Ким Слэйтер – Запертая в своем теле (страница 23)

Вспомнилось, как она еще малышкой пряталась за диваном и оттуда, прижав к себе поеденного молью плюшевого мишку, наблюдала, как мать набивает черные полиэтиленовые мешки отцовскими костюмами, ботинками и рубашками. Потом она заставит дочь перетаскать эти мешки на задний двор, один за другим, где они будут гнить всю зиму.

И все же, когда бы Харриет ни села за бюро, ей всегда казалось, что отец снова рядом, а потом она ощущала внутри стержень, закаленный, словно металлический, о который разбивались волны болезненного разочарования матери. Этот стержень, как стрелка компаса, направлял каждый ее шаг и служил утешением в особенно трудные минуты.

Но сегодня просто закололо в груди, и это было неприятно.

Она всегда представлялась учительницей, хотя высшего образования не получила — в свое время ей пришлось бросить колледж и пойти в школу помощником учителя. «Учительским лакеем», — как выражалась мать.

Зато теперь, годы спустя, Харриет Уотсон знала и умела куда больше, чем многие так называемые дипломированные учителя, приходившие на работу в Сент-Сейвиорз. Только вот из-за отсутствия бумажки об образовании весь ее опыт был как бы не в счет.

А ведь жизнь могла сложиться совсем иначе, если б не умер отец. Тогда она стала бы студенткой университета и получила диплом, и отец, вне всякого сомнения, поддерживал бы ее…

Но он споткнулся на неровной мостовой Оксфорд-стрит и рухнул прямо под колеса красного лондонского автобуса, когда Харриет было всего пять лет. Столько, сколько сейчас детям в ее классе.

Мать всегда терпеть не могла Лондон и, овдовев, смылась оттуда при первой же возможности: не прошло и полугода, как они уже жили в Ноттингеме, на старой викторианской вилле в жутком закоулке Лентона — района, который был выбран лишь потому, что он, видите ли, упомянут в Книге Судного Дня[17] одиннадцатого века.

В девятнадцатом веке Лентон вырос из деревни в пригород, где селились преуспевающие люди. После войны особняки стали все чаще разделять на крошечные квартирки, сдававшиеся внаем. В основном молодежи, так что теперь вокруг жили сплошные студенты. Но мать упорно отказывалась переехать в приличный район и поменять дряхлую викторианскую громадину на более практичное и уютное жилье. «Этот дом я покину вперед ногами, лежа в деревянном ящике, и не днем раньше», — грозилась она.

Харриет выпрямила спину и покрутила узорчатую бронзовую рукоятку. Глазам предстала дюжина ящиков и ящичков — замысловато устроенных и таких приятных для глаз. Бюро неизменно наводило на мысли о человеческой натуре: снаружи все просто, но стоит только заглянуть внутрь, как тут же столкнешься с тысячью непредвиденных сложностей.

Харриет Уотсон не забыла, каково это — справляться с внезапными переменами, когда тебе всего пять лет и ты еще не остыла от недавней трагедии. Единственное, что можно противопоставить неотступной боли, — защитный панцирь, причем нарастить его нужно как можно раньше, еще в детстве, иначе будет поздно.

Она выдвинула один ящик, узкий и длинный, и достала из него ключ. Пока мать принимает ванну, будет время прокрасться по скрипучей лестнице на третий этаж старого дома и продолжить подготовку. Надо постараться, чтобы комната для их гостьи стала безукоризненной. Харриет давно уже поняла — на меньшее мать не пойдет.

Но сначала нужно было сделать один звонок.

Глава 33

Прибытие в пункт наблюдения: 14.30

14.35 Наблюдение за домом — десять минут. Движение отсутствует.

14.45 Вход во двор.

14.48 Вход в дом.

14.52 Начало детального осмотра дома. Обнаружение требуемых предметов.

15.12 Выход из дома.

Отход из пункта наблюдения: 15.16

Общие замечания:

— В доме беспорядок.

— Телефонная линия/проводной интернет отсутствует.

— Сигнализация не проведена, дополнительные замки отсутствуют. Запоры на окнах также отсутствуют.

Ожидаю дальнейших инструкций.

Глава 34

После того как Бриони в бешенстве покинула офис, я постаралась успокоиться и даже по возможности забыть неприятный инцидент, чтобы закончить рабочий день.

