Ким Чжэхи – Остров грехов (страница 20)

Сонхо осмотрел строительную площадку, развернувшуюся между храмом и опоясывающим пруд садом. Внутри стоял благородный дом с соломенной крышей, перед ним были навалены стройматериалы. Позади виднелась тропинка, уходившая в горы, и густо рос тусклый бамбук. Завывание ветра пронеслось сквозь бамбуковую рощу и достигло ушей Сонхо.

За домиком громоздилась куча строительного мусора. Сверху ее накрыли полиэтиленовым тентом. Сонхо медленно приблизился к краю и сдернул его. Вперемешку лежали ветки, доски, черепица и прочий мусор. Помощник инспектора слегка приподнял доски, а потом, снова накрыв их тентом, обернулся. Вдруг послышался хруст – кто-то наступил на ветку бамбука. Звук донесся с горной тропы. Сонхо напряг слух и огляделся.

Было слышно, как кто-то тяжелыми шагами взбирается на гору. Сонхо ступил на тропу и вслед за звуком тоже стал подниматься. Вдалеке показался мужчина в черном походном костюме и опущенном на глаза капюшоне – он успел добраться до середины тропы.

– Эй! Постойте! – громко прокричал Сонхо, но мужчина уже скрылся за горным хребтом. Он хотел подняться еще выше, чтобы догнать незнакомца, но вместо этого прямо на середине дороги поскользнулся в грязи и упал.

– Ай…

Настроение было хуже некуда.

Турист окончательно исчез. Сонхо быстро спустился с горы.

Затем он обогнул стену возле дома с соломенной крышей. Вылез через узкую щель в заборе, уходящем к храму, ступил на территорию комплекса и тут же направился к администрации. По словам сотрудников офиса, О Ёнсик с Ё Тоюном уже сидели в машине на парковке.

– Мы получили записи с камер. Ох, а что с вами стряслось? Вы в порядке? – спросил следователь О, глядя на покрытую грязью одежду Сонхо. Тот пытался оттереть ее протянутой Ё Тоюном влажной салфеткой. Использовал несколько штук, чтобы очистить и подошвы, но грязь налипла на них толстым слоем. Паршиво. Словно одержимый он орудовал салфеткой.

– Проклятье! Ладно, я в порядке, давайте возвращаться. За домом художника кто-то по горам ходил.

– Там вроде туристическая тропа, – отреагировал О Ёнсик.

Сонхо начал скоблить грязь ногтями. Машина свернула с подъездной дороги в сторону набережной. До полицейского участка они добрались уже через двадцать минут.

Они на высокой скорости просмотрели добытые в Уллимсанбане записи с камер видеонаблюдения, датируемые днем исчезновения и неделей до этого. Почти на всех – гуляющие семьями туристы, а одинокие мужчины попадались крайне редко. К тому же Пак Минсук все время сидела за кассой и почти не выходила наружу. Большинство тех, с кем она пересекалась, были гостями, спешащими предъявить входные билеты.

Кан Тэсу уже успел вернуться в офис и теперь внимательно глядел на экран телефона, что ему протянул Сонхо.

– То есть, основываясь на схожестях между «Восемью наставлениями» мастера Сочхи и тем странным письмом, ты считаешь, что его точно отправил тот, кто бывал в Уллимсанбане? Он же вступил в контакт с Пак Минсук и с большой вероятностью является нашим преступником?

– На данном этапе я считаю именно так, – с серьезным лицом ответил Сонхо.

Кан Тэсу взял письмо в руки и заново перечитал:

– «…Молоденьким девушкам негоже ходить одним; мужчинам и женщинам нельзя пересекаться по делам рабочим да развлекаться вместе. И напоследок – чтобы всего этого избежать, нужно запретить пускать в дом чужаков». Вот эта часть похожа?

– Если человек с подобными антисоциальными наклонностями пережил предательство со стороны женщины и в связи с этим страдает от преследующей его параноидальной мысли о том, что женщины его презирают, то он может нападать на неограниченное число жертв. Большинство серийных убийц, которые тщательно планируют свои преступления, именно в такой ситуации и находятся.

Кан Тэсу кивнул:

– Но ведь на камеру не попал ни один мужчина без компании. Как он вообще умудрился подобраться к Пак Минсук? Нам бы только понять, как это произошло, и мы сможем сузить круг наших поисков. Мы сейчас не можем предположить его возраст, уровень образования, примерный рост или кем он работает? Уже столько материалов просмотрели…

– Нет, – покачал головой Сонхо, – опасно подчиняться домыслам. Если я, будучи экспертом в профилировании, ограничу список подозреваемых до мужчин младше тридцати лет, те, кто старше этого возраста, останутся совсем без внимания. Давайте сначала осмотрим гостиницу, а потом я уже вам озвучу свое решение.

– Ладно, – сдавленно ответил начальник Кан.

– Будет хорошо осмотреть «Себан», пока солнце еще не село.

Сонхо согласился с О Ёнсиком. Место преступления лучше осматривать при дневном свете. В этот раз вести машину он вызвался сам. После осмотра окрестностей гостиницы и смотровой площадки Сонхо планировал подвести О Ёнсика и Кан Тэсу до дома, а потом вернуться обратно. Следователь О сел на переднее сиденье, а Кан с Ё Тоюном – сзади.

