Кира Фарди – Измена. Предатели должны гореть в аду (страница 45)

— А Элину упасть в обморок тоже ты подговорила?

— Эльку? Больно надо! Она на диете сидит, вот и грохнулась.

— Ага, значит, знаешь о ситуации, подглядывала?

— Больно надо! — хорохорится, но уже не так уверенно, как вначале.

— А фото в чате университета ты выложила?

Делаю шаг к ней, она отступает, оглядывается. Мы в коридоре одни. Это отделение дополнительных служб, а сейчас обеденный перерыв.

— Спятила?

Но в ее глазах мелькает страх. Все же разговаривает не с подружкой из подворотни, а с преподавателем, который медленно, но верно наступает.

— Глупый поступок. Пост несложно разыскать, даже если ты его уже удалила. Я поручила нашим айтишникам это сделать.

— Я ничего не выкладывала! — вскрикивает девчонка.

— И потом, наверняка на фото спектакль, а не реальное событие.

— В детектива играешь?

Мне надо дожать эту занозу и сделать так, чтобы она больше не смела ко мне лезть ни под каким предлогом.

— Простая логика. Заснять обморок, да еще так, чтобы я была рядом, а потом сделать пост, выложить его, размножить, чтобы все увидели, как я довела студентку до потери сознания, а потом удалить — на это понадобится намного больше времени, чем длилось событие на самом деле.

— Да пошла ты! — Лика фыркает, с силой толкает меня и выхватывает телефон: — Я сейчас твоему мужу позвоню.

— Отлично, звони, поговорим втроем.

— Я у Мишки отдушкой была от скуки семейной жизни.

Усмехаюсь: «Ну и тупа ты, девочка! Отдушину с отдушкой перепутала. Уровень известной американской комедии».

— То-то, чувствую, воняет, — говорю с наслаждением, хотя знаю, что провоцирую Лику.

И она срывается.

— Су-ка! — Лика вопит так, что стены дрожат.

Швыряет в меня телефон, я отшатываюсь. Дорогущий айфон попадает в окно, я даже вздрагиваю от грохота и сжимаюсь. Но стекло выдерживает удар, а вот мобильник — нет. Он падает на плитку пола и разваливается на части.

— Что случилось? — выскакивают из бухгалтерии сотрудницы.

— Небольшой нервный срыв, — успокаиваю их.

Однако мои ироничные слова действуют на Лику, как красная тряпка на быка. Строптивая девчонка бросается на меня со скрученными пальцами, явно метя в волосы.

— Ах! — вскрикивает главный бухгалтер и хватается за телефон.

Я отмечаю это краем глаза, отбиваясь от рук Анжелики.

— Я тебя… сука… порву!

Подоспевший охранник спасает меня от растерзания. Он зажимает Лику сзади в захват, но она пинает его ногами. Я держусь из последних сил, трясутся пальцы, когда поправляю растрепанные волосы (эта стерва все же дернула меня пару раз), подгибаются колени. Но точно знаю одно: нельзя показывать свою слабость! Ни в коем случае нельзя!

— Успокойся ты, зараза! — охранник встряхивает Лику.

— Проводите девушку в медпункт, ей пора принять успокоительное. Или вызовите родителей, — подливаю масла в огонь и я.

— Ненавижу таких правильных, как ты! — вопит Лика. — Ненавижу!

Ее лицо искажено гримасой, губы дергаются, взгляд полон яда.

Крики привлекают внимание сотрудников и студентов. Из всех кабинетов показываются люди. На помощь охраннику приходят завхоз и его помощники. Кто-то сообщает о случившемся администрации.

Я стою спокойно с каменным лицом и тихо радуюсь своей победе. Я не сорвалась, поставила на место обнаглевшую студентку и приобрела козырь в рукаве. Теперь пора навестить мужа.

Глава 36

Возвращаюсь в деканат с видом победителя, хотя на сердце кошки скребут. Тяжело мне далась битва с Ликой, не по характеру. Мне всегда проще уступить, чем идти в открытый бой.

«И не стыдно тебе, училка? — некстати выползает совесть. — Могла бы и помягче с девчонкой». Могла бы, но… до сих пор стоит перед глазами картина, где мой муж обнимает ее и счастливо смеется.

Перед деканатом встряхиваюсь, цепляю на лицо искусственную улыбку и открываю дверь. И сразу слышу:

— Дорогая, а я за тобой пришел. Сегодня закончил рано.

Мурашки бегут по телу и покалывают кожу. Игривые нотки знакомого голоса вызывают трепет. В кухонном уголке сидит королем Мишка при всем параде, потягивает кофе, заботливо приготовленное красавчику стоматологу коллегами, и улыбается сияющими винирами, словно мы никогда не ругались.

— Юлия Геннадиевна, нельзя заставлять мужчину ждать, — смеется Настя, преподаватель английского языка. — Уведут.

Коллеги смеются, а на меня накатывает тоска. Эх, Настя, Настя! Знала бы ты, что ненароком попала в точку!

— А это ты зря, — говорю мужу и кладу на стол ноутбук и папку с лекционным материалом.

— Почему «зря»?

— Зря без звонка пришел.

Мишка быстро подходит, чмокает меня в щеку, я дергаюсь, как от удара, а он шепчет:

— Боялся, что ты сбежишь.

Я кошусь на коллег, которые бросили свои дела и разглядывают нас. Мишка полез с поцелуем намеренно, ему надо всем показать, что у нас счастливая семья. Я это прекрасно понимаю, но и разоблачить его коварство на глазах у людей не могу: никто не знает о нашем конфликте, а выносить сор из избы я не планирую.

— У меня голова кругом идет, столько всего произошло сегодня!

Высвобождаюсь от Мишкиных рук, сажусь за стол и перебираю папки. Намеренно тяну время, не хочу принимать условия условиях мужа. Коллеги недоуменно смотрят на меня, будто видят впервые. Еще бы! Тихая и скромная Юлечка стала центром нескольких скандалов.

— А я подожду. Ты заканчивай свои дела, не торопись.

«Принесла тебя нелегкая! — думаю с досадой. — Сейчас здесь будет шумно.

И точно: в кабинет влетает сердитая Мария Ивановна.

— Юлия Геннадиевна, что вокруг вас сегодня происходит? Опять неприятности! Иди, дорогуша, к ректору, он злой, как черт.

— Ничего не происходит, — пожимаю плечами. — Луна в ретроградном Меркурии, наверное, вот и агрессия у всех через край льется.

— Зачем вы так жестко со студенткой обошлись?

— С какой из них?

Мишка крутит головой и прислушивается. Он уже не сидит, развалившись, в кресле, а выпрямил спину и напрягся. Что ж, слушай, слушай.

— Конечно, с Анжеликой! Довела девочку до истерики.

— Я довела? Скажете тоже! — возмущение льется через край, — Ваша милая девочка — настоящая психопатка. Непонятно почему рассердилась, кинула в меня телефон, полезла драться. Я попыталась ее успокоить, но бухгалтерия выбежала на шум и вызвала охрану.

— Ну, без причины…

— Именно без причины, — нападаю на декана. — Лекцию она прогуляла, во время обморока Элины делала фото, вместо того, чтобы помочь подруге. А потом еще и выложила эти снимки в чат университета. А я не могу ей даже замечания сделать?

— Черт знает что творится с нынешней молодежью! — хлопает по столу декан. — Нервные все.

Коллеги дружно кивают и поддерживают ее.