Но в три часа меня вызвал к себе Дейл.

— Мне жаль, что ты попала сегодня в неприятное положение, Тони, — начал он. — Больше такого не повторится.

— Разве Бриони ушла? То есть вы ее…

Я ужаснулась, вообразив, что из-за меня кого-то уволили с работы.

— Нет, нет. Мы просто поговорили, и я, скажем так, напомнил, что в нашем агентстве существует определенная служебная этика и ее обязаны придерживаться все сотрудники без исключения. Ты наверняка уже заметила, что Бриони терпеть не может, когда кто-то указывает ей, как поступать. Вообще-то она отличный профессионал, но время от времени ее приходится возвращать на стезю долга.

Я молча кивнула.

— Я заметил, что ты буквально бросаешься на любую работу, и мне это нравится. Надеюсь, этот маленький инцидент не охладит твой пыл и ты будешь продолжать вкладывать весь свой опыт в наше дело.

Я улыбнулась в знак того, что не против поступать так и дальше, а сама подумала: «Интересно, что сказала бы на этот счет Бриони?»

— На собеседовании ты упомянула, что в последнее время твоя жизнь переменилась. Видимо, не в лучшую сторону. «Обстоятельства, которые я не могла контролировать» — кажется, так ты сказала. — Дейл поднял руку. — Нет, нет, я не выспрашиваю, что случилось. Но если вдруг ты захочешь поговорить об этом с кем-то, обещаю, что выслушаю. Ведь на то я и босс, верно?

Я поерзала на стуле.

— Спасибо за предложение, я очень это ценю.

— Я знаю, что у тебя маленький ребенок, что вы недавно переехали… Обычно нужно время, чтобы обжиться на новом месте, но тебя, наверное, поддерживают родные?

Конечно, он расспрашивал по доброте душевной, хотел показать, что ему не все равно, но лучше б он этого не делал.

Пара секунд молчания дали мне возможность перевести дух.

— Да. Начинать заново всегда непросто.

Не хотелось продолжать этот разговор, но Дейл был так внимателен, так старался продемонстрировать свою поддержку, что я побоялась показаться неблагодарной. Наверное, пора уже начать говорить о своей беде.

— Два года назад у меня умер муж. Мы с Эви — это моя дочка — остались вдвоем. Еще у меня есть мама. Мы очень близки, она нам помогает.

— Господи, Тони, я и понятия не имел… — Его лицо выразило самую неподдельную жалость. — Я так тебе сочувствую…

— Что поделаешь, — сказала я как можно веселее. — Ничего, мы как-нибудь справимся.

Секунду-другую мы смотрели в глаза друг другу.

— Что ж. — Дейл вдруг встал и, обойдя стол, положил руку мне на плечо. Сквозь тонкую ткань блузки ощущалось тепло его ладони. — Мое предложение поговорить остается в силе. В любое время, когда захочешь.

— Спасибо, Дейл.

Я улыбнулась, вдыхая тонкий, немного мускусный запах его лосьона после бритья. Так хотелось закрыть глаза и положить голову ему на грудь, хотя бы на миг… Вспомнить, как это бывает, когда есть тот, на кого можно опереться, рядом с кем беда не беда. Господи, до чего же я устала…

— Все хорошо, Тони?

Дейл слегка попятился и заботливо оглядел меня с головы до ног.

— Да, конечно. Спасибо тебе.

— Ну как, всё в порядке? — поинтересовалась Джо, когда я проходила мимо ее стола.

— Да. Дейл — отличный парень, верно?

— Угу, — отозвалась она, снова уйдя в работу.

Мой взгляд то и дело обращался в сторону двери, пока мозг прикидывал, насколько плохо все обернется после возвращения Бриони на рабочее место.

— Да не переживай ты, — сказала Джо, заметив, что я нервничаю. — В конце концов, ты все сделала правильно.

Мне почему-то так не казалось.

За полчаса до закрытия Джо налила нам по чашке чаю.

— Как это мило… Спасибо тебе большое.

Держа чашку в ладонях, я наслаждалась приятным теплом. Почему-то мне было холодно, хотя обогреватель стоял на максимуме.

— У тебя усталый вид. Придешь домой, набери горячей воды в ванну, зажги свечки и расслабься. Себя надо баловать.

— Где бы еще время найти…