Кира Фарди – Измена. Я тебя не прощу (страница 13)

– Да, однако тратит все на себя. Были сбережения, неудачно вложил, прогорел.

– Ваше имущество вы приобретали сами или купили в браке?

– В браке.

– При разводе придется отдать половину активов ему.

Я зажмуриваюсь, стискиваю зубы от злого бессилия. Я вложила в этого мерзавца всю душу. Он был обычным смазливым парнем из семьи алкашей. Это я сделала из него звезду, медийного человека.

– А если я не хочу?

– Придется. Суды бомжей не любят, обязательно заставят поделиться жильем с мужем.

– Есть ли другие варианты?

Глава 7

Александр молчит, словно перебирает в голове что-то, но не решается мне сказать.

– Есть. Вы можете сохранить все, если отдадите мужа другой.

«Отдайте мужа другой», – звенят в ушах слова юриста.

Я сижу в кабинете, передо мной стопка бумаг на подпись, но буквы сливаются, глаза ничего не видят. Я думаю, думаю, думаю…

И как отдать Димку другой?

Сказать:

– Милый, или к своей любовнице. Совет вам и любовь?

А он ответит:

– Хорошо, сладкая. Хочешь развода? Отлично! Но сначала отдай мне половину активов и имущества. И дом в придачу. А сама поживи в городской квартире.

Отдать несложно, но муж без денег не уйдет. Значит надо сделать так, чтобы их не осталось.

И что тогда делать?

Телефонный звонок выдергивает из мыслей. Смотрю на экран – Наташка. Пальцы сами сжимаются в кулаки. Намеренно не отвечаю. Она звонит еще несколько раз, наверняка хочет поделиться своей версией случившегося.

Я открываю сделанные в отеле фото. На них полиция выводит из номера Димку и Наташку, не дав им толком одеться. Блузка подруги торчит одним углом из брюк, верхние пуговицы не застегнуты, ремень тянется по полу.

Не лучше выглядит и Димка. Его тщательная маскировка разрушена. Парика с кудрями нет, бейсболка пропала, очки тоже. Его лицо хорошо видно на фото. Идея рождается спонтанно, но к ней нужна подготовка.

Я сама набираю Наташку.

– Ты меня бросила, – ноет в трубку она. – Жизнь – боль!

– А что случилось? Я была на совещании.

– У тебя же совещание по средам, а сегодня – четверг.

– Это внеплановое.

–А-а-а… Рин, мне плохо. Я хочу поговорить с тобой. Приезжай в наше кафе.

Я быстро подмахиваю нужные бумаги, хватаю плащ и вылетаю из кабинета.

– Зонтик возьмите! – кричит мне вслед Милочка. – Дождь идет!

Но я уже вызываю лифт. Желание увидеться с подругой и плюнуть ей в лицо, переполняет меня.

И тут новая идея приходит в голову.

Я бегу обратно в приемную. Мила удивленно смотрит на меня. Тяну ее за собой в кабинет и плотно прикрываю дверь.

– Мила, у тебя есть знакомая, которая за деньги может разыграть сценку?

– Сценку? Какую?

Я придвигаюсь ближе к секретарше и торопливо излагаю свою идею. По мере моего рассказа ее брови поднимаются все выше.

– Поняла?

Вытаскиваю из сумочки пятитысячную купюру.

– Д-да, но это… как бы… некомильфо.

– А спать с моим мужем комильфо? – Мила отрицательно качает головой. – Вот то-то же. Я вышлю координаты кафе. А там по моему сигналу.

– Какому?

– Я возьму в руку нож.

Вот теперь я полностью готова к встрече с предательницей Наташкой. Я вышла на тропу войны и уже не остановлюсь, пока не дойду до полной победы.

На улице действительно идет дождь, мелкий, моросящий, осенний, как и мое настроение. Бисерные капли покрывают лицо, оседают на волосах, пока я иду к машине. Но вчерашние растерянность и шок прошли, я чувствую себя бодрой и сильной.

– Ринка, как я рада тебя видеть! – бросается ко мне с объятиями подруга.

– Ага. Я тоже.

Я намеренно отстраняюсь, не даю к себе прикоснуться. Кажется, если Наташка дотронется до меня, сорвусь, вцеплюсь ей в волосы и оттаскаю хорошенько на глазах у посетителей кафе.

Подруга тянет меня к столику на широкой террасе, опоясывающей весь второй этаж кафе. Сегодня она одета стильно в синий твидовый жакетик от Коко Шанель и такую же юбку. Этот наряд, если он, конечно, не китайская реплика, а настоящий, стоит не меньше миллиона рублей.

«Откуда у нее такие деньги? – скриплю зубами я. – Сначала кольцо, теперь шмотки! И все за мой счет! Не выйдет!»

– Здесь холодно и сыро, – морщусь я, оглядывая влажную террасу: открытую всем ветрам.

– Нет, свежо. И подальше от людей.

– Да что случилось?

Официант приносит нам теплые пледы и горячий шоколад. Мы укутываемся, но Наташка не торопится начинать разговор. Видно, что она нервничает: крутится, беспрестанно оглядывается, то надевает темные очки, то снимает их.

– Просто так, не хочу никого видеть, – уклончиво отвечает она.

«Все ясно, прибежала за информацией», – усмехаюсь про себя.

Я прекрасно понимаю, что сейчас под ногами Наташки земля горит. Она не знает, что сказал мне Димка, не представляет, выложили их совместное фото в сеть или нет. Ей очень важно видеть мою реакцию.

А может, наоборот. Это муж послал ее на разведку ко мне в расчете на то, что я с подругой буду откровеннее.

Что ж, хотите получить информацию, вы ее, голубки, получите.

Я спокойно потягиваю горячий шоколад, смотрю вниз с террасы на шумную улицу, на поток машин, в которых сидят спешащие по делам хозяева, и улыбаюсь.

Я скала! Кремень! Меня такие, как Наташка и мой муж, не убьют, не уничтожат!

– Хорошо, – поворачиваюсь к Наташке.

– Рин, ты спросила у Димки насчет измены?

Вот оно! Раздуплилась, не выдержала!

– Нет. Да и как об этом спросишь? Повода нет. Если это правда, вопрос его насторожит. А если нет, он подумает, что я ему не доверяю.