Кейт Нанн – Доля ангела (страница 10)
– Ну, в любом случае здесь вы пробудете еще недели две. Нам нужно убедиться, что берцовая кость срастается нормально и что операция, проведенная в Швейцарии, прошла безупречно. Впрочем, – он приложил рентгеновский снимок к светящемуся экрану на стене, – похоже, они классно поработали. Скрепили вас каким-то очень впечатляющим металлом.
Студенты обступили врача, и он ткнул в какое-то место на снимке. А потом снова повернулся к Мэтти.
– Конечно, на вашей стороне возраст и хорошая физическая форма, но все равно я должен предупредить, что путешествие вам предстоит непростое.
На следующий вечер, часов в шесть, Мэтти смогла, по настоянию медсестер, впервые самостоятельно поесть. Вкус пищи она толком не ощущала, но, по крайней мере, хоть какое-то занятие. Она в очередной раз опустила ложку в суп, когда в коридоре за дверью вдруг послышался шум. Громкие шаги, цоканье нескольких пар каблуков, приглушенное хихиканье и чей-то визгливый голос, эхом отскакивающий от голых стен. Голос, который она бы узнала из миллиона. Именно этот голос назначал совещания и распекал неудачливого стажера, который принес неправильный кофе или не тот зеленый смузи.
– Вот она! – В дверь заглянуло сразу несколько голов. – Привет, дорогая!
Увидев Мэтти, все на мгновенье замолчали, потом потрясенно ахнули, и через секунду они уже заговорили одновременно, перебивая друг друга:
– О, Мэтти, дорогая…
– О, бедняжка…
– О боже, как тебя угораздило?
Последний вопрос принадлежал Бьянке, которая славилась своей бестактностью. В палату ввалилась целая толпа: Бекка и Брук – две соосновательницы «Трех пчел», начальница Мэтти – Бьянка, помощница Мэтти – Арабелла, ее заместительница по художественной части Сара и, наконец, Кара. Девушки еле втиснулись в небольшую комнату. Судя по внешнему виду, явились они прямиком с работы: все были одеты в рамках офисного дресс-кода и в стерильной больничной обстановке выглядели жутко неуместно, будто разноцветные бабочки в банке у ученого. Мэтти видела, как они последовательно рассматривают гипс у нее на ноге, перевязь на плече, порез на щеке и затем главное – синяк вокруг глаза, который в последнее время приобрел какой-то потрясающий желто-зеленый оттенок. Ну хотя бы опухоль вокруг губ почти сошла.
– Привет, – произнесла Мэтти и постаралась выдавить улыбку. – Не ожидала вас всех тут увидеть.
Бьянка села на кровать, и Мэтти поморщилась: начальница задела ее ногу.
– Ну, Матильда, у тебя и фингал! Но у меня есть кое-что как раз для таких случаев! – сказала она и, порывшись в оранжевой кожаной сумке, с торжественным видом извлекла оттуда какую-то баночку. – Я знала, что она где-то здесь. Идеальное средство при нарушении пигментации, и с синяком наверняка тоже справится.
– Как раз то, что нужно, когда попал в снежную лавину, – с иронией проговорила Мэтти, но вежливо приняла баночку.
– Мэтти, слушай, а красавцы-доктора тут есть? – спросила Сара. – Вроде тех, которые в «Анатомии страсти»? Ну-ка, ну-ка, давай рассказывай!
Мэтти покачала головой.
– Не хочу тебя разочаровывать, но красавцев-докторов тут примерно ноль.
– А, ну ладно, ничего, держи, – сказала Сара и положила рядом с недоеденным ужином Мэтти стопку прессы. – Мы взяли по одному выпуску буквально каждого журнала!
Она смущенно рассмеялась, и Мэтти нашла в себе силы поблагодарить:
– Спасибо, дорогие, спасибо, что зашли проведать. Мне ужасно приятно, честное слово.
– Ну вот еще! – воскликнула Бьянка. – Не могли же мы допустить, чтобы наш лучший креативный директор томилась одна в лазарете! Конечно, мы должны были прийти и тебя приободрить. Тебе что-нибудь еще нужно? Может, что-то надо купить, привезти?
– Нет, спасибо, вы все ужасно добры. Врач говорит, я молодая и здоровая и мне нужно только время, чтобы поправиться. Насчет пореза на лице они не уверены – говорят, возможно, понадобится пластическая операция, а еще я, может, буду хромать, но с учетом произошедшего это не самый плохой вариант. Перелом ноги довольно серьезный, так что меня тут продержат еще несколько недель, но все равно – хватит обо мне! Что у вас творилось, пока меня не было?
Девушки будто только того и ждали. Сара стала с воодушевлением говорить о результатах съемки в Брайтоне: какие из снимков в итоге отобрали для рекламной кампании, и какие классные там стиль и освещение, и вот честно, даже не догадаешься, что день был такой дождливый. Джейми Соумс, судя по всему, просто в экстазе. Мэтти слушала вполуха, ухватывая обрывки сразу нескольких разговоров. Сейчас она не могла вспомнить, что такого уж важного находила в безумном ритме работы в агентстве. Она вдруг почувствовала, что страшно устала и шум в палате ее просто убивает. Она встретилась глазами с Карой.
