Кейт Нанн – Доля ангела (страница 5)

Мэтти умоляла Бьянку дать ей отпуск.

– Сара справится и одна, я уверена, – говорила она, не сомневаясь, что заместительница с радостью ухватится за такую возможность, и в то же время втайне уповая, что та не примется за работу уж слишком старательно.

Бьянка согласилась, хоть и без большой охоты.

– Что-то я не замечала, чтобы ты, с тех пор как начала работать с нами, как-то уж очень сильно рвала задницу, – сказала она. – Но до отъезда сдай съемку DeVere. И смотри ничего себе там в горах не сломай.

Глава 4

От морозного альпийского воздуха у всех перехватило дыхание. Когда поезд прибыл в Церматт, Мэтти в немом восхищении вертела головой и запрокидывала ее назад, пытаясь охватить взглядом снежные вершины возвышающихся вокруг гор. Смеркалось, и пока друзья выгружали из багажного отделения сумки, их приветствовали мигающие огни деревни. Курорт оказался точь-в-точь таким, как она себе представляла: усеянным традиционными домиками-шале с покатыми крышами, чьи освещенные окна сияли золотом на фоне темного неба. Мэтти снова запрокинула голову: небо было глубокого синего цвета, а на нем – миллионы звезд. В последний раз она видела столько звезд много лет назад, в середине лета, в виноградных полях. Лондонское небо никогда не становилось достаточно темным для того, чтобы можно было любоваться звездами.

– Полнолуние, – сказала Мэтти, в восторге от вида сверкающего диска рядом с проступающей из темноты треугольной вершиной Маттерхорна.

– Оу-у-у-у! – завыл Ник. – Раньше я был оборотнем, но потом это прошло-о-о-о!

Джонни застонал:

– Чувак, только не это! Только не шутки про оборотня, ну сколько можно.

На мгновенье Ник приуныл, но потом посмотрел на Кару, и Мэтти заметила, как он оживился. На ее подруге были черные брюки стретч, облегающие, будто вторая кожа, а сверху – куртка цвета металлик с подбитым мехом капюшоном. На копну платиновых волос Кара нацепила вязаную шапочку, а макияж выглядел так же безупречно, как и за несколько часов до этого, когда они только выходили из аэропорта. Ну а глаза сияли тем же нетерпением, что и у Мэтти.

Отель привел обеих в еще больший восторг – если такое вообще возможно. Вдоль фасада большого квадратного здания тянулись широкие балконы резного дерева, а крышу покрывал толстый слой сахарной снежной глазури – настоящий пряничный домик, испеченный под Рождество. Внутри отель оказался ничуть не менее очаровательным: стены обшиты деревянными панелями, из кухни доносятся восхитительные запахи, а в общей гостиной пылает огонь и стоят огромные диваны, в которые, кажется, можно провалиться, как в глубокий сугроб.

– Похоже, отпуск будет не просто восхитительный, а восхитительный умножить на сто! – проговорила Мэтти, откидываясь на спинку одного из кресел. Она уже очень давно не чувствовала себя так хорошо и наслаждалась мыслью о том, что стресс от работы остался где-то далеко позади.

– Точно, подруга, – согласилась Кара. – Посмотрим, что ты скажешь завтра, когда доберемся до склонов!

Едва они вошли в номер, Мэтти прыгнула на пружинящую и застеленную лоскутным одеялом кровать.

– Мадам все устраивает? – с наигранной серьезностью поинтересовался Джонни.

– О да. Только вот одно плохо…

На лице Джонни отразилась искренняя тревога.

– Что такое, Мэтс?

– Что-что! – засмеялась Мэтти. – Плохо, что ты до сих пор стоишь там!

Она похлопала по кровати и широко раскинула руки, чтобы его обнять.

На следующее утро они проснулись рано и пошли на завтрак. Кара и Ник уже поглощали мюсли и мягкие булочки, густо намазанные маслом и малиновым джемом. На сервировочном столе стояли чашки кофе с молочной пеной, присыпанной стружкой горького шоколада, а в углу накрахмаленный повар в белоснежном колпаке ловко переворачивал в воздухе омлеты по заказу постояльцев.

– Доброе утро, братцы, – сказал Ник, оторвавшись от айпада. – Похоже, день будет абсолютно восхитительный!

Мэтти переглянулась с Карой и ответила, пытаясь сохранять серьезное выражение лица:

– Да, супер.

Ник был образцовым англичанином, даже более типичным, чем Джонни, и Мэтти не переставала умиляться его произношению.

– Джонни, ты будешь яйца? – спросила она.

– Конечно. Надо как следует подзаправиться, чтобы на склонах от тебя не отставать, – сказал тот.

– Да конечно! Что-то мне подсказывает, это мне сегодня придется вас всех догонять.

Мэтти училась катанию на горных лыжах во время школьных поездок в Австралии, но склоны Перишера и Тредбо были детскими горками в сравнении с крутыми откосами, которые она увидела сегодня утром с балкона.