Машина покинула деревню Сонхори и уверенно помчалась по набережной. На пути периодически мелькали указатели: «Самые красивые закаты – здесь» и «Смотровая площадка Себаннакчо».

– Не знаю, оттого ли, что машина новая, но ездит она гораздо быстрее и плавнее наших полицейских, – восхитился с пассажирского кресла О Ёнсик и указал на прибрежную дорогу. – В Себаннакчо, наверное, одни из самых красивых закатов в мире. Эту дорогу по-английски называют Scenic Drive Course, то есть «живописной трассой», и она уж точно ничем не уступает калифорнийскому побережью.

Услышав это, Кан Тэсу замотал головой и резко возразил:

– Что за чушь? На кой черт сюда вообще Калифорнию приплетать? Тут на побережье острова Самбо смотрят. Ничто так не нагоняет одиночество и тоску, как это место.

Сквозь колышущийся на ветру тростник проглядывал предзакатный морской берег. Вдалеке утопали в тумане небольшие островки – лишь их макушки торчали на виду. Слегка подрагивала пепельно-голубая морская гладь. Когда туман рассеивался, виднелась даже рябь на воде, когда же, наоборот, опускался, четко вырисовывались только головки тростника. Туристов вокруг не более десяти человек. Можно ли все это списать на одиночество, тоску и отчужденность?

– Солнце садится.

Красное солнце совсем немного возвышалось над линией горизонта.

Красота.

Единственное слово, что пришло в голову Сонхо в этот момент. Поглядывая на солнце, висящее над морскими волнами, он проехал мимо смотровой площадки и свернул на уходящую вверх по холму дорогу. Показалось изысканное двухэтажное здание гостиницы. Четыре коттеджа примыкали к главному зданию из красного кирпича. Комната, что располагалась на первом этаже справа, принадлежала управляющей и владелице гостиницы Ким Хичжин.

Первое, о чем подумал Сонхо: в таком изолированном месте точно почувствуешь себя беспомощным перед лицом незваного гостя.

– Не очень хорошо, конечно, что солнце село.

О Ёнсик виновато глянул на неподвижно стоящего помощника инспектора. А затем на молча застывшего позади Ё Тоюна. За толстыми линзами очков Ё Тоюна прятались зоркие глаза. Кудрявые каштановые волосы разлетались во все стороны от бушевавшего на набережной ветра.

– Подойдите сюда! Это, случаем, не та самая записка? Ну-ка…

Кан Тэсу внимательно рассмотрел клочок не до конца сожженной бумаги, что он достал из огромной железной бочки.

«Закрыты на ближайшее…» – читалось на ней.

– Проверим, не ее ли написала владелица? Остались ли отпечатки?

– Вероятность есть, но она пострадала от огня да еще и под дождем промокла, так что отпечатков, скорее всего, не обнаружат, – заметил О Ёнсик.

– Эй, господин почерковед! Похожи буквы на те, что в полученном нами письме были?

– Я бы хотел взять ее с собой и взглянуть поподробнее.

Кан Тэсу собирался протянуть клочок бумаги, когда Сонхо остановил его:

– Стойте! Подождите, пожалуйста.

Он сходил к машине за полиэтиленовым пакетом, положил в него обрывок записки и протянул Ё Тоюну. Кроме этой бумажки, улик обнаружено не было.

– Так, по-вашему, нужно обращаться с местом преступления? – холодно произнес Сонхо, глядя на Кан Тэсу. – Вы бросили это неизвестно кем написанное объявление, а кто-то потом вернулся и сжег его, так получается? Просто отвратительное отношение к уликам.

Услышав это, О Ёнсик не смог сдержать злость:

– Эй, не слишком ли грубо вы разговариваете с руководителем? Вы, конечно, из головного офиса приехали, но за словами-то следить надо.

В порыве возмущения он подошел почти вплотную к Сонхо. Кан Тэсу же ситуацию близко к сердцу не принял, лишь пожав плечами, встал между ними двумя.

– Вы чего? Давайте получше осмотримся тут. Гостиница закрыта, но можно же проверить сарай на заднем дворе и горную тропу.

Вслед за руководителем Каном Сонхо забрался на возвышенность за домом и огляделся. Там стоял старый сарай. Дверь его с легкостью открылась. Внутри были в кучу свалены стулья, матрасы и другая мебель. Сонхо изучил дом и подъездную дорогу.

– К гостинице ведет всего одна дорога. То есть Ким Хичжин, скорее всего, видела похитителя своими глазами. Подумала, что это гость, а он напал на беззащитную женщину. Нападение было спланировано. Вероятно, преступник знал, что Ким Хичжин управляет отелем в одиночку. Он силой затащил жертву в машину и похитил. Если взять в расчет, что один из гостей мог бы случайно сюда забрести, запирать ее в гостинице или сарае было более рискованно. То, что он не устроил здесь беспорядок, а оставил место преступления чистым, говорит о том, что это тщательно спланированное похищение. Оттого и ловить преступника сложнее.