– Эй, народ, по-моему, с Мэтти на сегодня хватит, – перекрикивая гул разговоров, объявила ее подруга. – Давайте расходиться, ей надо отдыхать.
– Конечно! Ладно, дорогая, если что понадобится, обязательно звони, – сказала Бьянка и нагнулась поцеловать ее в здоровую щеку – при этом, увидев так близко еще не до конца затянувшуюся рану у Мэтти на лице, она невольно скорчила гримасу. – И не забудь мне сказать, помогает крем или нет.
Глава 8
– Кушать надо обязательно. Силы восстанавливать, – сказала медсестра, наблюдая, как Мэтти без воодушевления гоняет левой рукой по тарелке комок сероватого мяса в загустевшей подливке. Глядя неделю за неделей на одну и ту же заплатку на стене, она все отчетливее понимала, что больница ей осточертела, не говоря уже о тошнотворной безвкусной еде, которую подавали непременно остывшей и каждый раз – в самое неподходящее время. Поэтому Мэтти испытала огромное облегчение, когда на следующий день врач согласился отпустить ее домой.
– Слава богу, – сказала она по телефону Каре. – Я уже думала, они меня никогда не отпустят. Надо учиться ездить на инвалидном кресле, представляю, как это будет весело, особенно если учесть, что у меня работает только одна рука. Я тут попробовала – так сразу же опрокинула вазу с цветами и едва не сшибла медсестру-практикантку. С другой стороны, может, как раз поэтому им так резко захотелось от меня избавиться. Привезешь мне табличку с буквой «У»?
Мысль о приближающейся свободе прибавила Мэтти оптимизма – у нее уже давно не было такого приподнятого настроения, хотя она по-прежнему не представляла, как будет справляться дома без регулярного питания и заботливых медсестер. Сможет ли Кара (прекрасная, веселая, но полностью сосредоточенная на себе самой) обеспечить Мэтти больничный уход? Она в этом сильно сомневалась, и к тому же ей была нестерпима мысль о том, чтобы стать для кого-то обузой. Мэтти жила сама по себе с тех пор, как ей исполнилось девятнадцать, и, если не считать помощи брата, который частично оплатил ее учебу и помог устроиться на неполный рабочий день к знакомому торговцу вином, когда она только приехала в Лондон, никогда ни от кого не зависела. Она и вообразить не могла, что однажды окажется в таком чудовищном положении.
На следующий день больничный фургон высадил Мэтти у дома Кары. Подруга вышла к ней навстречу и склонилась осторожно обнять.
– Поверить не могу, что ты дома. Наконец-то. Теперь все будет хорошо, вот увидишь. Я сходила в «Маркс-энд-Спенсер», затарилась готовыми обедами, будешь просто подогревать их в микроволновке. А еще у меня полно книг и журналов, и ноутбуком можешь пользоваться, он в гостиной.
Мэтти улыбнулась, прочитав надпись у Кары на футболке: «Я встречаюсь только с ковбоями». Какое это было облегчение – наконец-то оказаться под одной крышей с родным человеком.
Вот только возникла одна маленькая проблема.
Коляска не пролезала в дверь.
Кара и тянула, и толкала, и дергала, и пинала ногой, стараясь при этом не вытряхнуть из коляски Мэтти.
– Может, если чуть-чуть потрясти… О боже, этого просто не может быть. Мне даже в голову не пришло, что она может не пролезть, – бормотала Кара, и Мэтти видела, что подруга в полном ужасе, хоть и пытается это скрыть. – Ну и дерьмище!
Мэтти почувствовала, как внутри у нее забулькал смешок, и через секунду уже хохотала в голос. Веселье оказалось заразным, и скоро обе сгибались от смеха.
– Ой мамочки, а-а, перестань, у меня же ребра, ай! – подвывала Мэтти в промежутках между приступами хохота.
Смеяться было больно, но все равно как же это было здорово – смеяться!
Кара шмыгнула и утерла слезы.
– Ох, подруга, ну что за тупость! – Она достала телефон. – Так, не волнуйся. У меня есть план. – Она подмигнула Мэтти и набрала номер. – Ник, привет, это я. Мне нужна подмога. Мэтти у меня, мы стоим у входа в квартиру. Да, я знаю. Но прикол, что она в инвалидном кресле, а эта чертова хрень не пролезает ко мне в дверь! И мы тут постепенно околеваем. Я подумала, может, ты нам поможешь? – Она немного помолчала. – Спасибо большое, было бы здорово.
Мэтти сидела в кресле, дрожала и чуть не плакала. Она была словно кошка, которую выгнали на улицу в дождь, когда на самом-то деле ей хотелось бы свернуться где-нибудь в тепле и укрыться от всего мира.
Кара вошла в квартиру и вернулась с одеялом.
– Не хватало еще тебя заморозить, – сказала она, аккуратно укутывая Мэтти ноги.