– Я думал, в Австралии вообще снега не бывает, – изумленно воскликнул Джонни, когда они впервые заговорили, не поехать ли кататься на лыжах.

– Еще как бывает! – заверила его Мэтти.

Джонни, который якобы поехал на лыжах в ту же секунду, как научился стоять, развлекал ее историями о том, как каждую зиму родители возили его на европейские курорты и что он даже занимался хели-ски[10] в Скалистых горах. Мэтти утешала себя тем, что, по крайней мере, снег выглядит ласковым и пушистым. Если она навернется, приземление будет мягким.

– Кара, ты как?

Кара кивнула, и помпоны на ее шарфе весело встряхнулись. Она была с ног до головы одета в лыжную форму из последней коллекции «Шанель», и на рукаве черного комбинезона было вышито золотом лого из двух переплетенных букв «C».

– Вид у тебя, конечно, на все сто, – сказала Мэтти, ничуть не смущаясь, что сама она выглядела гораздо более приземленно в своих синих лыжных штанах и куртке цвета кетчупа.

– Спасибо, подружка, – подмигнула ей Кара. – Надо быть на стиле, скажи?

Когда все четверо получили ботинки, лыжи и доски, они протопали несколько шагов до подъемника, вдыхая чистый и свежий горный воздух и взволнованно оглядываясь на других лыжников и сноубордистов, которые роились вокруг. Сердце Мэтти забилось быстрее, но она понимала, что дело не только в высоте. Она улыбнулась Джонни.

– У тебя вид как у лисы, которая забралась в курятник, – сказал тот, улыбнувшись в ответ.

– Поверить не могу, что впереди целых десять дней вот этого всего. И девять ночей, – игриво добавила она.

Новое шелковое белье (единственный вид одежды, на который Мэтти тратила деньги не скупясь) прошлой ночью пришлось как нельзя более кстати.

– Просто идеально! – завершила Мэтти.

– Ну тогда вперед, покажи, из какого ты теста! – бросил ей вызов Джонни.

– Из крутого, ты будто не знаешь! – храбро ответила она.

– Серьезно? Покажешь насколько? – спросил он, притягивая к себе ее лицо для поцелуя. Она ощутила на губах тепло его губ, такое сладостное на контрасте с морозным воздухом.

– Да ну, какое там крутое, – сказал он, отпуская ее. – Сплошная пастила.

Утро они провели вместе на Маттерхорн-Гласье-Парадайз, и Мэтти в самом деле казалось, будто она в раю: она скатывалась по широким трассам, визжала от восторга и веселилась от души. Какое же это было блаженство – напрочь забыть про дедлайны и дотошных клиентов, про серый, дождливый и грязный Лондон. Ноги очень быстро вспомнили, каково это – стоять на лыжах, но по мастерству и стилю катания до Джонни ей было, конечно, далеко.

– Ты знала, что отсюда видно Швейцарию, Францию и Италию? Это одна из самых высоких точек на континенте, – сказал он, когда они остановились полюбоваться видом, открывающимся с вершины.

От разреженного воздуха у Мэтти немного кружилась голова, но она старалась не обращать на это внимания и концентрироваться на восхитительном ощущении мягкого скольжения по снегу, которое испытывала, съезжая вслед за друзьями.

– Три страны, – выдохнула она. – Потрясающе.

Джонни не соврал, когда назвался мастером в катании: он слетал со склонов на головокружительной скорости, Ник, Кара и Мэтти едва за ним поспевали. Скатившись, он каждый раз милостиво дожидался их внизу.

– Не знаю, как вы, а я бы не отказался от перекуса, – сказал он примерно в полдень, когда они стояли в очереди на подъемник.

Кара и Мэтти с энтузиазмом закивали.

– Я знаю подходящее место, – сказала Кара, которая перед отъездом из Лондона подробно изучила курорт. – Говорят, там круто.

– Круто – это мне подходит. Показывай дорогу! – сказал Джонни.

Они ввалились в крошечное деревянное шале, до отказа набитое лыжниками в мембранных костюмах.

– Похоже, эта блестящая мысль пришла в голову не только нам, – заметил Ник, оглядывая помещение.

Друзья нашли местечко у огня, втиснулись в кресла и принялись снимать слои одежды.

– Ох, одно в лыжах неприятно: волосы после шапки! – проныла Кара, стягивая шлем и встряхивая платиновой гривой.

Мэтти провела пятерней по короткой всклокоченной стрижке. Ей было слишком весело, чтобы беспокоиться о внешности.

В горном ресторане было от души натоплено, дровяная печь потрескивала прямо рядом с ними, испуская тепло, и вскоре, когда они подняли огромные кружки ледяного пива, чтобы поздравить друг друга с первым утром прекрасных приключений, щеки у всех четверых так и сияли.

– Как насчет того, чтобы после обеда покататься без трассы? – предложил Джонни.

– Отличная мысль, – поддержал его Ник.

Мэтти засомневалась.

– А это точно безопасно?