. И тут заметила Ленку.