Ким Тёрн – Стандарт ВОСС (страница 5)

Я в курсе, потому что собирался снять тут помещение на первом этаже для второго филиала клиники, где проводились бы консультации. Тогда это казалось удачным вложением. Удобное расположение, новый район, хорошая проходимость. Но передумал, решив, что в этом нет острой необходимости.

Я мог бы быть к ней так близко…

В некоторых окнах свет ещё горит. За шторами мелькают чужие силуэты. Но нужного разглядеть не удаётся. Я не отвожу взгляд, продолжая всматриваться.

Где же ты? Ты существуешь?

Я даже не знаю её имени, чтобы спросить у соседей, не в курсе ли они, где проживает незнакомка. В профиле значится только буква «Н». Этого слишком мало. С таким же успехом её могло вовсе не существовать.

Открыв на телефоне тот самый снимок вида из её окна, я пытаюсь примерно предположить, где находится квартира. Увеличиваю фотографию, перевожу взгляд с экрана на фасад, снова на экран. Но определить на глаз практически невозможно.

Дорога забита машинами, стоящими на красном светофоре. Не дойдя до пешеходного перехода, я лавирую между ними и оказываюсь на другой стороне улицы. Несколько водителей раздражённо сигналят мне вслед, но я даже не оборачиваюсь. Всё внимание приковано к дому передо мной.

Чёртов кодовый замок на высоком заборе.

Обхожу периметр в поисках входа или хотя бы незаметного места, чтобы можно было перелезть через ограждение. Шаг за шагом осматриваю забор, кусты, каждый тёмный угол. Но тщетно. Прохожие уже косятся на меня, когда я подозрительно рассматриваю дом, стоя в шлеме. Пожалуй, со стороны я действительно выгляжу странно.

Я возвращаюсь к главному входу. Останавливаюсь и ещё раз поднимаю взгляд на окна. Как вариант, можно просто написать ей: «Эй, я под твоим окном, выходи знакомиться». Скорее всего она не выйдет, но уверен, что из окна выглянет ради интереса. А мне достаточно для начала лишь узнать, в какое окно смотреть.

Со стороны раздаётся звук открывающейся двери и громкий смех, когда из подъезда выходят два подростка. Один что-то оживлённо рассказывает второму, размахивая руками. Отлично, это мой шанс.

Я отхожу в тень и жду. Сердце отбивает размеренный ритм, пока взгляд не отрывается от калитки. Как только они открывают её, я срываюсь с места и делаю вид, что бегу в их сторону.

— Придержите, пожалуйста! — выкрикиваю на ходу.

К счастью, вопросов у них не возникает.

— Спасибо, — обращаюсь к ним, а затем притворяюсь что ищу что-то в карманах. — Вот чёрт. Забыл ключи. Откроете дверь в подъезд?

Парни кивают, и один из них идёт со мной, чтобы помочь. Не сообразив уточнить, как я собираюсь попасть в квартиру без ключей, он не дожидается слов благодарности и возвращается к другу.

А я теперь стою в просторном подъезде. Здесь непривычно тихо. Где-то наверху глухо хлопает дверь, на несколько секунд слышатся шаги, после чего снова воцаряется тишина. Снять шлем так и не решаюсь. Не хочется лишний раз светить лицом под камерами. Вряд ли кто-то станет просматривать записи без причины, но привычка просчитывать последствия оказывается сильнее.

Поднявшись на второй этаж, я выглядываю из узкого окна и сравниваю его с фото. Несколько секунд внимательно изучаю ракурс, после чего убираю телефон. Нет, вид определённо не тот. Нужно подняться выше. Третий этаж тоже не приносит нужного результата.

Добравшись до четвёртого, в мозгу щёлкает. Я снова открываю фотографию и перевожу взгляд с экрана на улицу, сверяя детали. Совпадает.

На площадке только три квартиры. Я внимательно обвожу взглядом каждую дверь. Судя по ракурсу на фото, сомнений, какая именно квартира её, не остаётся.

Меня как магнитом тянет подойти к нужной двери. Прислониться, попытаться услышать шорох за полотном, убедиться, что она там. Ладонь сама тянется к ручке, но в последний момент я останавливаю себя.

Квартира номер восемь. Даже эта цифра выглядит правильно. Замкнутая форма. Идеальная симметрия.

Внимание привлекает отпечаток пальца на металлической дверной ручке. Он едва различим, но взгляд цепляется именно за него. Почему даже он кажется мне идеальным? Жажда найти что-то безупречное в этом мире окончательно затуманила мне разум. Или дело уже не в мире, а в ней.

Чтобы вернуть в мысли хоть какой-то порядок, я тщательно стираю отпечаток с блестящей поверхности рукавом. Медленно провожу по металлу ещё раз, пока на нём не остаётся ни единого следа. Теперь — чистота и порядок.

Я спускаюсь, стараясь обращать внимание на каждую мелочь, чтобы не зацикливаться на навязчивой идее постучаться к незнакомке. Пыльный дверной коврик на третьем этаже. Съехавшая картина на втором. Всё машинально откладывается в памяти, словно однажды может пригодиться.

