Кира Фарди – Измена. Предатели должны гореть в аду (страница 37)

— Нет. Это серьезное мероприятие, но дресс-код соблюсти придется. Поехали?

— К-куда?

— Купим тебе платье.

— Опять?

— Ты же будешь работать, — быстро находится Тарас. — Платье — это оплата труда.

Не нравится мне его настроение, ох, как не нравится, но сидеть весь день в номере и смотреть в экран телевизора еще хуже.

Мы едем в тот же торговый центр, где были вчера. Сегодня новая смена продавщиц, я облегченно выдыхаю, не хочу встречать знакомых. Тарас выбирает черное коктейльное платье на тонких бретельках. Оно отлично садится по фигуре, нигде давит и не морщит, но меня смущают обнаженные плечи, очень хочется обнять себя и закрыться.

Заметив мое невольное движение, девушка-консультант оживляется.

— На плечи можно надеть это кружевное болеро. Оно сгладит открытость и придаст законченность образу.

Продавщица протягивает серебристую полупрозрачную накидку и пышными длинными рукавами, которые собраны на запястьях наподобие гармошки.

— Ты великолепна! — восклицает от восторга Тарас. — Примерь туфли.

Он ставит на пол черные лакированные лодочки на таком высоком каблуке, что я испуганно вскрикиваю:

— Я и шага в них не сделаю! Пощади!

— Не переживайте, — воркует рядом продавщица. — у этой обуви такая удобная колодка, что весь вечер будете бегать, как в тапочках.

Действительно, в новых туфлях чувствую себя комфортно, несмотря на то, что стала выше на двенадцать сантиметров. Но Тараса это не смущает. Он стоит рядом и откровенно любуется мною. Я невольно вспыхиваю от смущения.

— А теперь — в салон? — предлагает он. — Прическа, макияж — все к твоим услугам.

— Нет, не хочу, — отвечаю сердито из примерочной. — Я иду на работу, а не на бал.

— Одно другому не мешает. Я хочу, чтобы ты выглядела сегодня королевой и затмила всех.

— Но зачем тебе это?

Отдергиваю штору. Консультант забирает платье и туфли, идет к кассе.

— Мне нравится, когда ты улыбаешься.

Он говорит это так просто, так искренне! Что мое сердце отвечает быстрыми ударами. «Нет! Нет! Нет! — успокаиваю непослушный орган. — Не смей даже думать о студенте!»

День пролетает быстро. Я даже не замечаю, как за всеми мелкими делами наступает вечер. Я переодеваюсь у себя в номере, Тарас ждет внизу у кабинки администратора: я запретила ему подниматься.

Наконец все готово, осматриваю себя в зеркале и замираю. Совершенно не узнаю себя. Из скромной учительницы без больших запросов я благодаря стараниям Тараса превратилась в настоящую светскую даму.

«Одумайся! — трясу головой, прогоняя соблазнительные картинки, появившиеся в голове. — Это чужая жизнь!»

И все равно нервничаю, когда, накинув на плечи плащ, спускаюсь к ресепшн. Тарас встает. Я ловлю его восхищенный взгляд.

— Ты сегодня просто невероятно хороша! — шепчет он, подставляя мне локоть.

— Удачи на вечере, — выглядывает в окошко девушка-администратор.

Она смотрит на меня, а в глазах вижу зависть.

Тарас останавливается у пятизвездочного отеля. Я впервые в таком месте. Все по классике жизни селебрити. Авто заезжает под длинный навес, дверь тут же открывает швейцар и подает мне руку. Я осторожно ступаю на асфальт, покрытый ковром. С другой стороны показывается студент. Он небрежно бросает ключи подбежавшему парковщику и опять подставляет локоть.

— Не волнуйся, — говорит тихо, сжимая мои пальцы. — У-у-у, какие холодные!

Мы проходим в роскошный холл, полный гостей. К нам бросается администратор и провожает нас к банкетному залу. В груди появляется дрожь, которая начинает расползаться по всему организму.

Зал был полон народу.

— Я думала, это будет частный ужин на вашей территории, — шепчу Тарасу.

Увиденное пугает до колик в животе. Я никогда еще не была на тусовке, где столько элиты.

— Тарас! — нам машет крупный мужчина.

На нем строгий костюм, белоснежную рубашку с гофрированной манишкой украшает галстук-бабочка. В нем чувствуется уверенность человека, который прочно стоит на ногах.

— Пойдем, представлю тебя своим.

— Кому? — в горле пересыхает от страха.

— Родителям.

— Нет, на такое я не подписывалась. Ты говорил, что тебе нужен переводчик. Я только потому и согласилась.

— Конечно, нужен. Оглянись вокруг. Чувствуешь этот запах?

Тарас демонстративно втягивает ноздри, будто принюхивается. Я делаю то же самое, но, кроме смеси всевозможного дорогого парфюма, ничего не узнаю.

— Какой?

— Запах денег, — смеется Тарас. — Здесь воздух буквально пропитан ими. Возможно, сумеешь завести нужные связи.

— Мне они не нужны.

— Уверена? — Тарас слегка сжимает мой локоть.

— Намекаешь на то, что меня выгонят с работы?

Ответить Тарас не успевает: мы останавливаемся рядом с импозантным мужчиной в бабочке и его спутницей, стройной женщиной с таким же красивым и породистым лицом, как у студента.

— Мам, пап, — говорит он. — Позвольте вам представить Юлю, мою девушку.

Глава 31

Я холодею от такой наглости, хочу выдернуть пальцы, но Тарас косится на меня шальным взглядом и крепко держит, не пускает. На губах блуждает легкая улыбка. Чувствую себя в капкане, в который залезла сама с головой.

— Не слушайте его! — вскрикиваю сердито. — Он шутит.

— Нисколько не шучу, правда, дорогая?

Тарас наклоняется ко мне, заглядывает в глаза, я вижу свое отражение в его зрачках, и мне оно совершенно не нравится.

— Я замужем, — говорю решительно и высвобождаю руку. — А еще я преподаю вашему сыну испанский язык.

— Даже так? — хмыкает удивленно мужчина, уставившись неподвижным взглядом на Тараса. Тот спокойно выдерживает давление. — И когда ты стал его изучать?

— Уже целый год.

— Денис, оставь мальчика в покое! — вмешивается дама. — Я очень рада за тебя, сынок. Наконец-то ты начал приходить в себя.

Она ласково прикасается в щеке сына, и столько тепла и нежности в этих словах, что у меня мурашки бегут по телу, я вижу, как слезой блеснули ее глаза.

«Приходить в себя? О чем это она?» — мелькает мысль. И в этой семье есть свои тайны.

— Тарас пригласил меня в качестве переводчика, — поясняю торопливо.

— Очень приятно, — мужчина переглядывается с женщиной и протягивает мне руку. — Я Денис Владимирович, а это моя супруга, Ирина Леонидовна.

— Юлия Геннадьевна.

Я прикасаюсь к твердой ладони, но отец Тараса захватывает мои пальцы в горсть и яростно их трясет.