На первом вообще хаос. На этом этаже нет квартир, все помещения предназначены для коммерции. Всюду разбросаны строительные материалы. В воздухе стоит запах сырого бетона и штукатурки. Рука скользит по перилам, к пальцам липнет известковая пыль, и я машинально растираю её между подушечек. У стены грудой лежат мятые мешки с цементом, рядом валяются обрезки арматуры, ржавые уголки.

Вернувшись к мотоциклу, я поднимаю голову к окнам четвёртого этажа. Там, из-за плотной шторы, пробивается тонкая полоска света. Взгляд невольно задерживается на этом окне. Где-то за ним сейчас она. Совсем рядом. Настолько близко, что это ощущается почти физически.

На телефон приходит уведомление об отклонении от графика, который я лично вбил в телефон, чтобы не нарушать режим. Холодный кусок металла возмущается, что геолокация его хозяина далека от дома. Самое время — крепко спать на прохладной простыне.

Твою мать, как же мне увидеть эту незнакомку?

Я оборачиваюсь через плечо на высокий дом. В отличие от того, в котором живёт цель моего преследования, этот выглядит куда хуже. Облупленная фасадная краска, обшарпанные оконные рамы. На некоторых балконах свалены старые коробки и ненужные вещи. Где-то потрескалась штукатурка, а стены покрылись тёмными разводами от дождя. Далеко от идеала.

Зато близко к другому идеалу.

В голове мелькает абсурдная мысль: выкупить в этом старом доме какую-нибудь квартирку. Я ещё раз окидываю взглядом фасад. К счастью, в этом случае деньги легко помогут мне достичь совершенства. Пара банок дорогой краски, мебель на заказ, необходимая бытовая техника… и это станет моим логовом.

Пальцы сжимаются в кулак от этой мысли. Я чувствую, как натягивается кожа на костяшках, и только через несколько секунд заставляю руку расслабиться. На выдохе разжимаю пальцы и поправляю воротник куртки.

Взгляд снова возвращается к окнам четвёртого этажа. Мысль кажется безумной. Но почему-то уже не выглядит невозможной.

Можно даже поэкспериментировать с дизайном. Создать подобие музея. Стены будут украшены фотографиями её идеальных черт лица и изгибов тела. Чтобы каждый кадр открывал новую грань совершенства. Широкие зеркала в полный рост на каждой стене… Чтобы через её отражение можно было изучать, как играет разное освещение на фарфоровой коже.

И пьедестал. Куда она встанет как безупречный экспонат и главное украшение.

Я запрокидываю голову, смотрю на верхние этажи, прикидывая, откуда будет лучше падать свет в разное время суток. Губы трогает короткая усмешка. Мысль настолько нелепая, что любой другой счёл бы её безумием. А мне она кажется самой правильной.

Как же бесит, что на это всё требуется слишком много времени… Я спешил всю свою жизнь, сколько себя помню. Но обстоятельства сложились так, что в данный момент от меня мало что зависит.

— Блять… — выдыхаю это слово себе под нос.

Я стараюсь не позволять себе ругаться матом. Такое происходит лишь в те моменты, когда я действительно на взводе. Как сигнал — слово вырвалось, значит пора брать себя в руки.

Если я как можно скорее не решу вопрос, то годы труда пойдут к чёрту из-за недосыпа.

Всю ночь я проворочался из-за зуда, который поселился под кожей и не давал покоя. Стоило сознанию начать проваливаться в сон, как мысли о ней возвращались и вытаскивали меня обратно. К утру в висках неприятно пульсировало.

На сегодняшней операции рука дрогнула. Всего на долю секунды. Я успел остановиться в миллиметре от кожи, и скальпель не оставил на пациентке уродливый шрам.

Это промах, Восс… непростительный.

Откладывать задуманное становится невыносимо. Это чувство с каждой минутой расползается внутри отравляющей паутиной, не позволяя сосредоточиться ни на чём другом. Операций на сегодня больше не запланировано, поэтому я отменяю все консультации. Ждали несколько месяцев — потерпят ещё. А я терпеть не намерен.

Добравшись до того самого дома, голова взлетает вверх. Я задерживаю взгляд на знакомом окне на несколько секунд, словно проверяя, что оно никуда не исчезло.

Улица кишит толпой. С мексиканского ресторана доносятся голоса и звон посуды. Машины медленно ползут по дороге. Обычная городская суета.

Сколько бы я ни бежал от визуального шума, в итоге оказался чуть ли не в его центре. Но впервые соседство с кучей людей меня не напрягает. Всё вокруг превращается в размытый фон. Моё внимание снова и снова возвращается к окнам напротив.

В старом доме отсутствуют кодовые замки на дверях подъездов, поэтому оказаться внутри не вызывает трудностей. Дверь открывается с протяжным скрипом, впуская меня в прохладный полутёмный подъезд.